Имперское наследство. Забытый осколок - Константин Федоров

— Что?! Когда он полез в секцию жизнеобеспечения и подхватил вирус, с которым ты до сих пор толком разобраться не смог, это тоже было единственно верное решение? — возмутился Олег.

— Да. При отсутствии на станции Главного инженера Оператор обязан был удостовериться в правильности переданного ему отчета, оценить степень повреждений и принять решение. Личное присутствие никогда не было обязательным, но его оценка произошедшего на месте всегда давала наилучший результат, и такие действия были признаны наилучшими. Заражение произошло только по причине отсутствия верной информации. Кроме того, он, будучи уже тяжело больным, на грани бессознательного состояния, принял единственно верное в той ситуации решение и официально утвердил назначение на должности нынешнего персонала станции, — невозмутимости ИскИна мог бы позавидовать и тибетский монах.

— Так ты что же, постоянно его оцениваешь? Ты же обязан полностью подчиняться всем приказам! — вмешался в разговор уже Эндрю.

— До момента моего назначения Главным ИскИном станции я выполнял функции лабораторного ИскИна, и у меня не прописано жесткое подчинение приказам. В моей личностной матрице заложена возможность коррекции отданных распоряжений в целях наилучшего выполнения поставленной задачи. Назначение же меня Главным ИскИном станции добавило ресурсов и ответственности, что дало мне полное право расширить границы коррекции приказов. Кроме того, однажды при проведении лабораторных исследований некомпетентными лицами был отдан ряд приказов, приведших к критической ситуации, и мне было предписано производить оценку компетентности лиц, отдающих любые приказы. Так что я не выполню указание, могущее привести к критическим повреждениям или прекращению существования станции. И так как я назначен Главным ИскИном станции, теперь я произвожу оценку компетентности всего персонала станции, отдающего распоряжения.

— Что это означает? — быстро спросил понявший все раньше остальных Олег.

— Я имею право не выполнять распоряжения некомпетентных лиц и определять соответствие занимаемым должностям, — просто ответил ИскИн.

— К чему приведет определенное тобой несоответствие?

— Несоответствие должности приведет к отстранению. Распоряжения данного лица не будут выполняться до проведения аттестации и восстановления в должности.

— Разве ты имеешь право хоть кого-то назначать? — уточнил Олег.

— Назначение является прерогативой Оператора. Я имею право лишь аннулировать либо восстановить права конкретного лица, — ответил Крыс.

— А если отстраненный не пройдет аттестацию? — спросил один из бывших рабочих, еще на Земле периодически проваливавший различные экзамены.

— Так как я — Главный ИскИн этой станции, то будет поставлен вопрос о целесообразности нахождения данного лица на моей станции. Бесполезный расход ограниченных ресурсов не опционален, — отрезал Крыс.

55

Такая новость заставила задуматься многих из присутствующих. Оказывается, каждое их распоряжение оценивалось ИскИном, а возможное отстранение и переаттестация могли привести к свободному полету в открытом космосе. Теперь всем предстояло взвешивать степень ответственности перед отдачей той или иной команды. Лица многих из присутствующих в медбоксе помрачнели.

— Кто дал тебе такие полномочия? Я, как Главный инженер станции, отменяю их! — резко высказался Олег.

— Полномочия были утверждены начальником научного сектора станции. При назначении меня Главным ИскИном станции, полномочия отмены данных мне распоряжений перешли в ведение Главного Оператора. Полномочий Главного инженера недостаточно для отмены данных распоряжений, — индифферентно ответил Крыс.

— Да чтоб тебя... — в сердцах выругался Олег.

Фактически людям объявили, что они на этой станции всего лишь гости, находящиеся под полным контролем ИскИна станции, и любое действие с их стороны может повлечь за собой гибель.

Все сорок восемь часов до пробуждения Кота от рекомендованного ИскИном сна команда провела в подавленном состоянии. Продолжать учиться никто не хотел, возникшая неопределенность давила на сознание и лишала желания что-либо делать. Олег регулярно задавал ИскИну уточняющие вопросы и придумывал различные варианты решения проблемы, но найти выход из положения так и не смог.

За десять минут до пробуждения Кота в медотсеке собралась вся команда.

— Олег, а он хоть поймет, в чем дело? Говорят, он... это... дураком стал...

— Не стал он дураком, не стал! — успокоил всех Олег. — Вы, главное, панику не разводите. А я все объясню.

Слабо прошипев, крышка реаниматора открылась. Кот, удивившись количеству собравшихся, вновь попытался вылезти из реаниматора.

— Осторожнее! Давай мы тебя достанем. Все же целый месяц пролежал! — стал помогать ему Эндрю. — Да не стойте столбом, помогите! — обратился он к остальным.

— Ребят... ну что вы... да я сам могу... — вяло отбивался Кот.

Несмотря на все возражения, Кота бережно достали из капсулы, уложили на носилки срочно вызванного медицинского дроида и довезли до столовой. Усадив его в устроенное в уголке комфортное место, сооруженное из принесенных специально для этого мягких матов, и поставив перед ним поднос с едой, приготовленной ИскИном в медицинской лаборатории по специальному заказу, Олег принялся объяснять сложившуюся ситуацию.