История одного имени - Кристиан Бэд

— Я ничего от вас не хочу!

— Не хочешь — останешься здесь, пока за тобой не приедут родители.

— Значит, если я отдам сигареты, меня отпустят! Тебе что, курить нечего? Хозяин отвернулся от него.

— Объясняю всем. Если вы сейчас тихо и мирно сделаете то, что вам скажут, на первый раз эта встреча обойдется без особо неприятных последствий. Так как натворить вы ничего не успели, может и разойдёмся. Кто-то переночует здесь. Завтра — уколов наставлю и отпущу. Но второй раз лучше не попадайтесь. И постарайтесь в дальнейшем разучиться: курить, пить, колоться и шататься по ночам по улицам. Это понятно? Кому я не нравлюсь, могу предложить милицию. И быстро. — Он снова обернулся к пацану с крестиком. — 5 минут на размышление тебе хватит? Или ты выворачиваешь карманы, или ты здесь пройдешь полный курс лечения от глупости, и заберут тебя отсюда родители. — Он взглянул на висевшие на стене часы. Наблюдательный Ланс мог поклясться, что две минуты назад их там просто не было. — Время пошло. Хозяин повернулся к другим мальчишкам.

— Вы трое — спать. Утром договорим. Кто хочет позвонить домой — звоните. Телефон на столе. Ты — домой, — кивнул он белобрысому. — Патруль тебя проводит. Больше так поздно ходить не надо. Это последнее китайское предупреждение. А ты, друг милый, — это щупленькому пацаненку, — лучше бросай сигареты сюда. Я понимаю, что тебе жалко. Но мне тебя тоже жалко. Лучше — сам брось… Курить ты все равно больше не будешь. Сейчас два укола поставим — и всё. Он повернулся к парню с крестиком:

— Время вышло. — Он сказал это с чуть большим нажимом.

Что-то холодное опустилось Лансу в живот. Он понял, что пацан с крестиком боится. Сильно. До вот такого холода в животе.

Троих, что первыми вывернули карманы, уже увели. Ланс подозревал, что там надо делать анализ крови и смотреть, насколько всё запущено. Белобрысый переминался с ноги на ногу.

— Тим, — сказал он вдруг, — да брось ты, черт с ними.

Мальчишка с крестиком молчал. Он смотрел в пол, судя по напряженным плечам, был здорово напуган, но пойти против собственного решения тоже не мог.

Ланс уже подумывал вмешаться, но вдруг уловил странный писк. Хозяин тоже обернулся, включил компьютер. Включил — исключительно посмотрев на него, не больше. Ланс понял также, что «голос» компа мальчишки не слышали — они не отреагировали на посторонние звуки никак. Но Ланс-то слышал!

«В 12-м секторе драка, одно ножевое ранение в живот, две травмы средней тяжести. Зур поехал, будет минут через семь».

«Понял, жду», — «сказал» Хозяин и выключил компьютер. Это Ланс тоже услышал.

— Так, — из кресла поднялся Стэн. — Помочь? — Это уже прозвучало вслух, а потому выбилось из русла беседы. Салаги решили, что Стэн тоже собирается над ними поиздеваться. Сжались в более плотную кучку.

— Пусть посмотрят. Мне нужно приготовиться к операции, — ответил Хозяин. Стэн пожал плечами и сел. Хозяин глянул на пацана с крестиком:

— Считай — повезло. У тебя появилось дополнительное время. Но только — до конца операции. Потом, что бы ты не сделал — будет поздно.

И он пошел мыть руки. За увешенным оружием ковром была меленькая ниша и там кран.

