Надежда Дурака - Майк Шэкл

въехать в главный двор. Он был рад, что съехал с насыпи, но вид шеренг королевских рыцарей, заполнявших открытое пространство, не давал ему расслабиться. По количеству дежуривших солдат можно было подумать, что Мейгор уже воюет.

Оставив свою лошадь в конюшне, Раласис вошел во дворец через кухни, не обращая внимания на шум, суету и любые вопросительные взгляды, брошенные в его сторону. Двигаясь по задним коридорам, он пробирался в более людные места.

Внешний вид дворца впечатлял, но и интерьер был потрясающим. Раласис мог это оценить, даже если интерьер был не в его вкусе.

Большой зал был огромен. Раласис не удивился бы, если бы весь его корабль поместился в нем дюжину раз или больше. Пол был выложен черным и белым мрамором в шахматном порядке, а гигантские колонны тянулись по обе стороны, поднимаясь к изогнутым потолкам. Свет заливал комнату через большие окна, из которых открывался вид на весь Лейсо и океан. Как всегда, Раласис почувствовал укол тоски, когда увидел море, и снова подумал о том, чтобы отказаться от своих поисков. Но, каким-то образом, его ноги продолжали идти.

Листы рисовой бумаги шириной с любой парус тянулись от пола до потолка между колоннами от одного конца зала до другого. Некоторые были покрыты письменами, подробно описывающими уроки Четырех Богов из их Священных книг. Другие изображали сотворение мира, нарисованное в мельчайших деталях, и, по-видимому, на их завершение ушло несколько жизней. Они трепетали на ветру из открытых окон, когда Раласис проходил мимо. Обычно он не верил в Четырех Богов, если только не был по уши в дерьме, но прямо сейчас он что-то почувствовал, прикосновение чего-то, находящегося за пределами его понимания.

По прошлым официальным визитам он знал, где находится зал аудиенций короля, и направился прямо туда, присоединившись к хвосту небольшой группы знати. Мужчины вполголоса обсуждали возможность вторжения, как, казалось, все делали в эти дни, и после того, что Раласис пережил на обратном пути из Джии, он не винил их за нервозность.

Из зала доносился гул голосов — разгоряченных голосов. Что бы ни говорилось перед королем, это не было тихим обсуждением. Он мог видеть множество теней, движущихся по другую сторону стен из рисовой бумаги. Желание повернуть назад нахлынуло снова, сильнее, чем когда-либо, и только то, что раздвижная дверь в зал уже открывалась, заставило его идти дальше.

Оказавшись за дверью, Раласис оставил группу дворян, за которыми следовал, и направился в ближайший угол комнаты. Похоже, там было большинство дворян страны и их помощников, и все были заняты тем, что кричали друг на друга. Вот и вся мейгорская вежливость. Зал был разделен на два различных лагеря, между которыми была четкая граница.

Там был Тиан Бетос, командующий мейгорской армией, щеголявший кирасой куда большего, чем положено, размера, чтобы тот облегал его внушительный живот, и сверкающим на бедре мечом, который, вероятно, никогда не вынимался из ножен. Он был человеком настолько неподходящим для ведения боевых действий, насколько только можно было надеяться найти, и все же преимущества богатой семьи со старинной фамилией позволили ему занять высшую военную должность в стране. За его спиной стояли люди, которые могли явиться только из аристократических семейств — обремененные медалями, ради которых ничего не сделали, с замысловатыми усами, почти скрывавшими их слабые подбородки и отсутствие твердости характера.

Его главным противником был Тиан Галрин, министр из такой же старой и такой же богатой семьи, но худощавый и подтянутый, с огнем в глазах — человек, не боящийся драки. Значит мир перевернулся вверх ногами, когда кто-то вроде Бетоса командовал армией, а Галрин стал прославленным администратором.

Однако в этом зале ни одна из сторон не уступала другой, и обе стороны пользовались значительной поддержкой знати. К счастью ни у кого не было оружия в руках. Взаимное ожесточение в комнате было таким, что Раласис почти видел, как все покрываются кровью.

— Следующей целью Эгрила будет Мейгор, если мы ничего не предпримем. — Галрин ткнул пальцем в Бетоса.

— И под «мы» ты подразумеваешь меня, — крикнул Бетос. — Как ты смеешь? Разве я не командующий армией Его Величества? Разве я здесь не эксперт?

— Здесь, конечно, нет другого воина твоего калибра, — ответил Галрин, вызвав смех в своей партии.

— Мы должны сохранять нейтралитет, — сказал Бетос, покраснев. — Это не наш конфликт.

— Ты бы сказал это, даже если бы армия Эгрила стояла лагерем за этими самыми стенами.

Король Сайтос сидел и наблюдал со своего белого трона, отделанного золотом и серебром, и стоявшем на возвышении в нескольких футах над землей. По правде говоря, король был маленького роста. Раласис знал, что короля это беспокоило, и он не сомневался, что, не будь трон сам по себе национальным достоянием, этот человек давно бы заменил его чем-нибудь более пропорциональным его росту. Трон делал его карликом. Его волосы были длинными по мейгорской моде, но неопрятными, а клочок бороды прилипал к подбородку, подчеркивая впалые щеки. Он выглядел так, словно не спал несколько дней.

Рядом с ним, как обычно, находился Тиан Коса. Его глаза постоянно блуждали по комнате, отмечая все, без сомнения, отслеживая, кто кого поддерживает. Он увидел Раласиса и нахмурился.

Личная помощница Косы стоял в нескольких ярдах позади него, а затем у дальней стены, наполовину скрытые тенью, выстроились личные гвардейцы короля в полных доспехах и шлемах черного цвета. Их мечи, чудовищные обоюдоострые полуторные клинки, были обнажены и направлены острием вниз, руки покоились на эфесах. Если это зрелище должно было устрашить, оно сработало.

Но, несмотря на их присутствие, шум в комнате все нарастал и нарастал. Одни призывали к войне, другие к миру. Шум кружился вокруг Раласиса подобно шторму. Люди хлынули вперед в обоих направлениях, крича друг на друга, их лица покраснели.

Король взглянул на Косу, и Коса кивнул в ответ.

Коса стукнул тростью об пол, и звук разнесся по комнате. Какофония немедленно стихла, и все лица повернулись к возвышению.

Сайтос выпрямился и встал.

— Как долго должны продолжаться эти дебаты, милорды? Некоторые из вас жаждут войны. Затем у нас есть те, кто считает, что необходимо стремиться к миру с Эгрилом, и настаивают на том, чтобы мы провели переговоры с их Императором, чтобы найти точки соприкосновения. — Он кивнул в сторону Бетоса.

— Это не наша война, — ответил главнокомандующий. — Мы не обязаны вмешиваться. Мы не обязаны посылать наших мужчин и женщин умирать за иностранцев.

— У