Герои Шести Цветов Том 2 - Ишио Ямагато

Пусть и частично, но это была победа.

В то же время в Главном Храме собралось много людей. Там был муж Моры, Гуннер Честер. А еще старые отец и мать Моры. Присутствовала и Святая Соли Вейлинн, как и Святая Слов Марманна и Святая Огня Ленель. Кроме того, здесь были служители Главного Храма и помощницы, что пришли из Храма Гор, а также личные служанки Моры.

Комната ожидания лазарета была небольшой, все туда не поместились бы, и потому они стояли в коридоре возле комнаты ожидания.

— …Еще нет? Вот гад, — сказала разочарованно Святая Соли Вейлинн.

— Мора… я верю в тебя, — прошептал Гуннер, стоя в углу со скрещенными руками.

Полчаса назад Шениера пожаловалась на слабую боль в груди. Гуннер увидел, что синяк в виде сороконожки исчез.

Умер ли паразит, или это было каким-то знаком? Не зная точно, Гуннер тут же вызвал Тоуло. А вскоре сюда прибыли Вейлинн и остальные.

Тоуло вышла в комнату ожидания, все взгляды переместились на нее. Она подошла к Гуннеру. Она взяла его за руку и с силой пожала.

— Паразита нет. Шениера спасена.

— Вот так босс! — прокричала Вейлинн, вскидывая в воздух кулак. Она подошла к Тоуло и крепко ее обняла.

Все радостно кричали, пожимали друг другу руки и обнимались. Кто-то даже залез на стол, снял тунику и начал крутить ею в воздухе.

— Этот мерзкий Кьема! Как вам это?! Как боссу это удалось?!

Велинн отпустила Тоуло и пошла обнимать всех, кто попадался ей на пути. С огромной силой девушка ходила вокруг и кричала.

— Но если все наладилось, значит, она могла убить одного из Цветов, — сказала надломленно Марманна.

— Ни за что! Босс точно избила этого придурка до смерти!

С помощниками Тоуло Шениера вышла в комнату ожидания, но тут же испугалась общей радости в коридоре. Гуннер подошел к ней и поднял на руки, обнимая. А потом, словно осознав все, что случилось, девочка разрыдалась.

— Эй, давайте выпьем! Если не сегодня, то когда?! Открывайте запасы!

Вейлинн обхватила рукой плечи Марманны.

— А ты не спешишь? Маджина ведь еще не победили.

— А у нас праздник! Все в честь Героев Шести Цветов. В честь босса, Ролонии, Чамо и принцессы, Голдофа, а хммм, как там его звали… а, и трусливого воина Адлета. Пусть с ними будет удача!

Никто не знал, почему Шениера была спасена. Но причиной была не смерть Тгунея. Когда Тгуней соврал, все обещания о Шениере исполнились.

И никто из них не знал, какое сражение произошло на землях Воющих Демонов. Ханс почти никому не говорил, что его избрали Героем Шести Цветов. А о Фреми никто не знал и подавно.

Небо на востоке медленно краснело, знаменуя первое утро Героев на территории Воющих Демонов. На мгновение Адлет, что был на страже, залюбовался рассветом.

Они решили остаться у Вечного Цветка, пока Ханс и Мора не восстановятся.

«Может, к ночи мы уже сможем идти», — думал Адлет. Он был рад, что у них были две Святые, что могли исцелять. Так они могли не беспокоиться о ранах.

В горах было тихо. Ни Тгуней, ни Кьема не появлялись. Пока Адлет был на страже, остальные отдыхали.

— …Эй, Адлет, — сказала Мора. — А я могу остаться после всего, что натворила?

Адлет не ответил. Мора была подавлена. Она не была рада тому, что выжила, она забыла о радости от того, что спасла дочь. Ее обманул враг, она убила одного из спутников. И сделала это, принимая во внимание возможность, что его не удастся спасти.

— Бабуля, Чамо этого не позволит, — ответила Море Чамо. — Разве можно столько раз обманываться? Тебе нравится это делать? Тебе нравится быть обманутой?

«Не говори ей этого», — подумал Адлет. Мора лишь смотрела на землю, понурив голову.

— Ханс, я хочу услышать твое мнение, — сказал Адлет. Ханс был жертвой, так что его мнение решало все.

— Что ж, думаю, нужно и дальше идти таким составом… но мой гнев никуда не ушел.

«Этого следовало ожидать», — подумал Адлет.

— Когда все закончится, убей меня. Я должна ответить за свои действия.

— Ага, и что это мне даст? — Ханс приложил ладонь ко рту, неприятно улыбаясь. — Понял. Деньги, нья. Главный Храм ведь богат? Тогда я буду брать у вас деньги, пока не увижу, что ничего не осталось. Нья-хи-хи-хи.

— …Это нормально? — автоматически спросил Адлет.

— Деньги важны. Я рожден, чтобы веселиться и жить интересно. Но без денег это невозможно.

Словно смирившись, Мора кивнула. Ханс тут же посерьезнел.

— Мора, больше ошибок я не прошу. Мы должны уничтожить Маджина, даже если придется отдать за это жизни. Пойми, что я позволил тебе жить именно из-за этого.

— Понимаю. Я выиграю. А если умру, я покажу, что защищала мир.

Казалось, Ханс уже ничего не будет говорить. Адлет посмотрел на Ролонию. Она тоже была во все это втянута.

— Мора-сан…

Ролония верила Мора. И Адлет не знал, как она себя чувствует, узнав, ради чего ее растили, узнав, что причиной было убийство одного из Шести Цветов.

— Я чувствую, что не могу тебя простить. Но и понимаю, что иначе помочь Шениере-сан нельзя было… И потому не знаю, что делать.

Мора ничего не сказала. Она продолжала смотреть в землю.

— …Хотя есть одно дело. Спасибо, что растила меня.

— Ролония, прости. И спасибо. Правда, спасибо.

Они не перекались взглядами. Они все еще не понимал свои чувств.

— Не расстроитесь, если я вмешаюсь в разговор, нья?

— Что такое, Ханс?

Несмотря на мрачную атмосферу, Ханс говорил бодрым тоном.

— Когда я умер, что произошло с метками?

— …Ах, — крикнула Чамо. — Чамо это видела. Один из лепестков исчез.

— Так это доказательство, что я настоящий? Если Герой умирает, что лепесток пропадает, верно?

— Похоже на то. Можно сказать, что Кот-сан настоящий Герой? — Чамо склонила голову.

— Это не доказательство, — сказала Фреми. — Даже если седьмой умрет, лепесток может исчезнуть. Мы все еще не знаем природу метки седьмого.

— …Ньяу.

— Если кто-то умирает, а лепесток не пропадает, то это седьмой. Но если лепесток пропал с чьей-то смертью, это не доказывает невинность. К сожалению, нельзя сказать, что Ханс — настоящий Цветок, — заключила Фреми.

— Нья. Это сложно, нья. От этого чешется голова, — сказал Ханс и почесал голову.

— …Седьмой, — пробормотал Адлет. Он безмолвно смотрел на товарищей, пока они общались.

И лишь один вопрос появился в его голове.

Тгуней заставил Мору, настоящий Цветок, поверить, что она седьмая. Значит, обратное тоже было возможно.

«Может, Тгуней сделал так, что седьмой верит, что он настоящий Цветок. И потому, хотя и были шансы убить Героев в сражениях в Барьере Тумана Иллюзий или в битве на долине Пролитой Крови, он ничего не сделал. Может, седьмой и не знает о том, что он — седьмой. И если это так, что кем может быть седьмой?»