Убийцы (СИ) - "cosmowitch"

— Что происходит?!

— Послушай меня Предводитель, то что ты увидишь дальше, возможно повергнет тебя в шок. Но прежде, дай мне сказать.

— Слушаю.

— Я выбрал себе самку, — твердо сказал Радгар, устремив свой взор прямо в янтарные глаза Предводителя.

Харран удивился, он знал что Радгара не беспокоила эта сторона жизни и на время сезона он просто пользовался мимолетными встречами со свободными самками и никто никогда не цеплял арбитра, даже Латша, за которой охотились многие не оставила следа в его суровом разуме. Харран иногда даже не понимал его чёрствости, сам имел большое семейство, любимую спутницу жизни. Но Радгар, казалось не создан для этого. Он воин, прирожденный охотник.

— И кто же это? Неужели ты встретил её на Земле?

— Так и есть. Это ууманка.

«Ууманка? Да как же это? Это противоречит природе! Законность этого тоже под большим вопросом. Что же такое с этим арбитром»?! — опешил Предводитель.

— Но, как?

— Ууманка войн, охотница. Она случайно оказалась, в том месте, где я настиг матку каинде-амедха.

— Она что-то знает?

— Нет. Люди не осведомлены о нашем существовании или о существовании каинде-амедха. Они попросту беззащитны, как ты и утверждал, Предводитель. Сейчас я прошу посмотреть на неё, посмотреть на её охоту, чтобы ты понял, она достойный воин среди ууманов. То, что ты увидишь — её охота на уумана, предавшего её.

Харран хотел было разъяснить арбитру, что землянка не может быть достойным воином. Но не стал ничего говорить, просто уставился в экран. Там появился тонкий, хрупкий силуэт ууманки. И что он мог в ней найти? Узкие бедра, странные отростки на груди. Очертание этой инопланетянки казались Харрану неприглядными и совершенно чужими. Он наблюдал, как ууманка обследует чьё-то жилище. Как она обездвижила другую, совершенно такую же ууманку и притаилась в ожидании своей цели. Да, она не убила безоружную, это хорошо. Затем появился ууман, после недолгих разговоров он открыл огонь, землянка отстреливалась, а затем, по-видемому её захлестнула ярость и нетерпение, она прострелила конечность своему врагу и убила его выстрелом в голову. То что она сотворила потом напоминало традиционный сбор трофеев у воинов яутжа. Отрезала голову уумана и забрала с собой.

— Ты же понимаешь Радгар, увиденное не является доказательством того, что ууманка — охотница. Я не могу дать ей за это, — пораженный увиденным, заключил Предводитель.

— Я не прошу дать ей звание, я только показываю, что ууманка достойная. Что у себя на планете она — войн.

— Как ты выбрал её? Облик совсем не привлекательный, — нахмурив надбровные дуги спросил Харран.

— Для меня привлекателен её запах и даже этот облик.

— Запах?! Да как такое возможно, Радгар? Стало быть, от тебя сейчас исходит её запах?

— Да, я знаю вы все это почуяли.

— Именно! И он не приятен! Он чужой, как тот, что ты привозил с планеты Ва’ал, когда охотился на червей. Вот с чем могу сравнить этот уумановский запах. Разве можно его принимать за запах самки? Даже запахи чужих самок нашего вида приятные, но не будоражащие. Но этот запах просто чуждый, инопланетный!

Предводитель не был зол, но он был крайне удивлен. Что мог найти самец яутжа в самке ууманов? Он ощущал странное вибрации от Радгара, будто облегчение. Радгар расслабился и сбросил с себя какой-то груз.

— Я не знаю, что делать с тобой и твоей ууманкой Радгар, рано ты радуешься!

— Я рад тому, что её запах тебе не приятен.

— Как это понимать?

— Я имел опасение, что моя землянка отличается от других, имея такой запах. Другие самки с Земли не привлекали меня. Я предположил, что она может привлекать и других самцов яутжа. А теперь понимаю, что это далеко не так.

— Странное предположение.

Радгар снова нажал на кнопку и запись продолжилась. Предводитель увидел, как ууманка пыталась помочь арбитру, как её израненную, арбитр нашёл в том самом здание, где убил второго уумана.

— Так вот почему ты был так зол и унизил этого уумана, он искалечил твою самку?

Радгару понравилось, что Харран назвал её его самкой. Значит он всё-таки готов принять её.

