Ревизор - Олег Шелонин

— Граф! — Императора бесцеремонно потеснили, и в ту же бочку полез король. — Вот гады! Все выжрали, сволочи! Буль… буль…

— Я не граф. — Юноша начал выуживать из бочки Алчифера, ухнувшего в емкость с головой.

— Я требую продолжения банкета! — пробулькал со дна бочки король.

К счастью, ноги державного были еще снаружи, и император, поднатужившись, вытащил короля Лугонии на свет божий, не дав ему утонуть.

— Сейчас устроим тебе продолжение банкета, — хмыкнул юноша, увидев свою команду, высыпавшую на площадь с подпольщиками и их верными людьми. — Варгул! Клиенты дозрели. Загружай!

21

— Вы гений, император! Несколько бочек обычного вина — и Лугония практически свободна! — Глава магистрата кинул восхищенный взгляд на скачущего рядом юношу.

Они уже четвертый час ехали по лесному тракту во главе каравана, состоящего из длинной кавалькады карет и телег, битком забитых выпивкой, закуской, королями и пьяным орденом Серой Мглы Лугонии.

— Если и детей сумеем освободить, я вам присягну на верность и буду служить Империи до конца своей жизни! — поклялся начальник городской стражи Сакрема, скакавший по правую руку от императора.

— Они уже свободны, граф! — отмахнулся Лигор. — Ты же слышал: король амнистию объявил.

— Пока не обниму свою дочку, не поверю, маркиз.

За их спинами громыхали кареты, из которых доносился оживленный гомон, хохот, повизгивание придворных дам, которых Алчифер потребовал захватить с собой на пикник, и нестройное пение из самой просторной кареты, в которой пять королей азартно драли глотки. Что они пели, понять было мудрено, так как ни у кого из них не было ни слуха, ни голоса, но, судя по тому, что после каждого куплета венценосные разражались громовым хохотом, пели они явно что-то непотребное.

Иван на скаку вынул из кармана карту и мысленно прикинул уже пройденный путь.

— Мы где-то на подходе. Тюрьма близко. Пора делать привал. И полянка здесь для наших целей подходящая.

Император натянул поводья и поднял руку, давая сигнал к остановке. Караван послушно остановился, и из карет тут же посыпалась пьяная орда.

— Все на пикник! — Ноги Алчифера запутались в траве, но сопровождавшие караван подпольщики упасть ему не дали.

— На пикник!

Желание державного совпадало с планами команды императора и иже с ними, а потому поляну накрыли с молниеносной скоростью. Опять пошли здравицы и пьяный бред. Орден Серой Мглы и короли усердно накачивались элитным эльфийским вином, обильно сдобренным антимагическим порошком Варгула.

— Шеф, — из леса выскочил огромный серый волк, обернулся в человека и подбежал к слезавшему с коня Ивану, — там впереди толпа.

— Наши? — спросил император. — Сему с Палычем среди них не видел?

— Да я особо не присматривался. Спешил предупредить, но вряд ли это наши. Наших там должно быть тысячи три, а этих не более двухсот.

— Засада?

— Кто ж их знает? Хотя не похоже. Засада замаскировалась бы, а они в полный рост стоят. Перегородили тракт.

— Что-то не так, шеф? — К Ивану подошел Варгул.

— Еще сам не знаю, — честно признался юноша, — но не исключено, что начинаются проблемы. Да и пора бы им уже появиться. А то слишком все у нас легко идет. Так легко, что мне даже немножко не по себе становится. Так, подпольщики, ублажайте пока эту пьяную орду. Главное, подливайте им почаще. Веня, Варг, со мной.

— Шеф, их там две сотни, — напомнил оборотень.

— На пару сотен воинов втроем… — расплылся Варг, выдергивая из ножен меч. — Да, шеф, ты копия Иштара. Наконец-то настоящий бой.

— Меч пока убери. Попробуем договориться мирно.

— Шеф, я, может быть, и параноик, — расстроился Варгул. — Но я предпочитаю быть живым параноиком, а не мертвым идиотом.

— Пошли, я сказал!

Иван в сопровождении друзей решительно двинулся дальше, вперед по тракту. Далеко идти не пришлось. Всего в двухстах метрах от поляны лесной тракт заканчивался, упираясь в дубовые ворота тюрьмы, а в ста метрах от поляны тракт перегородила толпа, о которой говорил Вениамед.

— Вы кто? — требовательно спросил Иван.

В этот момент из-за туч выглянула одна из лун этого странного мира, и вопрос отпал сам собой. Толпа в основном состояла из мужиков в клетчатых робах, в первых рядах стояли растерянные охранники. Они, как и положено, были вооружены, но мечи из ножен никто не вынимал. Из толпы вышел вперед полненький мужичок в добротном камзоле с подносом, на котором лежал пухлый каравай и белая солонка.

