Чудесный переплет. Часть 1 - Оксана Малиновская

Ребята одобрительно зашумели, а Машенька снова запрыгала на месте, захлопала в ладоши и возбуждённо прокричала:

— Иди, Алёнуска! Иди! Договолись с ними как следует и стобы они не зульницяли, а то мы с ними иглать не будем!

Я улыбнулась и быстро зашагала прочь от пляжа по протоптанной ногами многочисленных отдыхающих тропинке, вьющейся вдоль берега. Главное — спрятаться от глаз ребёнка за ближайшими пышными кустами, отсидеться немного, а потом с чувством выполненного долга можно вернуться назад. Но, немного подумав, я изменила решение в пользу небольшой прогулки по окрестностям. Ничего, подождут — скажу, что переговоры оказались трудными и вообще затянулись ввиду опоздания переводчика со змеиного языка. М-да, нужно было надеть футболку, солнце так и жарит.

Дорожка петляла мимо низкорослых кустиков и кустообразных деревьев, пробегала по невысоким пригоркам, покрытым пожухшей от лучей безжалостного солнышка травой и разноцветными мелкими цветами, то спускаясь к воде, то удаляясь от неё на значительное расстояние. Как жаль, что в окрестностях нашей базы нет настоящих лесов средней полосы, в основном — одни кусты. Может, под Астраханью их вообще нет? А как бы хотелось спрятаться от зноя под кронами деревьев густого леса, ощутить умиротворяющую тишину, прохладу и непередаваемый хвойно–лиственный, с примесью сырости, цветов, грибов и неразгаданной формулы лета, запах; пособирать грибы и ягоды… А тут, кроме гадюк, ужей и лягушек, ничего и не наберёшь. Хотя нет: управляющая базой говорила, что несколько лет назад недалеко от базы волки напали на семью из трёх человек и загрызли одного из них — мужчину, пытавшегося защитить жену и ребёнка. Бррр, только волков с медведями мне для полного счастья и не доставало.

Я скользнула насторожённым взглядом по сторонам и, мгновенно приняв решение, словно солдат на плацу, на ходу развернулась и зашагала обратно, с неудовольствием заметив на тропинке высокую, атлетически сложённую особь мужского рода в синих плавках, оказывается следовавшую за мной, а теперь, по моей глупой милости, навстречу мне. «Мама дорогая! Только маньяков нам не хватало!» — испуганно заверещал внутренний голос. «Ты считаешь, он может оказаться маньяком?» — испуганно подумала я. «Я?! Да нет, вроде не похож», — пошёл на попятную внутренний голос. «Так какого дьявола ты меня пугаешь?!» — возмущённо подумала я. Похоже, все испытанные эмоции последовательно отразились на моём лице, поскольку незнакомый мужчина метров за десять до меня ободряюще, приветливо улыбнулся и сошёл с тропинки в сторону, уступая дорогу. Он старался двигаться плавно и без резких движений, чтобы ненароком не довести меня страхом до инфаркта.

Силясь не подавать виду, что испугалась — вот наивная: вылупленные от страха, как у жабы, глаза никуда не спрячешь, — с высоко поднятой головой я твёрдым шагом приближалась к мужчине, пытаясь изобразить на лице подобие улыбки. Но заклинившие, сведённые от напряжения челюсти не давали рту как следует раскрыться, и в результате получилось нечто среднее между улыбкой людоеда и покалеченного Гуинплена из известной книги Гюго. Приблизившись ко мне на расстояние вытянутой руки, мужчина улыбнулся ещё лучезарнее, а я, полностью сконцентрированная на потенциально опасном объекте и не выпуская его ни на мгновение из поля зрения, совершенно потеряла бдительность и со всего маху наскочила голой ступнёй на огромную колючку, пригревшуюся на тропе.

— А–а–а-а! — вскричала я и высоко подпрыгнула на месте, задрав кверху уколотую ногу, словно решила на досуге пуститься в пляс.

Стараясь удержать равновесие, чтобы самым позорным образом не распластаться перед незнакомцем, я раскинула в стороны руки, продолжая подпрыгивать на одной ноге, с досадой думая о том, что похожу на цаплю при неудачном взлёте. Ещё чуток — и цапля клюнет носом. Мужчина быстро подскочил ко мне и остановился, протянув руки для помощи, но не решаясь прикоснуться.

