Пепел Ара-Лима. - Сергей Костин

Выскочив на ровное место Аратей оглянулся. Три фигуры спешно карабкались по камням, стараясь догнать его. В руках незнакомцев блестели металлом арбалеты. Аратей никогда не видел такого оружия, но кормилица часто рассказывала, что похожими приспособлениями, очень короткими луками с рукоятками, пользуются большинство наемный убийц.

Заметив, что мальчик остановился, наемники почти одновременно сделали залп. Короткие стрелы не долетели до наследника.

— Йо-хо! — закричал Аратей боевой клич учителя Йохо и помахал рукой.

Наемники, разъяренные неудачей, что-то закричали. Но Аратей не вслушивался в слова проклятий. Бежал, уже не слишком торопясь к спуску. Ему будет что рассказать Гамбо. Аратей уже представлял удивленное лицо брата, как новая опасность заставила замереть юного короля на месте.

Из-за валунов, что лежали на краю площадки, показалось трое новых наемников. Вытянутые головы, закрытые железными масками лица, серые плащи, сливающиеся с цветом камня, тусклый металл в руках. Они двигались к Аратею молча, неторопливо, зная, что ценная добыча, за которую Кэтер заплатил огромные деньги, уже никуда не денется.

Аратей растерянно озирался, ища пути из ловушки.

Он по собственной глупости попал в нее. Достаточно было свернуть с горной тропы чуть в сторону, укрыться до наступления ночи в надежном укрытии, в заброшенной штольне или в естественной пещере, где его не нашла бы и сотня людей в железных масках. Но нет, он решил, что ноги смогут спасти его от страшных людей. Не спасли. Наоборот, завлекли в самую настоящую ловушку.

Ладонь наследника поднялась на уровень груди и, как учил Самаэль, резко повернулась сжатым пучком в сторону наступающих наемников:

— Фагулат ханк вестра! — прошептал Аратей и разжал пальцы.

Кончики ногтей его неимоверно накалились, засверкали ослепительным огнем, и с них сорвалась яркая вспышка.

— А-а-а! — завопил Аратей, взмахивая обожженной рукой.

Сноп горячего пламени упал к его ногам, рассыпался на камнях и пропал.

Со стороны подбирающихся все ближе и ближе наемников послышались возгласы. Аратей, занятый ошпаренной рукой, не разобрал — то ли это был возглас удивления, то ли люди в масках смеялись над неудачным заклинанием.

От боли и страха на глазах короля проступили слезы. Неожиданно он вспомнил, как убил серую птицу, которая доверчиво села в его ладонь. Сейчас он, Аратей, как та птаха. Сидит тихо на ладони и ждет, когда захлопнется ловушка.

Аратей знал, что такое боль. И всегда помнил, что такое смерть. Но его сердце, сердце шестилетнего мальчика, никак не хотело верить в то, что всего через мгновение его жизнь может оборваться. И Аратей почувствовал, как дико, как безумно дико ему не хочется умирать.

Аратей, совершенно обезумев от этого элементарного человеческого желания, развел руки, закрыл крепко глаза и, словно желая задушить нападающих, с диким, почти нечеловеческим криком, бросился на близких наемников.

Трусливый поступок юного короля. Смелый поступок юного короля. Кто, трусы или смелые умирают чаще?

Наемники, видя, что добыча сама бежит в их руки, остановились, целясь острыми клинками в сердце несущегося навстречу юного короля. Слишком легкой оказалась добыча.

Позади людей в железных масках, словно духи безмолвия, тихо и неслышно возникли два силуэта.

Первый из них, высокий и широкоплечий, всего три раза взмахнул мечом, на котором внимательный глаз мог заметить несмываемые коричные пятна засохшей крови. Первый наемник в один миг лишился головы, второй упал с перерубленным туловищем, а третий рухнул, расколотый на две равные половины.

Второй силуэт, который был гораздо ниже первого и не такой широкоплечий, три раза натянул лук с неслышной тетивой. Три стрелы, выпущенные, казалось, за один вздох, словно невидимые молнии пронеслись мимо орущего Аратея, пробили стальные панцири на телах арбалетчиков и вылетели с другой стороны, вырывая каждый по куску мяса, кожи и непрочной материи.

Аратей на полной скорости врезался в валуны, втиснулся лбом в камень, отскочил и рухнул на спину, так и не открыв глаз.

Два силуэта склонились над потерявшим сознание королем, молча переглянулись, кивнули друг другу, о чем-то сообщая, и быстро, не издав ни звука, исчезли. Вместе с ними с площадки и с тропы сгинули шесть трупов наемников.

Высоко в небе, над горной площадкой, парил молодой белый орел. На его груди сочилась, засыхая на вольном ветре, кровь от арбалетной стрелы кэтеровского наемника.

Аратей очнулся через два часа. Приподнялся на локтях, осмотрел каменистую площадку. Мотнул головой, замычал от боли. Дотронулся до здоровой шишки, зашипел. Вспомнил, куда бежал и от чего спасался.

— А где? — сколько не всматривался наследник, нигде не было видно страшных незнакомцев в железных масках. Ни на тропе, ни у камней, нигде.

Захлопав ресницами, развел руками, спрашивая у гор — куда пропали те, кто хотел убить его.

Но горы молчали, хмурясь белыми облаками. Горы не из болтливых. Свои секреты они хранят надежно.

Мальчишка, пятясь, и все время оглядываясь, подошел к спуску в долину. Внимательно осмотрел тропу, ведущую вниз и, словно сорвавшись с обрыва, бросился вперед.

Как бежал — не помнил. Как перепрыгивал через камни — не помнил. Как спотыкался и падал, обдирая руки и колени — тоже не помнил. Мчался быстрей горного ветра, что дул ему в спину. Быстрее мыслей, что роем вились в его детских мозгах. Только кровь горячая стучала в висках и колотилась об испуганное сердце. Да еще ныла, не переставая, огромная красная шишка на лбу рано повзрослевшего короля.

Аратей, не встретив по дороге ни одного жителя долины — кто в поле трудится, кто в шахтах руду добывает — на одном дыхании вбежал по лестнице, что вела к горной крепости. В другое время три передышки делал, на ступенях отлеживался. Но только не сегодня.

На самых последних ступенях не выдержал, упал без сил, выдыхаясь.

— Что-то случилось, юный король?

Стояли перед Аратеем все Учителя. И Самаэль, с древней белой бородой. И кормилица Вельда, руки перед собой почтительно сложив. Рядом лесовик Йохо, щепкой в зубах ковырялся. Позади всех возвышался майр Элибр. Опираясь на меч, взгляд вдаль устремил. Между ними Гамбо вышагивал, удивленно на взрослых посматривал — что это все на воздух вылезли? Чуть в стороне горняки из охраны неспешно разговор вели, перешептывались.

— Там! — Аратей задохнулся от усталости, но рукой направление показал.

— Там горы и небо, — Самаэль нахмурился, что не предвещало ничего хорошего наследнику. — Они никуда не денутся. А вы, юный правитель, опоздали на три часа. Не расскажите нам очередную забавную историю? Может быть вы свалились в глубокое ущелье? Или заблудились в подземных лабиринтах?