— Кхе… кхе… Я начальник тюрьмы барон де Бармезон, — деликатно откашлявшись, представился мужичок, — а это, — кивнул он за спину, — вверенный мне гарнизон и наши подопечные.

— Почему покинули тюрьму? — продолжил допрос Иван.

— Так охранять некого, — пожал плечами барон. — Амнистия. Тюрьма пустая.

— И что вы тут делаете? — спросил Варгул.

— Вас хлебом-солью встречаем. Арестанты очень хотели его величество за его доброту отблагодарить, а я — доложить о выполнении приказания.

— Охренеть! — только и смог сказать Иван. — Сколько заключенных было в вашей тюрьме, барон?

— Двести четырнадцать человек. Вот они. Все здесь стоят.

Иван с Варгулом переглянулись.

— А циферки-то не совпадают, — пробормотал герой. — Благородные в твоей тюрьме содержатся? Дети графов, маркизов, виконтов или еще кого?

— Нет, — испуганно замотал головой барон де Бармезон. — У нас честная тюрьма для честных уголовников. И теперь к тому же пустая. Можете сами убедиться. Там не заперто.

— Ждите здесь и никуда не уходите, — приказал Иван.

— А чего ждать? — тревожно спросил барон.

— Еще сам не знаю, но надо разобраться. Веня, Варг, за мной.

Иван чуть не бегом вернулся на поляну и направился на разборку к разгульным королям. Однако они были уже в такой кондиции, что им было начхать не только на посланца, но и на его Хозяина до кучи. В этом Иван убедился, когда взял за грудки кардинала Серафисея.

— Почему в тюрьме всего две сотни арестантов? — ткнул он пальцем в точку на карте, где его воздушная разведка засекла интересующий их объект.

— Тюрьма! — завопил Алчифер, краем уха услышав императора. — Господа! Мы забыли, зачем сюда пришли! Да хватит тебе жрать! — Король Лугонии отнял баранью ляжку у своего венценосного соседа, вцепился в нее зубами, отодрал солидный кус и яростно зачавкал.

— Ик! И зачем мы сюда пришли? — пьяно икнул король Арлании, пытаясь вернуть баранью ляжку обратно, но Алчифер не отдавал.

— Ужников ошвобождать! — Король Лугонии проглотил недожеванный кусок. — Господа, тюрьма должна быть где-то рядом! Я точно знаю. Все на штурм! За мной!

Призыв Алчифера был услышан всеми. Охваченные волной энтузиазма члены ордена Серой Мглы сдернули с подвод лестницы и с криками «ура!» пошли зигзагами на штурм вслед за державными. Кардинала Серафисея Иван все же сумел слегка притормозить, бесцеремонно взяв его за шкирку.

— Там Осфард? — простер он руку в сторону тракта.

— Какой Осфард? — возмутился кардинал.

— Но карта… — растерялся юноша.

— Да пошел ты со своей картой! Она у тебя неправильная. Здесь обычная тюрьма для уголовников, а до Гиблой пустоши еще скакать и скакать. Ура-а-а!!!

Раздался треск рвущейся материи, и кардинал Серафисей пошел в атаку, оставив в руках ошеломленного Ивана обрывок своей мантии.

Комитет по встрече, увидев прущую на них пьяную толпу, шарахнулся в разные стороны, и уже из-за кустов проводил круглыми от изумления глазами прогалопировавшую мимо них ударную группировку. Добравшись до цели, атакующие рассыпались цепью и пошли на штурм. Та часть штурмующих, что оказалась напротив незапертых ворот, с разгона прободала их и оказалась на внутреннем дворе, остальные принялись приставлять штурмовые лестницы к стенам и карабкаться по ним вверх. Но так как все были уже практически никакие, атака сразу же начала захлебываться.

Первым пал король Заргана Индар I.

— А-а-а!!! — заорал он, не удержавшись, и вместе с лестницей, криво приставленной к стене, полетел вниз.

Летел красиво, вдоль стены наискосок, сшибая по пути храмовников и паладинов, уже прошедших полпути до цели.

— Твою мать!!!

— Они сопротивляются! — завопили сбитые Индаром храмовники и паладины.

— Делаем подкоп!

Сбитые со стены королем Заргана члены ордена начали делать подкоп, остальные упорно продолжали карабкаться вверх.

Услышав их вопли, все, кто оказался на внутреннем дворе, сразу же полезли на стены, правда, уже с другой стороны, чтобы от всей души начистить морды супостатам, и операция по освобождению узников началась. На тюремных стенах закипела битва.

Уголовники с тюремщиками рискнули выползти из кустов, только когда на тракте появился император со своей командой и подпольщиками.