Лазурь и Пурпур. Месть или Любовь? (СИ) - Вилкс Энни

— Твоего слова мне так же мало, как тебе моего. С этой клятвой ты ничего не теряешь, ведь она подразумевает мое содействие.

Повисла напряженная тишина. Кьяра слышала, как за окном каркал ворон, и как ветер трепал деревья.

— Авааши исаасииишапивиаса исхатахаисала Кьяра Теренер инсесиошааши ивехаисаала Дэмин Лоани истераашивасаа.

— Нет, — негромко прокомментировал Дэмин. — Иссаимишаса виишамистивара шавимаисас. Вставь это.

— Слишком невыгодно, — ответил Олтар. Кьяра понимала: Арван рассказывал ей, что данные на тайном языке клятвы нарушить нельзя, так что слова необходимо выверять. Он еще говорил, мол, даже хорошо, что Кьяра не знает языка и никогда никому не сможет поклясться. — Только шаса виишамис. — Дождавшись кивка Дэмина, Олтар повторил: — Авааши исаасииишапивиаса исхатахаисала Кьяра Теренер инсесиошааши ивехаисаала Дэмин Лоани шаса виишамис истераашивасаа.

— И раз в сутки ее сердце необходимо исцелять, — добавил Дэмин жестко.

— Значит, у нас сутки, чтобы устроить официальную передачу власти.

— У тебя сутки. Или ты организуешь нам встречу. Иное будет сознательным причинением ей вреда.

— Я знаю, в чем поклялся, Дэмин Лоани.

— Я тоже тебя слышал. Станешь ли ты проверять, сработает ли эффект нарушения?

— Дай ей своих снадобий. Я осведомлен об эффекте твоих чудодейственных эликсиров.

— Я пришлю их с Двинкой, — отозвался Дэмин, и хотя голос его не изменился, Кьяра услышала в нем нотки злости.

— Ты также можешь определить, чего хочешь для себя и для нее — земель, людей. Мы обсудим это, когда состоится коронация. Я не заинтересован во вражде с тобой, Дэмин Лоани, — чуть склонил голову Олтар.

— Ты слабее меня.

— Хочешь проверить это, когда твоя истинная пара в моих руках?

Дэмин молчал. Затем шагнул вбок, так, чтобы видеть свернувшуюся от тяжести неожиданно обрушившихся новостей девушку.

— Кьяра, все в порядке. Он поклялся не причинять тебе вреда даже в целях самозащиты, и уверяю, я не дам ему возможности нарушить эту клятву. Мы увидимся после коронации, и я заберу тебя. Не бойся ничего. Ты — его гарант моего сотрудничества, так что он будет беречь тебя.

— Буду тебя ждать, — торжествующе улыбнулась Кьяра Дэмину, всем своим видом показывая, как благодарна за развязанные руки.

Всего несколько мгновений они стояли друг напротив друга, не говоря ни слова — и обмениваясь чем-то куда большим, чем слова. Связь полнилась любовью и надеждой, такими острыми, такими горячими, такими светлыми, что Кьяра не смогла сдержать слез — предательские капли все же побежали по щекам.

И когда Дэмин Лоани вышел, и пустота поднялась внутри, Кьяра взглянула на Олтара и улыбнулась так яростно, как могла. Лекарь дал девушке возможность постоять за себя — и пусть ее лишат имени, если она ей не воспользуется!

***

— Мастер Олтар приказал вас осмотреть, леди Теренер, — присела в реверансе хорошенькая светловолосая служанка. — Разденьтесь.

— Зачем это?! — вспыхнула Кьяра. Олтар был за ширмой, в той же комнате, и его присутствие сейчас ощущалось, как никогда.

— Вмешавшись в функционирование твоего тела, Дэмин Лоани мог оставить тебе какое-то послание, — отозвался Олтар, прекрасно слышавший каждое слово девушек. — Ты предпочитаешь, чтобы тебя осмотрел я?

— Я думала, вы союзники! — воскликнула Кьяра, зардевшись. — Зачем же вам скрывать что-то друг от друга?

— Не задерживай меня, — отозвался Олтар.

Кьяра сжала зубы и потянула застежки колета, надеясь, что Дэмин не оставил никаких посланий.

.

Как унизительно! Служанка, ни капли не смущаясь, осмотрела ее везде, словно породистую кобылу перед продажей. Когда Кьяра повернулась к ней спиной — и лицом к витражному стеклу, — она вдруг поняла, что стоит перед незашторенным окном совсем голая!

