Посольская школа. Невеста Сокола (СИ) - Мор Дэлия

— Я вызываю командира, — Пруст с улыбкой потянулся за зеркалом. — Будем брать аккуратно, но быстро?

— Да, лучше не шуметь. Я с удовольствием снова эвакуировал бы всех детей на территорию клана, но директриса будет против. “Посеете панику, нарушите учебный процесс!” Двух отрядов нам хватит, чтобы оцепить трактир? Глушилок понавтыкаем так, что не пикнет и спеленаем щенка.

— Одного хватит, если сами пойдём, — проворчал глава разведки. — Ясного неба, лин Делири. Друг Марко подтвердил, что под его личной — другой человек. Силу магическую определил. Дар у Домуса Визариса такой. Судя по тому, как он трясся от страха, мы имеем дело с Франко или кем-то равным ему.

— Демоном, — мрачно пошутил Сокол.

— Да лучше бы с демоном, — голос главы клана звучал глухо. — От них меньше проблем. Подождите с захватом, а то я чувствую по настроению Пруста, что вы оба в бой рвётесь. Цепной пёс Плиния должен быть с ног до головы увешан иномирными артефактами. Сюрпризов будет много. Хорошо, если оторванным ухом, как Линней, отделаетесь.

Забыть атаку на логово иномирных оборотней-медведей было невозможно. Покровитель Франко создал чудовищ. Они рвали воинов клана на части и магия их почти не брала. Линней попал в ловушку, его едва успели спасти.

— Я забрал у лже-студента пояс с артефактами, — доложил Сокол. — Сильные были, запрещённые, но наши. Нечто странное, возможно, иномирное тоже заметил. Мешочек камней и стеклянная колба с деревяшкой.

— Камни помню, — оживился глава. — Он раскладывал их по бумаге со схемой заклинания, когда открывал портал в другой мир. Думаю, с той же целью их снова к источнику принёс.

Да, версия звучала логично, и первая странность обрела смысл. А заодно нашлось ещё одно доказательство, что они имеют дело именно с Франко.

— А деревяшку я не видел, — Кеннет Делири задумчиво почесал пальцем длинный шрам на щеке. — На ум приходит одно предположение, но придержу его пока. Отнять не пробовали? Деревяшку.

— Сирая за ней следит, — ответил Сокол. — Утром докладывала, что лже-Марко завязал её в узел из вещей и больше не трогал.

— Отлично. Её до сих пор не украли из комнаты? — нахмурился глава клана. — Ребята, ну что за первый курс Академии?

— Виноват, — протянул глава охраны школы, доставая зеркало. — Нест, студента ещё отвлекают?

— Да, Эрика щебечет, как птичка, — улыбнулся бывший лекарь. — Маленькое чудо, а не девчонка.

— Двух ребят в его комнату отправьте. Пусть вынесут свёрток из камзола и рубашки. На кровати должен лежать.

— Будет сделано, лин Сокол.

— Так, артефакта его лишили, — продолжил маленький военный совет Кеннет Делири. — Теперь придумать бы, что делать с даром.

Пруст даже шею вытянул, как внимательно слушал. Глушилки перекрывали возможность пользоваться магией, но на природный дар не действовали. Если он у Франко опасный, неудобный или неприятный, то даже тремя отрядами воинов можно не обойтись.

— Слабые места известны? — спросил разведчик.

— Вообще нет, — покачал головой Кеннет. — Франко виртуозно копается в мозгах. Не каждый карманник так клиента обшмонает, как он заберётся в любой закоулок сознания. Память стирает. Ради шутки может подкинуть в пустое место посторонний образ или оставить прямо так. На самом интересном месте. Ходишь потом двадцать лет, идиотом себя чувствуешь. Но что ещё? Я не знаю, наводит ли морок, может ли убить, как ты, Пруст. А нет, знаю. Может в точности так же. Лин Актур Беринский — его работа.

Покойный тесть Кеннета, не доживший до свадьбы пару месяцев. Знает или нет лина Хельда, лучший убийца не стал спрашивать.

— Паралич навести способен, — продолжил глава клана. — Но паралич необычный. Когда с Плинием возле “Медвежьего угла” встречались, Франко отвёл глаза воинам.

