Джунгли убивают нежно - Негривода Андрей Алексеевич

– Отставить, Паша!

– Какой отставить, Чиф! Его раздавить надо, прямо сейчас!

– Отставить, майор!

– Был майор, да весь вышел! Все!!! Я пошел!!!

– Отставить, капрал-шеф Старков!!! – прорычал Филин в микрофон так, что от него невольно отшатнулись даже те, кто лежал рядом. И не подчиниться этому рыку было невозможно. – Сунешься через речку, я тебя сам в ней из «Гекаты» искупаю! Назад!!! Ты мне еще ответишь за этот бунт мозга!.. Назад!!!

– Есть! – пробурчал разочарованно наушник.

– И есть, и пить! И слушать меня во все уши!

– На приеме!

Андрей понимал, что сейчас его не могут слышать только двое из его взвода, Питон и Водяной, потому и перешел на английский:

– Star!

– On reception! (На приеме!)

– Listen to the order! (Слушай приказ!)

Андрей помедлил несколько секунд, складывая воедино последнюю мозаику своего плана:

– Вы прямо сейчас отходите с летчиками. По своему маршруту, потом на равнину... Оставишь здесь одно отделение – старший Джамп.

– Есть, месье адъютант-шеф, – ответил Кито.

– Твоя задача, капрал, – уничтожить лагерь!

Даже по рации «было видно», как заулыбался этот потомок самураев.

– Хоть сейчас!

– Отставить! Не сейчас, капрал, не сейчас...

Андрей передохнул немного, потому что сил почти не оставалось, а для задуманного их требовалось ой-ой-ой сколько.

– Теперь всем внимание!.. Стар. Уводишь свое отделение и летунов к их катапультам. Место помнишь?

– Обижаешь!

– Я тебя потом обижу! Если случится... Моя группа! Отходим вдоль дороги. Попытаемся взять технику, что на мост вчера выскакивала... Дальше до точки рандеву со Старом... Джамп. Ты со своим отделением остаешься и ждешь.

– Есть!

– Ждешь до последнего, Кито! До того момента, когда эти обезьяны поймут, что пленников в лагере уже нет! Как только начнется суета, взрывай их на хрен! И из подствольников поработайте обязательно! Сотрите этот городишко, Джамп!

– Есть, Чиф! Сделаем!

– Потом отходите за Старом. У него «трехсотый», так что, думаю, ты его догонишь. Если нет, иди к точке рандеву.

– Есть!

– Стар!

– На приеме!

– Ровно через сутки, 23 апреля в 2.00, ты с летунами начинаешь движение от точки рандеву в сторону границы! Ровно в 2.00, капрал-шеф! И никого не ждать! Это боевой приказ! Кто не успеет, будет выходить самостоятельно, по твоим следам! Приказ ясен?!

– Так точно, месье адъютант-шеф!

– Действуй, майор!

Андрей задумался на несколько секунд и продолжил:

– Вайпер!

– Слухаю!

– Ты работаешь в связке с Джампом, но с нашей стороны!

– Зробим!

– Потом отходишь вдоль дороги. Будешь нас догонять.

– А як же ж, Чиф! Зробим!

– Хорошо... Вопросы?

– Сам как? – спросил успокоившийся Стар.

– Почти норма... Бывало и хуже... Все! Начало движения – 2.00! Конец связи! – Он посмотрел на своих бойцов: – Вот так, пацаны!.. Гот!

– Я!

– Сколько нам до моста пилить?

– Судя по карте, километров тридцать. Может, поменьше.

– А сюда что-то больше показалось.

– Мы большой крюк сделали, Чиф.

– Ну... Тридцать так тридцать... Готовьтесь к маршу.

– Есть! – От валунов в сторону леса отделилось три тени.

Андрей снял с головы наушник с микрофоном и жестом подозвал Вайпера.

– Ты как, пан Гадуш, справишься?

– Зроблю, Анджей!

– Тебе потом одному тридцать кэмэ по лесу бежать.

– Я не ешчь младый малец – добьегу!

Андрей внимательно посмотрел на поляка:

– Значит, так, Збигнев... Если за нами не успеешь, иди к мосту. Завтра в 00.00 туда должны подтянуться Питон и Водяной. Один через мост не иди – это приказ! Втроем веселее... А я вас всех на той стороне буду ждать и прикрою, если что...