В смущении закрывшись руками, Кьяра увидела Олтара в отражении и, поняв, что это значит, задохнулась от возмущения. Впрочем, воин смотрел в другую сторону, словно не замечая открывшейся возможности, перебирая какие-то свитки, так что вместо возмущений Кьяра боком отодвинулась, чтобы не видеть отражения мастера безопасности, а значит, и спрятаться от него.

То, как Олтар иногда смотрел, пугало ее. «Змейка» звучало из его уст почти ласково, вместе с тем издевательски и подначивающе, словно это было больной романтической игрой. Иногда в глубине темных глаз словно зажигался огонь, и тогда кривая усмешка заостряла лицо мастера безопасности. Эта ухмылка тоже смущала Кьяру: он будто бы презирал ее, но и был заинтересован, ждал реакции, наслаждался возможностью приказать ей замолчать и тем, как она отказывалась слушаться.

— Не вижу никаких посланий или чего-то необычного. Очень чистая белая кожа, без пятен и даже родинок, — уверенно сказала служанка.

— Хорошо, — глухо отозвался Олтар.

Кьяра, уже надевшая исподнее, раздраженно посмотрела на служанку и громко сказала:

— Одеться мне одной можно?

— Лукация, оставь ее, — распорядился Олтар все тем же отстраненным тоном.

Девушка склонилась, прежде чем выйти, и Кьяра ощутила укол вины: безымянная ведь не была ни в чем виновата.

— Извини, что накричала.

Лукация испуганно взглянула на Кьяру, потом почему-то на ширму. Снова наклонила голову и, больше не поднимая глаз, убежала.

— Ты нервируешь своим панибратством слуг, — заметил Олтар из-за ширмы.

Его близость заставила Кьяру ускориться: кажется, никогда еще она так быстро не одевалась! Завязки рубашки все никак не хотели слушаться, так что она просто стянула их узлом вместо красивого бантика, и набросила поверх колет.

Воспользовавшись долгожданным одиночеством, Кьяра запустила руку в рот — корень языка чесался, будто на него что-то налипло, и только после приказа Олтара девушка поняла, чем это может быть. Она сняла с языка тонкий слой кожи и тут же зашлась в приступе тошноты, еле сдерживая позывы, так мерзко это было — кусок ее собственной плоти, тонкий, белый, бескровный, как бумага, а на нем выделялись кровью буквы.

«Твоя слюна — быстро усыпляющий яд. Олтар собирается нас убить. Я люблю тебя».

Какая мерзость!

И как эффективно!

Наверно, Дэмин знал, что ее осмотрят, и вот так… Бррр.

«Это самый невероятный способ передать послание, что я когда-либо видела. Свет, да я даже представить такого не могла, — содрогалась Кьяра, истирая пальцами тонкий кусок кожи в пыль. — Он безумец. И гений, безусловно».

Значит, Дэмин еще и вооружил ее! В способе Кьяра увидела острую иронию лекаря, разозлившегося, что Олтар называет девушку змейкой, и давшего змее возможность кусаться.

Кьяра почувствовала, как расплывается в улыбке. Она не спеша застегнула колет и поправила волосы.

«Ну, держись, самоуверенный гад!»

29. Кьяра

— Олтар, — низким, грудным голосом обратилась к мастеру безопасности лекарь Йолана. — После всего, на что я пошла ради тебя, ты мне не доверяешь достаточно, чтобы избавиться от старика и оставить меня единственным лекарем при дворе?

Выглядела Йолана как королева. Она сменила привычное одноцветное одеяние оттенка спекшейся крови на легкое, прошитое серебром красное платье, поверх тугого корсажа которого струился тончайший жемчужный шелк, соблазнительно оттенявший глубокое декольте и тонкую талию. Смоляные волосы Йолана убрала рубиновыми нитями вверх, открыв изящную шею. Многослойная юбка платья шелестела, когда женщина делала шаг.

Роскошное, непрактичное, почти неприличное одеяние в стиле наложниц, а не лекаря! Но с какой бы неприязнью Кьяра ни глядела на Йолану, не признать, что та выглядит великолепно, не могла.

Наверно, Олтар тоже был в восторге от выразительных взглядов, которые женщина бросала на него из-под тяжелых ресниц. Йолана стояла совсем рядом с ним, ее изящная кисть играла с перевязью плаща.

Купольный щит, который Олтар установил, не давал Кьяре выйти за пределы софы, и она была вынуждена слушать все эти отвратительные сальности.