— Да, я их потом расспрашивал, — подхватил Сокол. — Ничего не помнили. Поклялись именами предков, что полтора часа пролетели за один удар сердца. Моргнули на посту, а все уже разошлись.

— Давайте остановимся, — предложил разведчик. — Уже наговорили столько, что у меня один вопрос. Он вообще победим?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Уж точно не бессмертен, — обнадёжил Кеннет. — А значит, чего-то боится. Или кого-то. В общем так. Доставьте деревяшку к Этану, пусть её изучит. На вопрос “куда делась моя одежда” смело пойте, что прислуга забрала постирать, когда убирала комнату. “Ах, простите, извините, неопытная, мы её накажем”. Камзол с рубашкой потом вернёте. Франко зубами держится за возможность находиться рядом с источником, так что сильно возмущаться не будет. Захват отложим до завтра. Если клановый маг ничего не скажет про деревяшку, и мы не найдём слабое место в магическом даре лже-Марко, то я просто открою карты. Сам приду к нему и спрошу, что он забыл не земле моей жены.

— А что так можно было? — удивился Пруст.

— Да, но я всё-таки предпочёл бы говорить с Франко, сидя среди глушилок и без страха, что он залезет ко мне в мозги. Так что готовимся тщательно.

— Есть, — синхронно ответили убийца и разведчик.

Через пять минут после того, как погасло зеркало Пруста, с поста охраны доложили: “Деревяшка у нас”.

Война с сильнейшим магом всех королевств началась.

Глава 31. Всё страньше и страньше...

Лина Бояна — дочь Верховной ответила на моё письмо почти сразу. Ей стало интересно, зачем мне понадобилось такое специфическое зелье, но в целом отказать она не видела причин. Опасных побочных эффектов во время испытаний ведьма не выявила, секретных компонентов зелье не содержало. Вся ценность — в принципиально новом рецепте, придуманном специально для Доротеи.

Я навела тумана и объяснила, что у моего знакомого похожая проблема.

“К сожалению, я не могу назвать его имя, но, уверяю, если зелье даст нужный результат, он будет готов выкупить запас на целый курс!”

Неприятным сюрпризом стало то, что деньги Бояну интересовали мало. Она, как истинный учёный, мечтала продолжить исследования. За возможность наблюдать за моим знакомым, ведьма собиралась обеспечить его необходимым количеством снадобья даром. Нашла коса на камень. Я не могла дать согласие, не переговорив с Соколом.

Так и написала потенциальной поставщице: “Нужно уточнить, готов ли он отказаться от анонимности. Надеюсь, исцеление ему важнее. Напишу, как только сама узнаю ответ”.

“Я подготовлю для вас лишний бутылёк”, — пообещала Бояна.

Я отложила письма от неё в отдельный ящик и погрузилась в изучение бумаг. Нарадоваться не могла на Сираю. Все накладные и акты приёмки были настолько подробными, что даже Ведана, будь она на свободе, не нашла бы к чему придраться. Каждая медяшка зафиксирована, каждый пучок зелени учтён. Мне оставалось только ставить свою подпись, чтобы подтвердить, что документы проходили через меня. Красота!

Стук в дверь застал меня врасплох. Дети и учителя должны заниматься в классах, а больше никто меня обычно не беспокоил.

— Войдите, — разрешила я.

В кабинет вплыла фея сковородок и поварёшек — Сара. Остановилась в нескольких шагах перед моим столом и нервно одёрнула чистый передник. Вместе с ней в комнату ворвался аромат полыни с нотками аммиака. Озадаченность и слабый страх.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Тёмных ночей, лина Амелия, — вежливо поздоровалась она. — Я вас не отвлекаю?

— Нет, — я напряглась и подалась вперёд, принюхиваясь. Подумалось, Малия натворила что-то на кухне. Перебила всю посуду, чтобы отомстить мне за угрозу увольнения? Погнула столовые приборы? — Что-то случилось?

— Я не знаю, — Сара перекинула косу за спину и посмотрела на меня. — Хранительница школы весь день носу не кажет. Она утром обычно забирает список продуктов для деревенских, а сегодня не заходила. Ну я Мису попросила, она отнесла сама бумажку. Большой беды не случилось. Но что-то мне неспокойно, лина Амелия.