— Да, он видел меня, ты уже это и сам понял. И пытался её разговорить, узнать обо мне. Она была на грани смерти, Харран. Но ни слова не сказала.

— Ты убил очень многих ууманов. Это плохо. Ты позволил эмоциям взять вверх, Радгар.

— Да. — опустил голову Радгар.

— Но в итоге, ведь не осталось и следа твоего пребывания на планете? Никто из ууманов ничего об этом не узнал, все кто видели тебя мертвы. Я сам лично, то и дело проверял сеть ууманов. Знаю, что ничего такого там не всплывало.

— Так и есть.

— Мне надо подумать об этом. Многое из того, что я видел выходит за рамки дозволенного.

— Я приму любое твое решение, Предводитель, — спокойно сказал Радгар, слегка наклонив голову.

— Что касается ууманки. Только подумай — потомство она тебе, скорее всего, не даст. А если и даст, то каким оно будет? Можем ли мы позволить родится на свет гибриду, неизвестному созданию. Вероятно он будет слабым, как ууманы. Наши законы запрещают вмешиваться в жизнь на других планетах, в частности, если эта разумная жизнь. Я против рабов, против экспериментов, что ранее проводились над существами с разных планет, включая Землю. Как ты объяснишь Совету, что землянка — твоя самка? Ведь, по сути я не позволял тебе общение с ууманами. Твоя задача была отыскать челнок и наказать беглецов. Что это будет — случайность?

— Это и есть случайность.

— Как воспримут её другие кланы? Клан Учёных, клан Древних? — сделав акцент на последнем слове, спросил Харран.

— Меньше всего меня волнует мнение Древних, — раздраженно ответил арбитр.

— Их попытки вернуться к рабовладению, пренебрежительное отношение к ууманам и остальным расам. Как ты думаешь отреагирует Исхир? Мне придется его успокоить.

— Твои опасения насчет Исхира мне понятны, но причем здесь клан Учёных?

Харран на мгновение замолчал, словно обдумывал свою последующую фразу.

— Учёные-генетики, ранее тесно сотрудничали с кланом Древних.

— То есть в отношении к инопланетянам они за одно?

— Не на столько, я предположил, что Исхир может припомнить Учёным их тесные связи и подговорить выступить против твоей ууманки.

— Харран, были ли раньше смешанные союзы? Я пытался найти эту информацию, но не нашёл ни следа.

— Всё, что касается других рас, смешенных союзов и их потомства — вся информация уничтожена, воспоминания Старейшин, только в их голове. Даже мне не известна эта информация.

Радгар чётко уловил мимолетное сомнение в словах Предводителя. Он явно знал что-то, но не имел желания сказать. И допрашивать самого Предводителя, даже доверенному лицу было непозволительно. Арбитр какое-то время раздумывал, но всё же осмелился задать последний вопрос.

— Для чего скрывать такое? Это ведь важная часть истории.

— Чтобы сохранить нашу культуру. Запрет вторгаться в чужие цивилизации создан не только для сохранения баланса Вселенной. Но так же, чтобы создавать своё, а не подсматривать у других.

— Но ведь мы на пороге большого путешествия в поисках достойного противника, в поисках разумных инопланетян и их технологий.

— Верно, но не их культуры. Нам не интересна их культура и генетика. Мы ищем войны, как бы не хотел я жить в мире. В нашей природе — охота. Без охоты и достижений яутжа не могут существовать. Ты забрал ууманку и это непозволительно, но также я понимаю, что она свидетель и твоя самка. Одно противоречит другому! Уверен, найдутся те, кто будет негодовать по этому поводу.

— Я готов ко всему. Но она останется со мной. Есть многое, что мне понадобиться сделать для неё, но я готов.

— Не ожидал от тебя такого, Радгар. Придётся созывать Совет. Ууманка на Атолле…даже не представляю к чему может это привести. На Совете мое слово — последнее. Выслушаю всех, но решение буду принимать я. Не буду запрещать тебе, ты добился высокого положения и закона запрещающего союз с уманкой нет, как с любой самкой инопланетного происхождения. Одно знаю наверняка — союзы были, но это были неравноправные союзы. Инопланетяне, как тебе известно были рабами, наложницами. Возможно об этом припомнят на Совете, будь готов услышать это. А пока есть ещё, что необходимо обсудить.