ЯССТ 8 (СИ) - Панченко Сергей Анатольевич

Выстрел оказался довольно мощным и громким. Левый глаз не видел никакой сигнальной ракеты, а в нашлемном мониторе в небо взвилась яркая полоса. Она превратилась в яркий шар, похожий по яркости на сварочную дугу, зависший в воздухе. Некоторое время он двигался в одном направлении с кольцом, но потом стал отставать. Через несколько минут явились люди Рубильника на двух квадроциклах. На каждом сидели по четыре человека.

— Хорошо спрятался. — Оценили они место приземления контейнера. — Командир просил узнать, куда девать ящики.

У меня до сих пор не было представления, как организовывать оборону. На первый взгляд лучше всего для этого годились небоскребы, но мы не знали, каким оружием будут воевать противники. Надо было выбрать, что лучше подходило, глухая оборона внутри зданий или маневренный бой. С учетом особенностей города оба варианта выглядели равноценными. Тут не могло быть классических понятий типа флангов, центров, заманивания в карман, мешок, котел. Кто быстрее ориентировался в постоянно меняющейся обстановке, тот и имел преимущество. Нужен был совет всех командиров, чтобы сообща выработать тактику.

Мы собрались через полчаса, столько времени у нас ушло, чтобы все смогли найти место, обозначенное сигнальной ракетой. Колпак и Спирохета оказались самыми медленными. После часового спора родился компромисс. Каждая десятка занимала один небоскреб. На каждое кольцо по две десятки, строго на противоположных сторонах. Итого восемьдесят человек должны были обороняться внутри зданий, используя для этого все подходящее оружие. Оставшиеся двадцать являлись мобильным отрядом на квадроциклах, которые должны были воевать как кавалерия, наскоком, наносить мощный урон с неожиданной стороны и быстро убегать. Также они могли решать вопросы подвоза боеприпасов или эвакуации раненых. Бойцы в экзоскелетах становились по примеру Атамана снайперами-бронебойщикми, а так же легкой артиллерией.

До начала сражения план мне казался рабочим.

Глава 15

Мы все высыпали на улицу из небоскребов, которые собирались защищать и уставились вверх, на последние секунды отсчета. Сердце предательски шалило, отбивая слишком частый пульс. Как я не пытался успокоить себя тем, что хорошо подготовился к бою, раскидал акустические датчики вокруг зданий, расставил мины, многократно обсудил тактику с командирами, а все равно казалось, что чего-то не предусмотрел.

Табло потухло. Летающий аппарат, создающий его, начал снижение. Размеры корабля даже в сравнении с городом, казались гигантскими.

— Это техника удэмкватов. Их тяга ко всему гигантскому. — Раздался в наушнике голос Айрис. — Они точно являются соучредителями гладиаторских боев.

— Нам это как-то поможет? — Поинтересовался Егерь.

— Они слишком жадные и тупые для космической расы. Где-нибудь должны проколоться. — Ответила супруга.

Не знаю, чем могло нам помочь ее признание. Было ли нас в запасе столько времени, чтобы дождаться, когда они проколются. Аппарат завис в сотне метров от крыш небоскребов. Воздух вибрировал вместе с моими внутренностями от гула работы его двигателей. Открылись многочисленные аппарели по боковым сторонам корпуса, из которых, как из родящей утробы, посыпались вниз черные предметы, подсвечиваемые синими огнями реактивных двигателей.

— К бою. — Приказал я. — Бронебойщики, проверьте эффективность вашего оружия на десантируемых аппаратах.

Раздались первые выстрелы. Одна из коробочек, полыхнув огнем, понеслась к земле. Взрыв раздался далеко от места, где мы находились.

— Эффективно. — Доложил Атаман.

— Это ты подбил? — Догадался я.

— А то кто же. — Усмехнулся он. — Из такой винтовки и ребенок сможет попасть.

Техника противника огрызнулась огнем, расстреливая верхние этажи ближайших небоскребов. Раскусили нашу заготовку или же смогли определилить откуда велся огонь.

— Бронебойщики уходите из-под огня. — Приказал я. — Затаитесь пока они не сядут, потом наваляете сверху.

