Владыка, которого заслуживает этот мир - Почтенный Демон

усиление способностей и, не давая себя окружить, атаковал один из образов, к сожалению, ложный. Он бросился в сторону и, хотя не увидел вражеского меча, почувствовал ветер от него рядом со своим лицом. Второй раз ему может так не повезти, поэтому он должен действовать наверняка. Он напряг все чувства и по скрипу пола понял, с какой стороны враг, по крайней мере, он надеялся, что ему это не показалось. После чего атаковал, и, к его радости, меч ударил по чему-то твердому. Его противник упал с распоротым животом, а второй образ рассеялся. Он победил.

Клайм подумал, что лучше было бы взять такого важного человека живьем, но он сделал всё, что мог. Но стоило только Клайму облегчённо выдохнуть, как Ивилай взяла небольшой камень и бросила в него, больно попав по макушке.

— Под ноги смотри, балбес! — крикнула она.

Клайм ещё не успел полностью расслабиться, поэтому не стал думать лишнего, а бросил взгляд на то место, где только что лежал противник — его там не было. Клайм, не задумываясь, рванул в сторону, но успел лишь отчасти, его щеку и бровь распорол удар меча. И хотя хлынувшая кровь мешала обзору, он был жив и даже мог продолжать сражаться.

Примерно понимая, где сейчас настоящая рука врага с мечом, он закрыл свою голову с этой стороны и бросился в лобовую атаку. Его удар снова вошёл в живот врага. Но, будучи уже ни в чём не уверен, он кинул быстрые взгляды по сторонам и замахнулся для ещё одного удара.

Но его меч остановился. Он перевёл взгляд и увидел, что рядом стоит господин Аякс и голой рукой держит его меч.

— Молодец, Клайм, ты победил. Ты и в прошлый раз достал его, просто не смертельно, активировалась ещё одна иллюзия, что он якобы убит. Скорее всего, она действует один раз, — Аякс обратился к Ивилай: — Твое вмешательство, конечно, не совсем честно, ну да ладно, я своего обещания не нарушил. Кстати, ты заметила, как Клайм стал сильнее, когда чудом избежал смертельного удара?

— Да, спасибо, теперь, зная, на какой момент обращать внимание, я уловила рост его силы. Как я понимаю, в момент, когда тело считает, что может погибнуть? — уточнила заклинательница.

— Да, но нужно, чтобы атаковал именно противник, причём желательно сильный. Камень, упавший со скалы рядом с тобой, такого эффекта не даст.

Аякс стал лечить Сакъюлента, а в разговор вмешалась Гагаран.

— А где серебряные авантюристы? Они же с вами были.

— Так мы нашли сестру Ниньи и других похищенных девушек. Многие были в очень плохом состоянии, я подлечил тех, кому срочно нужна была помощь. А команда осталась их успокаивать. Сестра связно говорить не может даже после полного исцеления. Вообще странное место, не бордель, а пыточная какая-то, ума не приложу, где только столько извращенцев находят, — объяснил Аякс.

— Погано всё это, даже жалко, что нельзя этих ублюдков ещё раз убить, а кого-то и просто убить. Кстати, а Клайма ты подлечить не хочешь? — спросила Гагаран.

— За выживших не беспокойся, уверен, их ждёт незавидная судьба. А Клайма пока лечить не нужно, прямо сейчас он не умирает, и будет лучше, если наши гости увидят его в таком состоянии, — загадочно сказал друид.

— Гости? — раздалось сразу несколько голосов.

— Нет смысла объяснять, идёмте поздороваемся, — закончил Аякс.

Глава 19. Принцесса Реннер, часть 1

Вряд ли кто-то мог назвать жизнь принцессы тяжелой. Вкуснейшая еда и лучшая одежда были доступны ей с самого рождения. И будь она таким же ничтожеством, как и люди, ее окружающие, то была бы счастлива от окружавшей ее роскоши и не смела бы мечтать о большем. Но на ней лежало чудовищное проклятье — ее интеллект.

Несведущий человек вряд ли поймет, каково это — жить в окружении самых настоящих животных, если не насекомых, а именно так она воспринимала всех окружающих людей. К четырем годам она сравнялась по своему уму и знаниям со средним взрослым человеком, то есть была вдвое умнее среднестатистического придворного лизоблюда. Тогда она еще пыталась давать людям советы. И хотя ее интеллекта было достаточно, чтобы дать действительно грамотный совет, но недостаточно, чтобы понять, что люди счастливы в своем неведении и не желают слушать никаких советов. Но скоро она поняла это и смогла приклеить к своему лицу милую улыбку и создать образ наивной дурочки.

Люди глупы и скоро забыли все странности, что принцесса демонстрировала в детстве. А когда ей было шесть, она подобрала уличного сироту. Сложно было сказать, чем он привлек ее внимание в самом начале, но потом, видя, как он ей предан, она стала получать какое-то неведомое удовольствие от чувства, что человек готов отдать за нее жизнь. Это не была любовь, влечение или даже материнский инстинкт. В ее голове картина была цельной и не имела изъянов, но вот слов, способных описать подобное состояние, не было ни в одном известном ей языке.

Ее дальнейшая жизнь стала гораздо счастливее, но она не могла расслабиться. До восемнадцати лет она должна будет выйти замуж за одного из дворян, при этом она не будет иметь даже права выбора. Хотя это не имело значения, какая разница, когда все они лишь глупые животные.

Раз при текущей политической ситуации свадьбы не избежать, нужно изменить саму систему власти в стране. Она не желала становиться королевой, но и упустить власть из своих рук не могла. Было бы идеально получить надел и богатое поместье, где и спокойно жить с Клаймом. Она даже хотела возвести на престол второго принца в обмен на такие условия. Но ситуация в стране ухудшалась, и она боялась, что Занак не удержит власть и тогда новый правитель придет за ней. Не важно, захочет он ее убить, чтобы покончить с прежней династией, взять в жены, чтобы укрепить свое положение, или просто изнасиловать из-за ее красоты. В покое ее не оставят.

Хотя из-за того, что принцесса продолжала играть роль доброй дурочки, прежде всего для Клайма, ее план двигался довольно медленно, времени было достаточно. Сейчас ей было шестнадцать, и уже стали приходить предложения о помолвке, но до окончательного решения оставалось около года, и она успевала сделать все задуманное. А возможно, даже пришлось бы действовать быстрее.

Когда Газефа отправили за нападающими на крестьян рыцарями, было очевидно, его попытаются убить.