Рожденная на рассвете (ЛП) - Девис Кристина

— Ты можешь мне помочь? — спросила Нева у Миланда.

Он закрыл дверь и, наклонив голову, повернулся к кухне, приглашая ее следовать за собой. Там она рассказала ему о том, что произошло, а затем позволила себе перевести дыхание, ожидая, что он скажет, если вообще что-нибудь скажет. Он спокойно двигался по комнате, доставая красное яблоко из большого холщового мешка в кладовке и нарезая его на кусочки, чтобы поделиться с ней.

— Прежде чем тебя пустят к нему, с твоего друга снимут все оружие и отведут в камеру в подземелье, — сказал Миланд своим скрипучим голосом.

— Сколько времени это займет? — спросила Нева.

— Не меньше часа, — ответил Миланд. — До тех пор ты должна подождать.

Когда он облокотился на деревянную стойку напротив нее, она поняла, что это был первый раз, когда они спокойно разговаривали. Обычно он выполнял одно из требований Астианда, но между ней и Миландом возникло взаимное уважение. Нева была уверена, что может на него положиться.

— Могу я задать тебе вопрос, — Нева сглотнула, ее взгляд невольно переместился на его обрезанные рога. — И ты ответишь честно?

— Я не стану делиться с тобой подробностями о моем наказании, — сказал Миланд, словно ожидая, что она снова заговорит на эту тему. — Наказание, которое они мне нанесли — это мое личное дело.

— Дело не в этом! — воскликнула Нева. — Я хотела спросить, откуда ты узнал о дневнике моей матери.

Миланд выдержал ее взгляд.

— Он много лет пролежал в библиотеке Астианда, — ответил Миланд. — Какое-то время он корпел над ним ночами напролет. Я верю, что в дневнике твоей матери есть что-то важное для донажи и ее аллиадо. В ту ночь, когда ты прибыла сюда, Астианд перенес книгу из библиотеки в сейф.

Нева мгновение помолчала. Решимость Астианда держать ее подальше от подробностей жизни матери приводила в бешенство. Но что еще более важно, если он так долго читал дневник, то, возможно, искал скрытые записи, которые она обнаружила. Это имело смысл. Если все, что написала ее мать, было правдой, Тринижи не сдавалась так легко.

Нева почувствовала, как ее охватывает решимость. Решимость уйти от него и Тринижи. Решимость удержать Руку подальше от их злых замыслов.

— Я уеду сегодня вечером, — сказала она наконец. — Мы исчезнем.

Говоря это, Нева поняла, что стала увереннее, чем когда-либо. Она убегала с Адамом. До того, как донажи сможет использовать ее в своих целях. Прежде, чем донажи приведет в исполнение наказание за преступление Адама.

Монажи не доверяла Да'Валиа. Нева не могла поверить, что ей потребовалось так много времени, чтобы понять, что она тоже не может доверять им.

— Уедешь? — спросил Миланд. — Куда ты пойдешь?

— Я не знаю. — Нева думала, составляя план. — Мне нужно поговорить с Адамом и узнать, зачем он пришел. Я благополучно проведу его обратно на Ледниковый Перевал и уберусь как можно дальше, так что, даже если донажи или Астианд захотят найти меня, они не смогут.

— Тебе придется замести следы.

— Я это сделаю, — сказала Нева. Адам мог бы ей помочь.

— Вам нужно будет двигаться быстро.

— Я это сделаю, — снова сказала Нева, немного смущенно.

— Даже с человеком?

С Адамом это было бы сложнее. Нева не могла этого отрицать.

— Боюсь, это будет труднее, чем ты думаешь, — рассудительно сказал Миланд. — Твою ценность нельзя недооценивать. Если донажи или Астианд догадаются о твоих планах, они остановят тебя прежде, чем ты начнешь действовать.

Миланд доел последние дольки яблока и стал ждать ее реакции.

— Ты прав, — сказала она наконец.

Вивижи предупредила ее, что донажи может попытаться использовать силу Невы для собственной выгоды, и Тринижи придет в ярость из-за дополнительной бреши в системе безопасности. Нева должна быть осторожна, чтобы донажи и ее аллиадо никогда не нашли ее. Если они ее найдут, то наказание будет не только в порке на рассвете.

