Фастфуд - Артем Каменистый

Вспомнилось, что в сообщениях, получаемых после каждой победы над рептилиями, всегда указывалось, что у тварей имеются усиления. Встречались самые разные их комбинации, но во всех случаях неизменно стояло одно слово: «злопамятность».

Что это за усиление такое, Грешник не понимал, пока не увидел этого крокодила, с импровизированным «синим ошейником». Получается, «Гена», вовлечённый в погоню, не угомонился, когда лодка умчалась на север. Переплыл немаленькое водохранилище вместе с прочими злопамятными собратьями и проследовал дальше по тропе, выбравшись к площадке, откуда, вот уж приятное совпадение, как раз выступала новая группа головорезов. Нехорошая судьба предшественников их не смутила, или они ещё не в курсе, что первая группа сгинула. Так или иначе, угодили под раздачу: выскочили под погоню, которая гналась вовсе не за ними.

Удачно получилось.

Сражение разгорелось на ровном и широком участке тропы, и боевикам Лорда пришлось несладко. Выжили, должно быть, лучшие из лучших, сумели отступить на удобную позицию. И окажись их побольше, крокодильей орде несдобровать. Но Грешник видел, что люди устают, всё чаще и чаще ошибаются. А твари напирают сильнее и сильнее. И, наконец, случилось неизбежное. Один головорез чересчур смело шагнул из строя, пытаясь вырвать засевшее в агонизирующей туше копьё. И небольшой, но юркий крокодил, рванув к цели с поразительным проворством, ухватил жертву за руку. Тут же подался назад, оттаскивая добычу. И орущий парень скрылся под валом набросившихся тварей.

Грешнику даже жалко его стало. Он, несомненно, лучший копейщик из присутствующих. Его коронный удар точно в глаз угомонил минимум полдесятка тварей. Заметно, что на его фланге дохлых крокодилов побольше, чем на другом.

Теперь позицию удерживали пятеро, и это значительно усложнило оборону. Выемка в скале чересчур широкая, требуется, как минимум, ещё один хорошо вооружённый воин, чтобы перекрывать её целиком. Выжившим пришлось поднапрячься, однако сил уже недоставало, да и крокодилы, почуяв слабину, удвоили натиск. Уже не переминались нерешительно перед острым металлом, бросались без оглядки, не жалея себя, даже смертельно раненые пытались ухватить челюстями или врезать хвостом. Плюс дохлые твари забили своими тушами проходы меж камней, выровняв таким образом местность. Их живым сородичам теперь проще атаковать, они прорывались на всём фронте, а не на отдельных направлениях.

Ещё одну девушку разорвали, когда на неё одновременно накинулись сразу две рептилии. Следом закричал парень, схваченный за ногу. Оставшиеся даже не попытались его отбить. Отступив в глубины выемки, они продержались ещё пару минут без потерь. И, возможно, могли протянуть ещё немного времени, если бы к месту схватки не подтянулась пара здоровенных крокодилов. Метров по пять в каждом, не меньше, таких здесь до этого не было.

Надо отдать троице должное, они совершили невозможное. Когда две огромные рептилии ринулись одновременно, распихивая туши сородичей, как живых так и мёртвых, люди не поддались панике. Уверенно встретили первую тварь, успели серьёзно разрубить ей ногу и вонзить копьё глубоко в глаз, ценой поломки оружия. Это гадину и доконало.

Но это их не спасло, потому что второй крокодил перемахнул через покалеченного сородича и смял всех троих одновременно, впечатав в скалу. Ну а там и мелочь дружно навалилась. Замелькали лоскуты мяса и обрывки ткани, охотников за головами растерзали в несколько секунд.

Вот только бой ещё не окончен, ведь до Капризки не добрались. Оставаясь на безопасной высоте, она, визгливо осыпая тварей ругательствами, продолжала выпускать болт за болтом. И надо признать – удачно. Её выстрелы нередко наносили смертельные раны. Как заметил Грешник, она нередко попадала по глазам и в определённые точки на головах. Должно быть, выбирала слабые места, про которые откуда-то знала, или вычислила их по итогам многих попыток.

Однако безопасной занятая высота выглядела лишь поначалу, когда крокодилы только-только покончили с теми, кто защищались внизу. Теперь всё внимание они уделили девушке, и Грешник понял, что долго она не продержится. Пока что тварям не хватало габаритов до неё добраться и интеллекта, чтобы упростить этот процесс. Но Капризка своими руками помогала им справиться с возникшим затруднением. Убивая одного за другим, она всё выше и выше поднимала вал туш под собой. И очень скоро крупные рептилии до неё доберутся.

Достаточно одной сомкнуть челюсти на ступне, и это конец, стащит вниз, где тут же разорвут.

Всё это Грешник наблюдал уже не с безопасной позиции. Он, опустив на лицо тёмное стекло мотоциклетного шлема, подобрался поближе, присел за парой больших камней и наложил на тетиву стрелу.

Первое испытание лука прошло не слишком успешно. Как ни целился в уязвимую точку на боку башки, примеченную при анализе действий Капризки, но промахнулся ладони на полторы. Расстояние великовато, мишень подвижная, непредсказуемая, а бонус на меткость, увы, работает не так эффективно, как хотелось бы.

Однако есть и хорошая новость, – крокодилы не отреагировали на новую угрозу. Похоже, они настолько ограничены, что многозадачность – не их конёк. Мозги рептилий заклинило от созерцания столь близкой добычи. Всё внимание на девушку, на хлопки тетивы не обращают внимания.

И Грешник это использовал на все сто. Не всегда попадая в уязвимые места, он, тем не менее, на каждые три-четыре выстрела производил по одному дохлому крокодилу. А, так как работал с оружием резво, телефон почти непрерывно вибрировал, принимая сообщения о победах.

Капризка увидела, что она теперь не одна. Разумеется, девушка не узнала злейшего врага, мотоциклетный шлем, новая одежда и снаряжение прекрасно скрывали личность.

Резко приободрилась и, выпустив последние болты, продолжила осыпать крокодилов ругательствами, размахивая при этом руками и разряженным оружием. Привлекала к себе внимание, как могла.

Грешник стрелял, старясь убивать тех тварей, которые находились не под её позицией. Не хотел увеличивать вал из дохлятины, по которому крокодилы вот-вот доберутся до добычи. Ему, разумеется, на Капризку плевать, однако надо помнить, что пока она жива, меньше вероятность привлечь внимание тварей к себе. Ведь если те кинутся оравой, придётся мчаться назад со всех ног, надеясь добраться до карниза раньше, чем догонят.

Оттуда он, разумеется, легко всех перестреляет, но зачем же всё усложнять?

Но крокодилы, давя друг на дружку, сдвигали к центру своего внимания как мёртвых сородичей, так и живых. Подминали под себя мелких, слабых и раненных. Вал увеличивался, челюсти клацали всё ближе и ближе к ногам девушки.

Понимая, что всё вот-вот завершится, Грешник обнаглел окончательно. Выбрался из-за укрытия, приблизился метров на пятнадцать к ближайшим тварям, и начал работать по ним уже серьёзно.

Одна стрела – один дохлый крокодил. Промахов теперь почти не случалось. И