Вход запрещен - Елена Владимировна Ляпина

– Это мне? – спросил он, протянув к кружке руку.

Алиса кивнула и улыбнулась. Боже, он нравился ей всё больше и больше. Его длинные спутанные волосы, его красивые глаза, теперь они сверкали, как два голубых сапфира на похудевшем и побледневшем лице, и даже его шрамы: дугообразный, пересекающий губы и тот, странный на руке – всё это сводило её с ума. Она готова была не отрываясь, вечно смотреть, как он пьет кофе. Алиса с трудом заставила себя оторваться от Ворона, её взгляд скользнул по столу, и она заметила в куче полиэтиленовых мешков кулек конфет, а в другом, кажется, лежало что-то мучное.

– Здрасте, – сказал Ворон, заметив тетю Олю, но та не ответила, по-прежнему уставившись куда-то за окно.

– Саш, будешь булочку? – спросила Алиса, разворачивая пакет. – И конфеты?

– Конечно, – кивнул он. – Кофе получился очень вкусный, спасибо.

Он взял булочку и понюхал.

– Блин, как будто сто лет не ел хлеб, – протянул он с наслаждением вдыхая запах. Затем откусил сразу чуть ли не половину. – Пожар всё больше разгорается, – сказал он, кивая на окно.

– Это Полоз разгоняет огонь, – вдруг сказала Никитина мама.

Ворон недоуменно посмотрел на неё, потом перевел взгляд на Алису.

– Она в трансе или у неё поехала крыша, – пожала плечами Алиса, отвечая на его немой вопрос.

– Почему в трансе?

– Этот зомби наложил на неё, что-то вроде какого-то гипноза что ли. Она вроде здесь, а вроде не здесь, – ответила Алиса.

– Понятно.

– Каждые шесть лет Полоз выползает из подземного мира, – вновь заговорила тетя Оля, смотря в одну точку стеклянным взглядом. – Он появляется на поверхности, чтобы расплодить ядовитых гадов по всей земле. Змей приносит яйца самки и ему нужны человеческие жертвы, чтобы вскормить потомство. – Она говорила каким-то чужим посторонним голосом, что Ворон отложил булочку и внимательно на неё смотрел. – Полоз заманивает людей, сулит им желаемое, а потом или делает своими слугами, или отправляет в пищу змеенышам.

– Тетя Оля, с вами всё в порядке? – осторожно спросила Алиса.

– Ты! – вдруг громко выкрикнула тетя Оля, что все вздрогнули. Она указала на Ворона и через силу проговорила, будто боролась сама с собой: – Ты однажды уже смог уйти от змея, только ты сможешь отправить его обратно в подземный мир, или мы все заживо сгорим от его ярости.

– Но как? – удивленно спросил Ворон.

– Только воронов страшатся змеи, – непонятно к чему проговорила тетя Оля, протянула руку и коснулась морозного рисунка на коже Ворона.

Он вздрогнул, поморщился, но не отдернул руку. Наверное, ему было больно, когда трогали его шрам.

– Огонь уже подходит к городу. Вот-вот и пламя сомкнется вокруг домов и захватит город. И никому уже не дожить до завтра, – медленно проговорила тетя Оля.

Алисе стало страшно и жутко от этих слов. За окном всё ярче и ярче разгоралось пламя. Она взглянула на Ворона, тот нахмурившись смотрел на Никитину маму и, кажется, о чем-то серьезно задумался.

– Потомство? Вы сказали – он выносит на поверхность потомство раз в шесть лет? Но как его найти? – спросил он у тети Оли.

– Зеркало.

– Зеркало?

– Да. Вход ещё открыт.

– Алиса, найди мне какой-нибудь фонарь, – попросил Ворон.

Ничего не понимающая Алиса подошла к шкафчику, открыла ящик, немного порылась и достала оттуда длинный черный железный фонарь и подала Ворону.

– О, отлично! И какой тяжелый, – сказал он, взвешивая его на руке.

Он нажал на кнопку, проверяя его исправность. Из фонаря вырвался лазерный луч. Переключил полозок и теперь яркий сноп света уперся в стену.

– Хороший фонарь, – одобрил Ворон, щелкая выключателем.

Он встал, одним залпом допил кофе, поставил кружку на стол.

– Я тогда пошел, – сказал он.

Алисе захотелось удержать его, никуда не отпускать, но она понимала, что тогда они все сгорят тут, сидя на одном месте, а у Ворона, похоже, появился какой-то план.

– Можно я с тобой, – тихонечко проговорила она.

– Нет, Алис.

Он вышел в коридор, и Алиса поперлась за ним. Ворон вернулся в Никитину комнату, сел на постель и стал надевать кроссовки. Алиса молча наблюдала за ним, не зная, что сказать. Ей так хотелось его обнять и поцеловать. Ведь он собирался уходить в страшное место и неизвестно ещё, как всё сложится. Может быть, она его больше не увидит. И, возможно, она сама не доживет до завтра. Алиса шмыгнула носом.

– Эй, ну ты чего? – усмехнулся Ворон.

Он встал, подошел к ней и легонечко щелкнул её по носу. Алиса не удержалась и обняла Ворона, уткнулась лицом в его худи.

– Да, ладно, всё будет хорошо, не бойся, – он потрепал её по макушке.

Алиса хотела сказать, что она плачет не от страха, а потому что не в силах с ним вот так вновь расстаться, но промолчала. Он отцепил от себя её руки и взял куртку.

– Ты же вернешься? – прошептала она.

– Конечно, – ухмыльнулся он, надевая куртку.

Ворон подошел к трельяжу, открыл створки, посмотрел на зияющую черную пустоту, вздохнул, перешагнул через барьер и исчез в темноте.

– Саш… – через некоторое время позвала его Алиса.

Но он, скорее всего, её уже не услышал.

***

Мальчишки поднялись на небольшую возвышенность, чтобы лучше видеть происходящее. Пожары вспыхнули одновременно в нескольких точках и ветер разносил дым и пепел. Горел старинный особняк недалеко от парка, огонь уже охватил крышу и объятые пламенем стропила с грохотом падали на снег. Горела разрушенная мельница на вершине скалы, хотя чему там возгораться, одни развалины. Горели опустевшие немецкие бараки рядом со стройкой нового высотного дома. Горело ещё во многих местах, в темноте не разобрать где именно, и от этого становилось страшно.

Уже мчались пожарные машины с включенной сиреной, проблесковые огни сверкали в темноте. Отовсюду сбегались люди.

– Денис, как думаешь – что случилось? Не из-за того же, что мы подожгли ту пещеру? – взволновано спросил Никита.

Денис пожал плечами.

– Всё может быть, – отозвался Тимофей, – там под землей столько запутанных туннелей, столько входов и выходов, что могло и распространиться.

Пожар с особняка перекинулся на старый парк и загорелись деревья с самого края. Казалось, что весь воздух уже пропитался огнем и дымом. Становилось трудно дышать. Снег стал быстро таять, и вода мгновенно испарялась, нагревалась земля, где-то внутри под поверхностным слоем грунта в воздушных полостях ревел огонь. Из всех канализационных люков валил густой черный дым.

Всё вокруг задрожало, закачались сосны, рухнула и раскатилась по бревнышкам обгоревшая стена древнего особняка, рядом упала вышка мобильной связи. Во многих местах