Мятежный восторг - Джейн Арчер

Никогда еще Куинси не был так зол на себя, как теперь.

Получив послание Гретхен, он бросился на зов, как только сумел вырваться, – и зачем? Потому что в своем глупом ослеплении не мог мыслить здраво. Эта красавица только что отужинала в обществе своей тетки, отчима и жениха, в наряде, который обошелся в сумму, способную целый год кормить несколько крестьянских семей! Можно только гадать, во что обошлись блюда, поданные на стол! Захочет ли она отказаться от всего этого ради бродяги вроде него?

Он с трудом справился с собой, и когда обратился к Гретхен, голос его звучал резко и отчужденно:

– Ты послала за мной. В чем дело?

Тетка ответила не сразу, она смотрела на Жанетту – та отвернулась, прошла к кровати и села, понурившись и глядя на свои руки, равнодушно комкавшие дорогой наряд. Казалось, тень легла на ее прекрасные черты. Сердце Гретхен исполнилось сострадания, но она не знала, как помочь, потому что давным-давно взяла себе за правило не вмешиваться в чужую личную жизнь. Казалось странным, что Куинси не замечает впечатления, произведенного его холодностью. Вспомнив слова племянницы, Гретхен задалась вопросом, так ли уж нужна Куинси верная подруга.

– Что же ты молчишь? – спросил Куинси все тем же бесстрастным тоном.

– Я послала за тобой, потому что мы с Жанеттой тревожились! – ответила Гретхен резче, чем собиралась. – Что творится в городе? Безопасно ли здесь оставаться?

Прежде чем ответить, Куинси украдкой бросил взгляд в сторону Жанетты. Она даже не смотрела на него, словно ей было стыдно оттого, что он находился в ее комнате. Очевидно, точно так же она стыдилась и того, что отдалась ему, человеку низкого происхождения. Зачем же в таком случае веревка была спущена именно из ее окна? Почему Гретхен не оставила открытым окно кабинета, как бывало всегда?

– О какой безопасности может идти речь? – процедил он сквозь зубы. – Вы обе не слепые и знаете, что творится в Марселе! Ливень, разогнавший толпу, послужил последней каплей. Теперь все жаждут насилия, и никто, в том числе и я, не может предугадать, что принесет завтрашний день. Я сорвал голос, уговаривая народ успокоиться, но ничего не добился. Мое мнение больше никого не интересует!

В запале Куинси повысил голос – он оказался хриплым и сорванным. Недавняя отчужденность была забыта, он переводил сверкающий взгляд с Гретхен на Жанетту, не беспокоясь более о том, что она подумает.

Девушка слушала его с жадным интересом, разделяя разочарование Куинси в его миссии, в деле всей его жизни. Как он, должно быть, одинок сейчас, как расстроен! Если бы только можно было заключить его в объятия, утешить, оживить в нем надежду на лучшее! Но что, если он оттолкнет ее? Она упустила свой шанс, когда бросила ему в лицо злые, несправедливые слова. Теперь слишком поздно обращаться к нему с просьбами и со словами любви. Но разве Гретхен не сказала, что настоящая любовь не гаснет от первой же обиды? Значит, это была не любовь? Что же тогда? Очередная маленькая победа? Нет, только не это!

Глаза ее заволокло слезами. От усилия сдержать рыдания Жанетта сжалась на краю кровати.

Гретхен покачала головой. Теперь она отчетливо поняла, что ни один из ее подопечных не мог переступить через себя и сделать первый шаг, как это нередко случается в жизни. Добросердечная женщина решила найти выход из этого положения, а пока спросила Куинси:

– Что же ты нам посоветуешь? Оставаться здесь или бежать в провинцию?

– Хотел бы я знать наилучший выход! Может статься, везде будет одно и то же. Впрочем, кое-что сделать можно. Я привез пару крестьянских платьев. Если начнется разгром богатых кварталов, переодевайтесь и бегите отсюда, не теряя ни минуты. Для полноты маскарада выпачкайте лица и выходите простоволосыми. Для начала просто влейтесь в толпу, немного покричите с ними, бросьте в окна пару камней, а потом потихоньку улизните. Где мой дом, вам обеим хорошо известно. Укройтесь там и ждите меня.

– Но это только в случае погрома, – уточнила Гретхен.

– Разумеется. Пока не дошло до массовых беспорядков, вам вполне достаточно присутствия отчима Жанетты и графа де Виньи.

Девушка что-то пробормотала, не поднимая головы. Куинси торопливо отвел взгляд.

Жанетта сама не знала, как ей удалось не разрыдаться в голос при упоминании имени ее жениха. Казалось, Куинси намеренно толкает ее в руки Алена – человека, которого она всей душой ненавидела, который взял ее силой однажды и собирается повторить опыт. Как же так можно? Выходит, ему все равно, кто станет обладать ею?

– Я не хочу слышать про этих двоих! – решительно заявила Гретхен. – Я терплю их присутствие только ради сохранения внешних приличий. По мне, ноги бы их не было под этой крышей!

Куинси бросил на Жанетту, вопросительный взгляд. Может быть, и она думает так же? А если махнуть рукой на гордость, подойти и обнять ее? Что она сделает тогда? Скорее всего отшатнется, подумал он с горечью.

– Итак, пока предпринимать что-либо не стоит, – заговорил он деловым тоном. – Советую на время затаиться, Гретхен… и спасибо за все! Если что, дай мне знать.

– Не думаю, что дойдет до крайностей. Дом мой крепок, запоры надежны. Однако в случае необходимости я постучу в твою дверь, Куинси.

– Лучше, если до этого не дойдет, – сказал он мрачно. Он не смог удержаться и снова посмотрел на Жанетту.

Возможно, он терял ее навсегда, а потому желал запечатлеть в памяти ее облик.

– Вы обе – желанные гостьи в моем доме, – добавил он, подождал реакции, но девушка, казалось, превратилась в прекрасную мраморную статую, равнодушную к его присутствию. – Что ж, мне пора. Время не ждет.

С этими словами он быстро подошел к открытому окну и ловко перемахнул через подоконник, держась за веревку. Только тут Жанетта сумела стряхнуть с себя владевший ею странный ступор.

– Куинси, стой! Не уходи! – крикнула она, бросаясь к окну и склоняясь над черной пустотой.

В коридоре послышались торопливые шаги. Гретхен тихо ахнула. Дверь распахнулась, и девушка поспешно отскочила от окна. На пороге стояли ее отчим и жених с лицами, искаженными от гнева.

– Что все это значит? – зарычал Эдуард.

Жанетта постаралась принять как можно более естественный вид, хотя и понятия не имела, как объяснит происходящее. Ее главной задачей в этот момент было дать Куинси время ускользнуть. Она застыла спиной к открытому окну, обеими руками вцепившись в подоконник.

– Я жду ответа! – не унимался отчим.

Ален молча двинулся к Жанетте. Гретхен быстро шагнула к племяннице и встала с ней рядом. Обе лихорадочно размышляли над тем, как бы поправдоподобнее выкрутиться, однако, как назло, ничего не приходило в голову.