Проклятый дар. Наваждение - Валерия Чернованова

— Мы вообще будем ехать или как? — первой не выдержала новая знакомая.

— Сейчас, — пробормотала я, интуитивно пытаясь определить, с чего бы начать.

К всеобщему удивлению машина, наконец, завелась. Добрые пятнадцать минут пятясь задом, пыталась выехать из переулка и развернуться. С горем пополам у меня это получилось, и малолитражка со скоростью беременной черепахи потащилась по шоссе.

Обгонявшие нас автомобили неистово сигналили, а их обладатели наперебой отпускали замечания, кто шутя, а кто и покрепче:

— За сколько права купила?

— Опасность! Блондинка на колесах!

— Может, все-таки я поведу? — несмело предложила Алиса.

— С такими успехами мы как раз к концу торжества подтянемся, — подлила масла в огонь Лена.

В это время гнев и обида накрыли меня будто волной, не способной потушить разгорающееся внутри уже знакомое пламя. Утопив педаль газа, заставила машину жалобно взвизгнуть покрышками. А через секунду мы мчались, стремительно набирая скорость. Мелькавшие на обочине столбы и фонари напоминали зебру, скачущую с нами наперегонки.

— Тормози! — истошно завопила Алиса. — Сейчас загорится красный!

— Успеем, — отмахнулась я и, обогнув остановившееся на перекрестке такси, рванула дальше, нисколько не беспокоясь о том, что уже успела нарушить все мыслимые и немыслимые правила.

До дома Вероники, находящегося на другом конце города, добрались всего за четверть часа.

— Ну, ты вообще безбашенная… — Дрожащими пальцами Лена отстегнула ремень безопасности и, открыв дверь, вывалилась наружу. Прислонившись к кирпичной ограде, плавно осела на землю.

Кажется, норова у нее поубавилось.

— Рика?! — совсем не вовремя из-за ворот появилась Изольда и широко распахнула ярко подведенные глаза. — Ты за рулем? Когда уже успела научиться?!

— Только что, — честно призналась я, до конца еще не понимая, что натворила.

Пьянящее чувство эйфории прошло, уступив место растерянности. Голова гудела, словно колокола Успенского собора.

— Сумасшедшая! — тоненько взвизгнула Лена и, подскочив, побежала к дому.

— Совсем ополоумела?! — накинулась на меня Алиса, лицо которой в данный момент слилось цветом с автомобилем. — Мы ведь могли убиться!

— Та-а-ак… — грозно протянула Изка, уперев руки в боки. — Может, объяснишь, что происходит?! Я тебя в последнее время не узнаю!

Две пары глаз пытливо уставились на меня.

— Ладно, проехали, — ответила еле слышно и отвернулась.

Разжав одеревеневшие пальцы, по-прежнему сжимавшие руль, вылезла из машины. Сейчас мне было необходимо как можно скорее остаться одной и попытаться все осмыслить. Как могла, находясь в здравом уме (а в здравом ли, вот в чем вопрос), подвергнуть риску свою жизнь и жизни окружающих? А ведь действительно могли бы быть жертвы: и на дороге, и среди нас.

— Может, хватит? Ты с самого утра с нее глаз не сводишь. — Этери кружил вокруг красивого старинного особняка, тщетно пытаясь отыскать свободное место для парковки. — Лучше спрячь подальше, пока кто-нибудь не увидел.

Но Кристиан и не думал расставаться с чашей. Бережно держал ее в руках, словно хрупкую драгоценность.

— Еще один узор исчез, — задумчиво констатировал он, а потом в его голосе зазвучали стальные нотки: — Найду тварь, которая водит нас за нос, убью не раздумывая! — Оторвавшись от созерцания магического сосуда, в упор посмотрел на друга. — И очень надеюсь, что ты, Этери, на этот раз не станешь мне препятствовать и пытаться спасти какую-нибудь идиотку, которая прикарманила не ей предназначенный дар!

— За это не беспокойся, — выдавил из себя ведьмак и наконец-то втиснул свою скромную «десятку» между двух внедорожников.

— Полагаю, сегодня мне повезет больше, — вклинился в разговор Даниэль, сгребая с сидения купленные наспех подарки. — И я отыщу того, в ком прячется сила.

— Уж постарайся, — буркнул Крис, снова вперившись взглядом в чашу.

В первый и единственный раз, когда Ведающему удалось засечь дар, связь быстро оборвалась. Словно оглашенные, ведьмаки носились по университету в надежде найти его нынешнего хозяина, но были вынуждены уйти ни с чем. Следующие дни прошли в монотонных скитаниях по городу. Даниэль концентрировался на силе, пытаясь снова ее отыскать, но та словно нарочно не желала открывать своего пристанища.

— Очень удачно нам подвернулась эта вечеринка, — тем временем рассуждал Этери. — Народу из универа будет уйма, и у нас появится шанс просмотреть всех.

— Я бы начал с твоей подружки, — плотоядно оскалился Крис. — Уверен, если снимем с нее все лишнее, обнаружим много занимательных картинок.

— Не смей так о ней говорить! И мы это уже обсуждали! — резко осек его друг. — Эрика обычная девушка.

— Ты видел эту обычную девушку голой? — флегматично отозвался парень. Выбравшись из машины, огляделся.

— Начинаю подозревать, что твой интерес к ней вызван не только поиском дара.

От такого заявления Эчеда перекосило:

— Чушь! Она явно не дотягивает до любого стандарта!

— Тогда, надеюсь, мы закончили и больше не станем возвращаться к этой теме, — с нажимом проговорил Этери.

— Будет печально, если ты ошибся и мне придется подписать Кальман смертный приговор, — продолжал издеваться чародей.

Этери стоило больших трудов, чтобы не врезать Крису, а спокойно произнести:

— Не пойму, чем она так тебе насолила.

— Скажем, при встрече с ней у меня возникает неосознанное желание ее придушить.

— А мне в данный момент хочется придушить вас обоих! — прикрикнул на приятелей Даниэль. — В последнее время вы только из-за нее и лаетесь. Можно подумать, она вас приворожила.

— Ну и глупости приходят тебе в голову, — неподдельно возмутился Эчед.

Ведающий заметно напрягся, всматриваясь в вырисовывающееся в сумерках белокаменное здание. На мгновение взгляд юноши стал отсутствующим, а потом лицо озарила ликующая улыбка.

— Не поверите, но только что я снова его засек!

Придя в себя, отправилась на поиски Алисы, чтобы все объяснить и вымолить у нее прощение. Точнее попытаться это сделать. На самом деле я и сама смутно понимала, что происходит. Иногда моими поступками как будто руководил другой человек, живущий в глубинах моего сознания. Классическое раздвоение личности. Раньше я, например, подумать не могла, что буду выступать перед огромной аудиторией или носиться по городу, словно Шумахер. Всегда предпочитала быть в тени, а в машину садилась только в качестве пассажира, да и то с опаской и не с каждым водителем.