«Волково поле» - Александр Евгеньевич Чигаев

со своими знакомыми, слегка выпивал, но одним глазом все время смотрел за дочерью. Он ждал, когда у нее засветятся глаза от любви. Она была улыбчива и любезна с кавалерами, а вот глазки ее не засияли в этот день. По окончанию бала они поехали домой. Настя лукаво поглядывала на своего отца, а тот ни как в толк не мог взять, к чему бы это.

— Ну что егоза, устала? Что-то я не увидел сегодня в твоих слегка раскосых глазках, как у матери, любовных огоньков. Что, ни кто не понравился?

— Нет, не устала я пока. Может это от восторженности первым балом. Приеду домой, и тогда усталость придет. Я же крепкая у тебя. Сколько на лошади скакать могла. И по полям все лето бегала босиком. Все кавалеры прекрасны и офицеры им под стать, но сердце ни разу не забилось учащенно. Пока оно не распознало любовь. Будем ждать, куда торопиться, мне всего семнадцать.

— Твоя мать в семнадцать лет вышла за меня замуж.

— Так она же за Волкова вышла. Так я бы и тебя выбрала, так не могу же я выйти замуж за своего отца. А других, таких как ты там не оказалось. Будем искать папуля. А почему у нас слегка раскосые глаза, действительно, это же так красиво.

— Твоя мама мне задала тот же вопрос.

— И что ты ей ответил.

— Видать в роду у Шереметьевых осталось немного от татарского ига.

Семен стал смеяться, его в этом поддержала Анастасия. И она засмеялась.

— Моя прабабка была крепостной и говорят, что она была прекрасна. Сам польский король Август ухаживал за ней и был у ее ног, но она очень любила своего мужа и моего прадедушку. Все эти князья тешут себя чистотой рода, а на деле, у них кровь не чище нашей, там и татарин побывал. Меня иногда попрекали прабабкой, кого я и шпагой проткнул, кого и так убедил. Твоя мать меня выбрала, и я был с ней счастлив. Выбирай по любви и самого достойного, и ты будешь счастлива с ним доченька моя. И помни, мы Волковы, ни кого не боимся. Я это прочитал в твоих глазах, когда нас в зале объявляли.

— А я в твоих глазах прочитал, это же.

И они вместе засмеялись. Вот так в хорошем настроении они и вернулись домой. Семен еще не ложился спать. Он разбирал почту. Анастасия в халате и ночном чепце вошла в комнату и уселась отцу на колени. Так она делала, когда бала маленькой, когда приезжала к отцу в имение. Семен обнял ее за плечи и прижал к себе. Анастасия вновь лукаво глянула в глаза Семена.

— Ну, спрашивай егоза, ты же не затем сюда пришла, что бы я укачивал тебя перед сном.

— А ты мне все расскажешь, если я тебя спрошу о чем-то?

— Ну, в пределах разумного. Мне нечего от тебя скрывать, моя радость. Спрашивай.

— Папуля, я вот рассказала княжне Дашковой о танцовщице и офицере. Мне так понравилась твоя легенда. Так она так смеялась, что у нее слезы текли из глаз. Я не могла понять почему. Ведь это очень грустная история. Я ее и спросила, чего она так задорно смеется. Она хихикала, а потом мне в ответ. — А кто тебе рассказал эту историю? — Я ей и ответила, что отец. Она еще больше смеяться начала. — Настя, милая, так это твой папа рассказал тебе о своей любви. Только глухой и ты не слышали эту историю. О ней говорит весь Петербург. Дагу, так звали эту девушку. Она умела летать на сцене, так она танцевала прекрасно. Ни кто больше повторить ее танец не может. А твой отец прекрасный человек. Мои родители о нем говорят превосходно. Он у тебя герой, а ты и не знаешь об этом. У него орденов больше чем у десяти генералов вместе взятых. — Папа, я ни когда не знала, что ты так знаменит. Думала, что просидел ты всю свою жизнь в имении и волков ловил. Ты, правда, так любил свою Дагу, а как же мама, ты говорил мне, что обожал свою жену.

— На счет геройства я не знаю, что тебе ответить. Я родину защищал, и ни чего в этом героического нет. За наградами я не стоял в очереди. Все твои предки всегда защищали родину. Посмотри свою поколенную роспись, и ты увидишь, сколько Волковых погибло за родину. В живых остались единицы. Потому наш род так малочислен. Ни как не можем разойтись вширь. Твои братья, так же будут офицерами, и родина будет гордиться своими сынами. Опять скажу, мы Волковы и мы служим своему отечеству. А раз я остался жив, то и не герой. И оставим эту тему. А мама твоя, действительно была красавицей. Ты посмотри на себя в зеркало, ты ее копия. Сама решай, красива ты или нет. Я ее любил и не изменил ей ни разу в своей жизни. Просто, ни к чему мне это было, она мне все давала, как мужчине и любовь и ласку. Мне было хорошо с ней. Она мне подарила трех сынов и тебя, егоза. Я ей благодарен за это и низкий ей поклон от меня. Мужчина не может жить один, да и женщине, это ни к чему. Человек создан для любви, раз Господь даровал ему наслаждение и страсть. Были у меня женщины, после моей Ольги, но так, для тела, а не для души. И вот я встретил Дагу. Историю ты всю знаешь, да и Дашкова тебе кое-чего добавила, я же вижу твои глазки. Да, девочка моя, любовь это прекрасное чувство. Ты все узнаешь сама. Все тебе подскажет природа, так говорила мать Дагу, Нейри. А вот искусству любви, я тебя научить не смогу, скорее всего, к сожалению. Но есть у Дагу достойная ученица. Это графиня Панина. Старовата она тебе как подруга, это я понимаю. А вот, когда выйдешь замуж, подружись с ней, она многое тебе поведать сможет. Они с Дагу были подругами, не смотря на разный социальный статус. Кто Дагу, а кто Панина, тут тебе все понятно. Теперь я тебя отнесу в постель.

Семен поднял Анастасию и на своих руках отнес дочку в ее спальню. Уложив ее в постель, он нежно поцеловал ее в щеку.

— Спи спокойно моя родная. Все будет хорошо.

Семен еще долго не мог уснуть. Ему надо было прижать к телу свою Дагу, но она улетела от него.