Одно Нева знала наверняка: ей не справиться в одиночку.

— Ты мне поможешь? — спросила она Миланда во второй раз.

— Я уже помогаю, — прохрипел он.

— Хорошо. Тогда вот что мы собираемся делать… — Нева изложила план действий, а Миланд дополнил его там, где это было необходимо. В конце часа они отправились навестить Адама и сообщить ему о ее плане.

Она шла к подземелью, построенному у подножия одного из холмов на окраине горной деревни, быстро и бесшумно, если не считать хруста гравия под ногами. Нева была рада, что Миланд был рядом с ней.

Они подошли ко входу в подземелье, где каменные стены выгибались от земли до самого верха, чтобы защитить входную комнату от непогоды. Внутри помещения была приподнятая решетка и два солдата стояли на страже. К ним подошла Нева и попросила разрешения поговорить с Адамом. Охранник провел ее и Миланда в темные туннели, украшенные черепами Да'Вода.

Солдат убил многих за свою жизнь. Суть его струилась с него, как невидимый туман. Более заметными были маркировки на его ремне, указывающие на многочисленные убийства. Он повел их глубже в пещеры. Тени накрыли их, когда они сделали первый поворот в туннеле, минуя двери камер, сделанные из массивных плит черного камня. Нева не могла сказать, были ли изначально каменные двери такого цвета, или все здесь внизу было просто покрыто грязью. Масляные лампы, расставленные через равные промежутки вдоль стены, давали не очень хорошее освещение. Воздух был спертым, влажным и холодным, как на высоте Файерсайда.

— У вас есть немного времени, так что поторопитесь, — приказал охранник, кладя руку на одну из черных каменных дверей.

Нева прищурилась и увидела, как предательское сияние магии пульсирует вокруг его руки, прежде чем он убрал ее. Она запомнила эту информацию. Она воспользуется ей позже.

Из камеры доносился такой отвратительный смрад, что ее затошнило. Нева старалась дышать ртом, но вонь экскрементов и разложения обожгла ей ноздри. Она пригнулась, чтобы войти в камеру, оставив Миланда снаружи с охранником. Нева призвала свой человеческий облик, теребя амулет на цепочке на шее. Адам видел ее истинный облик мгновением раньше, но она была уверена, что ему было бы спокойнее, если бы она предстала перед ним в прежнем виде. И, если быть честной, ей тоже было бы спокойнее.

Дверь захлопнулась за ней, и подземелье погрузилось в кромешную тьму. Она моргнула и подождала, пока ее зрение привыкнет к темноте. Фигура ссутулилась у стены.

— Адам? — позвала она.

Он дернулся в ответ, и Нева бросилась в его сторону. Она чуть не поскользнулась на скользкой субстанции, покрывающей каменный пол.

— Адам, ты в порядке? — Нева присела рядом с ним и взяла его за плечо, притягивая к себе.

Он был в порядке.

— Нева! — воскликнул Адам. — Слава богам. Ты не представляешь, как я рад тебя видеть.

Он заключил ее в объятия. Она замерла, и пыталась обдумать все. Было странно ощущать прикосновение человека. Почему это было так странно? Неужели она так изменилась, что простое объятие уже не кажется естественным? Она отогнала эти мысли и ответила на объятия. Всего на мгновение она позволила себе быть человеком. Затем она отстранилась.

— Ты можешь вытащить меня отсюда? — спросил Адам, цепи вокруг его лодыжек звякнули, когда он сел.

— Да. Мы оба выберемся отсюда.

— Хорошо. Твой отец… Боги, Нева, ты нужна своей семье прямо сейчас.

— Ты расскажешь мне обо всем позже, как только мы вытащим тебя из этого места, — сказала Нева. — У меня совсем немного времени, прежде чем охранник попросит меня уйти, так что я должна это сделать.

Нева опустилась на колени и с грубой силой дернула каждый из наручников на его лодыжках. Металл держался, поэтому она пыталась снова и снова, пока винты не сломались, и наручники, наконец, не упали. Адам наблюдал за ней, пока она работала, а она избегала его взгляда, не желая видеть страх в его глазах. Как только она закончила, то замерла, надеясь, что охранник ничего не заподозрил. По ту сторону двери не доносилось ни звука.