Что скрывается за чертополохом - Саманта Янг

— Мама! — закричала она, сжав в кулаки ткань моей футболки.

— Я с тобой, малышка. Прости меня. Мы тебя напугали, прости. Но с нами все в порядке. Все в порядке.

— Что происходит? — Она икнула и подняла ко мне заплаканное личико.

— Здесь не место для разговоров. — Внезапно Уокер оказался рядом с нами. — Идите к машине.

— Уокер? — Келли снова начала плакать.

Не говоря ни слова, он поднял мою дочь на руки, и она обвилась вокруг него, как обезьянка. С мрачным лицом он успокаивающе провел рукой по ее спине и кивнул мне в сторону внедорожника.

— Слоан, иди к машине.

Он взглянул на Адама, стоявшего у своего внедорожника с суровым видом.

— Следуй за миссис Адэр до дома. Дай мне знать, что она в безопасности.

Адам кивнул и подошел к машине Риган, чтобы все объяснить.

Я повернулась к Келли, обнимающую Уокера, и погладила дочь по спинке, после чего последовала за ними к внедорожнику, чтобы открыть заднюю дверцу Уокеру. Он пробормотал успокаивающие слова Келли, которая нехотя отцепилась от него, чтобы забраться в машину. Затем мы оба поспешили занять свои места.

Впервые с тех пор, как мы переехали в поместье, мне не терпелось вернуться туда, в одно из самых безопасных мест в стране.

ГЛАВА 25

Я услышал крик. Ее крик. Как ее тон перешел от гнева к ужасу. Путь мне преграждала дверь. А она была по ту сторону. С ним. Почему я ждал?

В прошлый раз я вломился. Ведь так?

Теперь же застыл, как гребаный олень в свете фар.

«Открой чертову дверь!» — зарычал я на себя.

Ты опоздаешь.

Открой чертову дверь!

Я поднял колено и ударил со всей силы.

Дверь распахнулась, врезавшись в стену.

Она лежала на полу со остекленевшими, невидящими глазами. Кровь заливала ее грудь, вытекая из ран на шее.

Отчаяние и горе, каких я никогда не испытывал, поставили меня на колени рядом с ней.

— Айона, — прошептал я, потянувшись к ней.

Мои руки покрывала кровь.

Что?

Сбитый с толку, я повернул их ладонями вверх, наблюдая, как кровь, ее кровь, капает с кончиков пальцев.

Комнату пронзил рык, и мой взгляд метнулся вверх, увидев его, покрытого кровью, с оскаленными зубами и диким взглядом, обращенным на меня, когда он опустился перед ней на колени.

— Это тоже твоих рук дело. Тоже твоя вина.

Затем он бросился на меня, распахнув пасть, полную острых зубов.

Я резко проснулся, в ушах стучала кровь.

Кошмар рассеялся, когда в тусклом свете ночи я увидел потолок своей спальни. Сев, я провел дрожащей рукой по лицу.

Тело покрывала испарина.

Черт, прошли годы с тех пор, как мне снился этот кошмар. В моменты стресса меня преследовали сны из моего военного прошлого. Но этот сон… Я думал, что уже больше никогда его не увижу.

Застонав, я заставил себя отгородиться от него, но почувствовал тошноту. Поднявшись с постели, взглянул на часы — только что перевалило за час ночи. Я проспал всего несколько часов.

— Зараза, — пробормотал я, бредя на кухню за стаканом воды.

Я пил и смотрел на часы на кухонной стене. Стряхнув с себя последние остатки сна, вернулся к реальности и тут же вспомнил о Слоан и Келли.

Мне не нравилось оставлять их у Арии. Я пробыл там столько, сколько мог, пока созванивался с Лахланом, Броданом, Тейном и командой безопасности. Мы точно знали, что Андрос шныряет где-то поблизости, поэтому Лахлан предложил щедрую премию любому из команды, кто приведет его к нам. Это означало, что в данный момент наши люди искали Андроса.

Я надеялся, что Слоан почувствует себя лучше, но, прощаясь с ней и Келли, видел, насколько они потрясены. Мне хотелось убить этого ублюдка за то, что заставил их перенести такое. За то, что заставил переживать родную дочь. Ей же всего десять.

Выплеснув остатки воды, я перевернул стакан и направился в душ. Быстро ополоснувшись, оделся и сел в машину.

Десять минут спустя я стоял возле особняка Ховардов. Отодвинув сиденье, я устроился на ночь. Я знал, что никто не сможет пройти через систему безопасности Ардноха незамеченным. Периметр патрулировали ультрасовременные дроны, сигнализация была бесшумной, повсюду стояли камеры и хорошо обученная охрана. Но мне нужно было быть здесь самому.

Я присмотрелся к дому. Свет не горел, поэтому я решил, что все спят. Обуреваемый беспокойством, я выбрался из внедорожника и прислонился к нему, глядя на дом. Из-за грохота волн под дюнами было трудно что-либо услышать. Морской воздух веял морозцем, но на моей разгоряченной коже он ощущался приятно. Погода переменилась. Наступала глубокая осень. Я почти не заметил смены сезона, в последние несколько недель меня занимали другие мысли. О женщине, находящейся в доме напротив.

Словно по волшебству, дверь открылась, и в лунном свете возникла Слоан. Я оттолкнулся от внедорожника и двумя гигантскими шагами поднялся на крыльцо. Она вышла, закрыв за собой дверь, дрожа в одной ночной рубашке и просторном кардигане.

— Тебе следует вернуться в постель, — тихо сказал я.

Она смотрела на меня, в темноте ее глаза казались черными, как ночь.

— Я видела, как ты подъехал.

— Я не хотел тебя будить. Просто не мог уснуть.

— Ты и не разбудил. Мне тоже не спалось.

Не думая, я поддался желанию прикоснуться к ней, приласкать ее щеку большим пальцем.

Глядя на Слоан, я не мог прочитать выражение ее лица. Мне это не понравилось. Обычно она была открытой книгой.

Однако не пришлось долго ждать, чтобы понять ее мысли и чувства. Она взяла меня за руку, повернулась и пошла по террасе, увлекая меня за угол, на сторону, не видимую соседям. Где вдоль берега тянулся только лес, уходя дальше к замку.

Сбросив кардиган, она прижалась спиной к стене дома, прежде чем накрыть моими руками свои груди. Жар, голод и желание отдать ей все хорошие и плохие эмоции уничтожили любые остатки разума.

Контроль полетел ко всем чертям.

Я накрыл губами ее рот, жаждая вновь ощутить ее вкус, и застонал от того, с каким рвением она ответила на поцелуй, будто умирала от голода. Ее сиськи идеально помещались в мои ладони, и когда я их сжал, мой член натянул ткань ширинки, и я поймал поцелуем ее возбужденные вздохи. Потянув за свободный вырез ночнушки и оторвавшись от ее губ, я провел дорожку из поцелуев вниз по ее шее к правому соску. Несмотря