– То не добже, Анджей! Поглянь на сэбэ! На тьебе нишчь лица! Ийдь до Стара, а мы дойдем сами! Доженем!

– Не могу я на себя посмотреть, Збигнев, зеркальце для макияжа в кабинете у Паука забыл... А насчет того, что догоните... Тут не вся «кавалерия», майор, и те, кто сейчас гоняет Питона с Водяным, обязательно вернутся, когда здесь «фестиваль» начнется... Короче, пан Гадуш! Я буду ждать вас у моста, пока не посинею, а вам будет лишний стимул идти быстрее. Все! Удачи, снайпер!

– И на тебе, братка!

Они обняли друг друга за плечи, и Кондор пополз, кряхтя и матюгаясь сквозь зубы, к своей основательно поредевшей группе...

22 апреля 1999 г. Джунгли Зимбабве

Полковник

14.15

Нет, земля, конечно же, не содрогнулась под ними – далеко было, но эхо взрыва они слышали отчетливо, хоть и отделяло группу Андрея от «лесного города» не меньше километров двадцати. Ухнуло знатно.

«Не пожалел Джамп „С-4“ для негритосов! Молодчина!..»

Так долго и тяжело каких-то двадцать кэмэшников Андрей не ходил уже очень давно, со времен сопливой курсантской юности. Да и то... В училище норматив на десять кэмэ на слабую тройку был 55 минут. Все, кто вываливался в это время, «погибали» потом во внеочередных нарядах по кухне. Он и сам поначалу несколько раз оттачивал свое умение делать марш-бросок за огромной бадьей с нечищеной картошкой, с тупым ножом в руке... А потом пообвыклись, пообтерлись, и уже полуторачасовая «двадцатка» на «конном варианте» утренней зарядки не считалась издевательством сержантов. Даже перекуривать успевали по ходу дела...

Андрей чувствовал, что с его основательно помятым телом происходит что-то не то. Совсем не то! И вроде бы уже и не было таких накрывающих с головой волн боли, да и уколы делали свое обезболивающее дело, а вот... Словно одолжил у кого-то руки-ноги, да и голову заодно, и теперь пытался пользоваться этим совершенно незнакомым механизмом. Особенно ноги! Порой в его голову входил клин какой-то, прямо во время движения, и он, что называется, забывал, как нужно ходить! Ну, вот не знает человек, что с ногой делать и куда ее ставить, – и все тут! Он даже умудрился несколько раз «заплести» свои ноги так, что падал всем телом, плашмя, на землю! На поломанные ребра. Ну и «отключался» секунд на тридцать, чего греха таить... Благо теперь рядом с ним неотлучно находился Ося – его добровольный Ангел-Хранитель, который и помогал Андрею плестись, иначе это передвижение и не назвать, дальше...

И вот они дождались наконец-то начала «курултая».

– Джамп сработал, – констатировал скрупулезный во всем Гот.

– А хорошо жахнуло! – улыбнулся Задира. – От души, можно сказать! Может, и не выскочит из городка ни одна макака, а? Джамп – паренек дотошный и основательный! Самурай, одним словом!

– Выскочит, Клим! – Андрей был бледен как мел. – Сам знаешь, что выскочит. Одним взрывом полторы сотни пехоты не положить – это тебе не наши «Грачи» «ковер» положили[52] . Так что... Да и есть у них резервы, сам знаешь! И лагерь бутафорский, и охрана моста, да и те, что Пашку с Витьком гоняли... Да и про «вертушку» не забывай! А это самый серьезный аргумент, козырной туз, можно сказать, в этой игре в «подкидного дурачка»...

– От же ты, командир, умеешь оптимизма вселить! Аж в зобу сперло!

– Сколько до моста?

– Кэмэ пять, семь от силы.

– Охрана прибежала минуты через три-четыре?

– Так.

– Значит, недалеко от переправы должен быть пост или что-то типа этого. Вот мы их и поищем, капитан. – Андрей стоял, опершись спиной о ствол дерева, потому что садиться и вставать потом доставляло мучения всему телу. – Нам нужны «колеса» на весь взвод плюс летуны. Итого на тридцать рыл... До границы с Ботсваной километров двести с хорошим гаком, пешком переться в такую даль что-то не особо тянет...

– По-онял.

– А раз понял, то и действуй. Вперед!

Группа двинулась дальше, ведомая Задирой.

15.50

– Чиф!

– Принимаю.

– «Есть контакт»!.. Вижу пост! Триста по ходу!