В комнату вкатили ванну, наполовину заполненную густой голубоватой жидкостью, опутанную проводами. Следом появился столик с инструментами. Ланс с удивлением отметил, что Хозяину помогают два туземца с Острова. Один выглядел, как мужчина лет сорока, второй же был явно моложе и фантастически, нечеловечески красив — блестящие темные волосы до плеч, глаза цвета и глубины сапфира, удлиненное лицо, пушистые черные ресницы… Наверное, как-то так могли бы выглядеть эльфы Толкина…

Дверь открылась. Амбал разве что самую малость мельче Стэна, (Зур — что ли?) внес пацана лет 14-ти. Ножевая рана, довольно глубокая, была слева, чуть ниже пупка. Рану он зажал рукой, и кровь не бежала. На большее у него, видимо, не хватало еще умения. Хотя, судя по ауре — он мог бы закрыть рану и без посторонней помощи.

Мальчика положили в ванну. Ланс подошел поближе: вдруг что-то пойдет не так. Однако операция закончилась быстро: одежда растворилась, мертвые клетки с поверхности раны тоже, а живые клетки возбудили, вызвав бурную регенерацию тканей. Через 8 минут на пузе остался едва заметный розовый след. Пациент спал. Его завернули в полотенце и унесли.

Погруженный в операцию почти полностью, Ланс однако заметил, как привели еще пятерых щенков — грязных и помятых, а может, и побитых.

— Все раздевайтесь до пояса, — сказал им Хозяин, вытирая мокрые и липкие от синеватой жидкости руки. Они же смотрели на него так, будто руки у него были, по меньшей мере, по локоть в крови.

Ланс отметил, что на этот раз В.С. «надавил» на «гостей» на порядок сильнее. С этими он, видимо, разговаривать не собирался. Приказу такой психической силы нетренированный человек вряд ли вообще мог сопротивляться.

Пацаны точно оказались малость побитыми. Одного тут же уложил на кушетку старший туземец, похоже, у щенка была сломана ключица. Второй тоже раздеться сам не мог, только смотрел жалобно на Хозяина. Тот подошел и начал раздевать.

— Друга вашего кто резал? — спросил он.

— Это они, — пацан кивнул в сторону двоих, жавшихся друг к другу, и оттого ставших похожими выражениями лиц, как близнецы. — Может, не эти, но ихние — точно.

— Что не поделили? — Хозяин передал раздетого им пацана второму туземцу и начал проверять, все ли в порядке у одного из «близнецов». Нажимал на точки — тот иногда вздрагивал, больше от страха.

— Что не поделили, я спрашиваю? — повторил чуть с большим нажимом Хозяин.

— Не знаю я, — «близнец» явно красноречием не отличался.

— Кто еще не знает? — продолжал Смуглый, берясь за второго «близнеца».

— Ну… а… чё они… Эти козлы …, - тут второй добавил кое-что непечатное.

— Еще раз услышу — получишь. — Хозяин развернул пацана лицом к себе. — Впрочем, ты и так сегодня получишь. Заняться больше нечем, кроме как напиться и подраться? Где учитесь?

— В училище.

— Чему?

— Ну, это…

— Я понял, — сказал Хозяин ехидно.

Он закончил осматривать тех троих, у кого особых повреждений не наблюдалось. Потом — с ними случилось то же, что и с Лайтом в Ираке. Видимо, проблемы с детьми тут привыкли решать с помощью ремня.

Сцена получилась не из приятных. Эмоций: крика, слёз — Лансу хватило через край. Слёз он вообще не ожидал, вроде мальчики были уже довольно взрослые. Однако и слёз было достаточно.

Сам Хозяин, конечно, до порки не снизошел. В его кабинете все это время почти не заметно появлялись и пропадали, как тени, два туземца с Острова. Они занимались с теми, у кого были серьезные травмы. Ланс едва замечал, как они входили и выходили. Тот из туземцев, что был ненормально красивым, казался еще и довольно беззлобным. Ланса едва не стошнило, когда он понял, что именно этот туземец и будет играть роль экзекутора. Лайтмен старательно уставился в стену и почти выключился, дабы не видеть происходящего и не слышать. Ему было противно. Если бы пацанов бил старший туземец — еще, куда ни шло, но этот, который был так похож на произведение искусства? Вот же гад.