Московское золото и нежная попа комсомолки. Часть Третья. - Алексей Хренов

— Угу. Думаю, более информированного товарища тебе не найти, — сказал особист, а затем, выражая огромное сомнение, предупредил: — Правда, доступ к телу лётчика тебе вряд ли выдадут.

Старинов промолчал, но про себя отметил, что чем больше он узнаёт об этом Хренове, тем сильнее начинает удивляться. Он тряхнул головой, отгоняя лишние мысли, и отправился к Ржевской.

После неоднократного стука и долгого ожидания дверь её гостиничного номера открылась на пару сантиметров, и на Старинова сонно уставились голубые глаза под рыжей челкой. Фотокорреспондентка выглядела так, будто её разбудили в самый неподходящий момент.

— Добрый день, мне Алексей Хренов нужен, — снова стараясь быть вежливым, спросил Илья.

Ржевская зевнула, совершенно не испытывая желания продолжать разговор, и произнесла:

— Нет его. И когда будет, мне неизвестно. Отсыпаюсь в выходной.

Дверь хлопнула.

Старинов выругался. Он бы ещё постучал, но решил, что оно того не стоит.

Он потратил ещё час, прочёсывая представительство и пытаясь найти хоть какие-то следы Хренова. Всё без толку. Он даже подумывал поехать на аэродром, но решил всё-таки оставить это на крайний случай. В конце концов, пилот явно был в городе.

Оставался один вариант.

Он нашёл Аню — свою переводчицу, которая имела удивительный талант узнавать нужную информацию быстрее, чем успевали моргнуть даже самые ушлые разведчики. Её невозможно было купить или запугать, но она любила помогать, когда это казалось ей интересным.

— Ань, — сказал он, глядя на неё с видом человека, который готов на многое. — Найди мне Хренова, а?

Аня внимательно выслушала, загадочно улыбнулась, потом задумчиво склонила голову и прикусила губу. Затем, видимо что-то решив, распахнула глаза ему навстречу и, состроив забавную рожицу, весело заявила:

— Будешь должен!

— Ага. И где? — нетерпеливо спросил Старинов.

Она махнула рукой и заявила, что ушла «наводить справки».

Через пятнадцать минут она вернулась, сияя, и, хитро улыбаясь, заявила:

— Пошли обедать. Сейчас найдём тебе этого Хренова!

Вот так поиски Лёхи обрели новую, гастрономическую направленность.

Начало июня 1937 года. Кафе "Три пескаря", самый центр Мадрида.

Кафе было небольшим, но уютным, наполненным шумными мадридцами, густым ароматом кофе и чем-то жареным, явно вкусным. Старинов в компании Ани и пары девочек из секретариата выбрал столик рядом с Лёхой и Надей, которые уже почти закончили обед.

Лёха, откинувшись на спинку стула и сложив руки на животе, с выражением полного довольства смотрел куда-то в потолок.Надя, сидевшая напротив, с лёгким неодобрением посматривала на него, но молчала — видимо, заранее зная, что переубеждать его бесполезно.

Пока новая компания делала заказ, Старинов — высокий, сухощавый, с уверенной осанкой — подошёл к Лёхе. В его глазах поблёскивал лёгкий азарт — тот самый, что бывает у людей, когда они находят что-то действительно полезное.

— Алексей Хренов? — спросил он с улыбкой.

— Он самый, — кивнул Лёха, разглядывая его в ответ.

— Илья Старинов, — представился гость. — Прилетел вчера с Южного фронта. Ты же из Картахены?

Дальше они полностью выпали из беседы девочек, увлекшись обсуждением общих знакомых, недавних операций и анализом обстановки на фронтах. Они перебрасывались короткими фразами, обсуждая, кто где воевал, кто как себя показал и кто уже отличился чем-то выдающимся. Старинов, хоть и знал многое, внимательно слушал Лёху, отмечая его взгляд на ситуацию с позиции авиатора. Лёха же, в свою очередь, с интересом прислушивался к рассказам Ильи Григорьевича, стараясь выловить что-то новое про партизанские группы и диверсионную работу. Разговор тек быстро, живо, с лёгкими подколками и взаимными ухмылками, а девочки за соседним столиком только переглядывались, явно понимая, что мужская часть компании провалилась в свою отдельную военную реальность.

Надя, видя такое дело, пересела к девочкам из секретариата за соседний столик и тут же вовлеклась в их тихий, но оживлённый шёпот. Они периодически поглядывали на Лёху и Илью, хихикали и что-то быстро обсуждали между собой.

Лёха, с любопытством наблюдая за этим женским сборищем, прищурился, повернулся к Старинову и вдруг заговорщически улыбнулся:

— Илья, может, тогда самый лучший десерт? — предложил он. — Точнее, мне десерт, а вам… аперитив? Пива? Я угощаю!

Старинов хмыкнул, скосил глаза на Аню, которая с весёлым интересом наблюдала за их диалогом, а затем неопределённо пожал плечами.

— Вот это другое дело! — Лёха с довольным видом махнул официанту и, не сомневаясь, громко сказал:— Dos cervezas! А сеньоритам кувшин сангрии!

Старинов слегка приподнял бровь, но в душе только усмехнулся.

"Наш человек," — решил он про себя.

Лёха повёл плечами, потянулся, потирая затёкшую шею, и, прищурившись, лукаво посмотрел на Старинова.Слишком внимательно тот присматривался к нему, слишком уж целенаправленно шёл на контакт.

— Илья! Ты ведь не просто так за мной ходишь, да? — хмыкнул он, чуть подаваясь вперёд и делая хороший глоток из кружки с пивом. — Давай уже выкладывай, что у тебя там, раз даже пообедать спокойно не даёшь?

Старинов мгновенно посерьёзнел. Исчезли лёгкие ухмылки, искры в глазах — теперь перед Лёхой сидел человек с конкретной задачей, с точно выверенным планом в голове.

— Мне нужен самолёт с пилотом, — сразу перешёл он к делу. — Нужно высадить группу далеко за линией фронта.

Лёха приподнял брови, не перебивая, внимательно слушая.

— Мой командир сегодня звонил Кузнецову, — продолжил Илья, чуть понизив голос, чтобы девочки случайно не расслышали. — Договорился, что передадут тебя ко мне в команду на две недели.Самолёт, который ты у немцев позаимствовал, — тут он ухмыльнулся, — тоже дают.

Лёха фыркнул и покачал головой.

— Значит, угнал я его не зря, раз он уже записан в народное достояние, — в голосе чувствовалось скорее любопытство, чем недовольство. — Так бы сразу и сказал!

— И на разведку бы слетать несколько раз! Давай часа через полтора встретимся, обсудим всё детально, — твёрдо добавил Старинов.

Лёха отставил кружку, задумчиво потёр подбородок, склонив голову набок. В голове уже крутились варианты: во-первых, понятно, что это будет не просто перелёт — раз группа партизан, значит, сбрасывать их придётся в глухом тылу, в удобном месте, куда пешком не доберёшься. Во-вторых, нужно как-то вернуться назад, чтобы самолёт не достался мятежникам. В-третьих…

Он медленно ухмыльнулся и протянул руку:

— Ну что