Кажется, противник решил использовать тактику ударного кулака. Все машины высадились в одном месте, достаточно удаленном от всех занятых нами зданий. Если противник и дальше собирался использовать концентрированно свои силы, то для нашей тактики защиты зданий по десять человек в каждом, это был тактический проигрыш.

— Кому-нибудь видно, где высадился враг? — Поинтересовался я.

— Нет, не видно. — Ответил Атаман.

Остальные бойцы тоже ничего не видели.

— Драбаган, тебе первое задание, найти врага и посмотреть, что он делает. Если получится, то не показывайся ему на глаза и передавай обо всем, что видишь.

— Есть командир. Выезжаем.

— Удачи.

Мимо нас на бешеной скорости пролетел квадроцикл под управлением Драбагана. Стрелку с таким водителем требовалось крепче держаться за пулемет, а не вести из него прицельный огонь. Минут пять мы ждали информацию, и она ворвалась в наши уши диким воплем.

— У них дро…! — Драбаган замолк на полуслове.

Я был полностью уверен, что он недоговорил слово «дроны». Через некоторое время до нас донеслись хлопки выстрелов. Мои модификации сопоставили по времени крик бойца и время, когда дошла звуковая волна от стрельбы. Получалось, что враг высадился примерно в четырех километрах от нас. Так далеко мы не разбрасывали акустические датчики и теперь пребывали в полной неизвестности от того, куда собирается двинуться противник.

Я взял трубу миномета. Установил снаряд с акустическими датчиками внутри и определил место, куда они должны были упасть. Четыре километра еще находились в зоне действия оружия. Выстрелил, перезарядил и выстрели еще раз, чтобы гарантированно заполнить интересующее пространство электронными осведомителями. Организаторы, чтобы уравновесить нашу ситуационную осведомленность, решили, что одна сторона будет использовать летающие дроны, а вторая акустические датчики. Ни то, ни другое не давали тотального преимущества. Все зависело от умения людей распоряжаться полученными данными.

Датчики начали передавать данные менее чем через минуту. Они приземлились, откалибровались и готовы были предоставить объемную картину происходящего в зоне их действия. И мы увидели, как тяжелые аппараты двигались по улице. Их сопровождали люди, идущие позади каждого из них. Дроны опережали на несколько сот метров бронированную пехоту. Заглядывали за углы зданий и в окна, чтобы исключить неожиданную засаду. Противник двигался вдоль пятого кольца в нашу сторону. Они поступили точно так же, как поступил бы я. Двигаясь поперек движения колец, легко было потерять контроль над всем. Нельзя было бы штурмовать здание, проезжающее мимо тебя, нельзя было бы привязаться к местности. А еще противник мог появиться с любого направления, просто сидя на месте, пострелять и поехать дальше.

Идея поэтапной зачистки колец ударным кулаком выглядела правильной и эффективной. А нам следовало быстро менять свою тактику.

— Айрис, Спирохета, Француз, подтягивайтесь ко мне. Враг решил не распылять силы. Надо встретить его сообща.

Айрис со своей десяткой появилась через пару минут. Остальные подтянулись в течение получаса. Противник за это время добрался до сенсоров, разбросанных нами заранее. Мы смогли пересчитать его численность и вооружение. У него имелось десять бронированных машин. Личный состав составлял около семидесяти человек пехоты, идущий снаружи и девять дронов. К сожалению, наши датчики не умели определять внешний вид техники, чтобы знать заранее, имелось ли на дронах вооружение или они выполняли только функции разведчиков. Так же мы не знали, чем вооружены броневики.

Мой отряд и часть бойцов из отряда Айрис заняли верхние этажи небоскреба. Француз ждал противника внизу. Бойцы Спирохеты заняли дом за нами. При этом их задачей являлся еще и контроль улицы между пятым и четвертым кольцом, чтобы нас не взяли в клещи. Все подступы обильно заминировали противодроновыми минами. Я взял автомат, лучемет или импульсное ружье, и поднялся на самый верхний этаж, разрушенный взрывом, уничтожившим город, и спрятался среди обвалившихся плит перекрытий. На такой высоте гулял ветер, гудя и посвистывая в многочисленных проходах обвалившихся конструкций.