Второй Шанс 3 - Аргус

Рядом гуляла компания горячих гостей с Кавказа. Катя сразу привлекла их внимание. Сначала они шушукались ощупывая ее сальными взглядами. Потом один из них приблизился к столику развязной походкой и обратился к девушке:

— Красавица, давай потанцуем!

— Я не танцую, — резко ответила Катя.

— А тебя никто и не спрашивает! Я хочу танцевать, и это главное.

Со стула поднялся Саша повернулся к джигиту и, глядя ему в глаза, спокойной произнес:

— Тебе сказали, что моя жена не танцует. Иди с Богом.

— Ты муж? — расхохотался пьяный. — Ей нужен настоящий мужик, а не такой сопляк как ты.

— Пошел вон, баран! — так же спокойно ответил Саша, и усмехнувшись добавил: — Иди дери овец в своей отаре. Это как раз для тебя.

— Что? — глаза южанина налились кровью. — Что ты сказал?

— Да ты еще не только тупой, но и глухой? Эй, — Саша обратился к его дружкам, — заберите этого козла, пока его рога целые!

Они встали из-за стола и что-то галдя на своем языке, между собой, подошли к столику, где уже стоял рядом с Сашей Сергей Порфирьевич.

— Сейчас я засуну тебе твои слова вместе с языком в глотку, а потом развлекусь с твоей шлюхой, — прошипел оскорблённый горец.

— Зря ты оскорбил мою жену, — вздохнул Саша, и с двух рук выбросил содержимое солонок со стола в лица подошедшим разгоряченным гостям с Кавказа. Когда они, опешив, стали тереть глаза, он схватил стул и стал бить им всех членов компании, кто оказался рядом. Сергей Порфирьевич, точными ударами в челюсть, отправил еще двоих на пол.

В шалмане поднялся шум и гам. Пока гости с Юга ползали по полу, пытаясь прийти в себя, Саша заметил, как возле буфетчика, который был, судя по всему, тут главным, подошли два знакомых ему человека, что-то сказали, потом что-то показали. Тот побелел, кивнул и что-то сказал официантам. Те быстро подбежали к ворочавшимся южанам, и стали выволакивать их через черный вход.

К столику Бессоновых-Ивановых подбежал буфетчик и стал заискивающе просить не обижаться, и что сейчас их заказ будет выполнен — в лучшем виде.

Глава 20

Исчезновение

— Спасибо! — резко ответил Саша. — Что-то у нас пропал аппетит. Мы уходим, — произнес он обращаясь к своим. Все поднялись и, не обращая внимания на причитания буфетчика, вышли из негостеприимного заведения.

— Саша! Ты такой смелый! Спасибо! — Катя прижалась к своему мужу. — Как ты меня начал защищать! Это так приятно. Ты мой герой! Их было так много! Мне стало реально страшно! А ты меня отстоял, — она вся светилась от гордости за своего мужчину.

— А меня удивил Сергей Порфирьевич, — обнял в ответ ее муж. — Как Вы лихо разделались с этими двумя.

— Я лагерь прошел, — буднично ответил старый академик, словно каждый день отбивается от хулиганов и провокаторов. — Там один раз киксанешь, и под шконкой сразу окажешься. Опустить может и не опустят, но на самый низ скатишься в момент.

— Не ожидала от Вас, Сергей Порфирьевич, такой прыти в Ваши годы, — произнесла бабушка Кати с интересом рассматривая своего спутника.

— Это я только с виду академик, а внутри босяк пролетарский, — важно ответил Сергей Порфирьевич, — и горжусь этим! Как мы им дали! Они сразу испугались!

— Думаю, что испугались они не нас, Сергей Порфирьевич, — обнимая жену, задумчиво произнес Саша.

— Что ты имеешь ввиду? — не понял старый академик.

— Нас с самого начала отдыха постоянно сопровождают два человека.

— Ты их тоже заметил? — усмехнулся дедушка Кати.

— Я видел, как они подошли к буфетчику, что-то ему показали и сказали. Он испугался и тут же дал команду убрать прочь этих босяков.

— А кто это? — удивленно спросила Катя.

— Думаю, это люди приставленные к нам генералом! — уверенно сказал ее муж. — Кого еще могли испугаться эти барыги?

— Видишь, какие мы ценные кадры! — рассмеялся Сергей Порфирьевич. — Но мы и без них бы обошлись!

— Это точно! — согласился юноша.

Когда они подошли к зданию пансионата, бабушка, видя как внучке хочется отблагодарить по-женски своего рыцаря сказала улыбаясь:

— Знаете что, а давайте сегодня нарушим все правила. Катюша, идите с Сашей в наш номер, а мы с Сергеем Порфирьевичем заночуем у него!

— Бабуля! Ты самая лучшая! — обрадовалась Катя и, схватив мужа за руку, потянула за собой.

— Ну форменные дети! — смахнув слезинку с глаза, сказала бабушка, с нежностью глядя вслед влюблённым.

— Я тоже считаю, что нашей внучке очень повезло с мужем! — согласился старый академик.

В номере женщин, Катя, усевшись сверху на Сашу сказала:

— Готов к подвигам Геракла?

— Всегда готов, моя богиня!

— Ну теперь держись! Я вся такая заведённая от пережитого страха и твоего геройства!

Больше до конца отдыха их никто не беспокоил. С двумя сопровождающими они раскланивались, словно со старыми знакомыми, но в подозрительные заведения больше не ходили.

Но все заканчивается — закончился и их отпуск. Пора было собираться в Москву, на учебу.

В столице они узнали, что Катя зачислена на первый курс медицинского института. Они вернулись в Академгородок, чтобы собраться. Вещей у них было немного, все уместилось в два чемодана. Отец Саши и Аня взяли с них обещание приезжать на все выходные и навещать их. Сергей Порфирьевич оставался для руководства лабораторией. Заходила мама Саши. Она поздравила детей с поступлением в высшие учебные заведения и началом семейной жизни.

Оставшиеся до начала отъезда дни, члены академической группы посвятили изучению и освоению нового оборудования трансперсонодрома, которое изготовил — за время их отсутствия — отец Саши. Первым делом, были проведены испытания новой версии шлема для съема информации о работе мозга и всего организма, а также для активации трансперсонального перехода трасперсонавта.

Первые испытания шлема показали, что присутствие Кати, рядом с лежащем на кушетке Сашей, резко повышает активность всех его мозговых показателей. Потом через этот шлем прогнали всех остальных членов академической группы, а также некоторых сотрудников института, где они арендовали помещения.

Оказалось, что у всех, кроме Саши, показания, которые выдавал шлем, практически ничем не отличались между собой. То есть обновлённый шлем показал те же результаты, что были