— Обопритесь на меня, я помогу, — сказал он, озабоченно разглядывая торчащую из ступни колючку, и, не дожидаясь возражений или прочих глупостей с моей стороны, он аккуратно взял меня за ладони и легко опустил на траву у тропинки.

Я послушно уселась и, согнув ногу в колене, подтянула поближе раненую ступню. Здорово же мне досталось: несколько шипов глубоко и до крови впились в кожу, вызывая довольно сильную перманентную боль. Я вздрогнула и, сморщившись, отвернулась — не могу смотреть на кровь.

— Как же вас угораздило–то? — пробормотал он, присаживаясь на корточки напротив и беря в руки ступню моей ноги. — Не шевелитесь, я постараюсь осторожно вытащить шипы, чтобы не обломить концы.

Мне уже было плевать на всё, в том числе и на то, что потенциальный маньяк собирался что–то делать с моей ногой, лишь бы побыстрей избавиться от боли.

— У вас замечательный браслет, — спокойно сказал мужчина, переводя взгляд на мою руку. — Откуда он у вас?

— На распродаже по случаю купила, — не моргнув глазом, соврала я, цепенея от нового приступа страха и паники. — Это стразы, но все говорят, что не отличить от настоящих камней.

Дура! Идиотка! Ну зачем я его нацепила?! А что, если парень разбирается в золоте и камнях?! Уверена, что разбирается, иначе зачем спрашивать? Я лихорадочно зашарила глазами вокруг себя в поисках булыжника, но, естественно, ничего подходящего не обнаружила. Влипла Каштанка! Если он не маньяк, значит, грабитель, и не случайно я его на тропинке встретила — он давно за мной шёл в ожидании подходящего момента… И вот он, этот момент… Капец мне настал… Я нервно сглотнула и сжалась, готовясь к самому худшему.

— Вы слишком напряжены, пожалуйста, расслабьтесь, — спокойно сказал мужчина, колдуя над моей ступнёй.

Да как же я расслаблюсь, когда у меня под рукой нет ничего, чем тебя можно было бы шарахнуть по башке, в случае чего, и удрать? Ой… А как же я удеру с колючками в ноге? «Прицелься хорошенько больной ногой — она на удачной позиции — и двинь его между ног по бибикам, а потом дуй что есть мочи и ори «Караул!». В твоём незавидном положении колючек не почувствуешь, уж поверь мне», — со знанием дела посоветовал внутренний голос. «Шёл бы ты лесом со своими советами, а?» — раздражённо подумала я и назло ему расслабила ногу. Справиться с грабителем я всё равно не смогу, удрать — тоже… может, перестать паниковать и попробовать трезво оценить степень угрозы?

Пользуясь тем, что незнакомец не отрывал глаз от моей ступни, лишь изредка бросая на меня озабоченный взгляд, я стала без зазрения совести разглядывать его с головы до ног… да о какой совести вообще может идти речь, когда, возможно, на кону моя жизнь?! И чем больше разглядывала, тем больше удивлялась сама себе: не пойму, с чего я решила, что он — маньяк или грабитель? Подумаешь, спросил про браслет… а про что ещё спрашивать, если на мне, кроме браслета, только купальник?

Незнакомец с виду — обыкновенный молодой, не лишённый приятности мужчина, высоковатый — под метр девяносто, комплекцией и спортивной фигурой походящий на Матвея. Он очень пропорционально сложён — это я ещё раньше заметила, — идеальная по моим меркам фигура и широченные плечи, от вида которых захватывает дух. Всё смуглое тело — сплошные упругие мышцы, но, в отличие от мышц бодибилдеров, выглядят они естественно. Если и существовал когда–либо на Руси Илья Муромец, то, по моим представлениям, он был именно таким. Овальное лицо, чуть крупноватый ровный нос, выступающие скулы и мужественный упрямый подбородок, пухлые губы большого рта; не скажу, что большие — нормальные серьёзные зелёные глаза с необычным разрезом, указывающим на присутствие в родословной мужчины изрядной порции не исконно русской крови; высокий, умный лоб, коротко подстриженные чёрные волосы… «А кобелёк–то породистый», — ехидно заметил внутренний голос. «Заткнись, — раздражённо подумала я и про себя добавила: — Всю гадость, которую мог, ты уже высказал». Волосы на руках, груди и ногах — ммм… таю от вида волосатых мужчин… э–э–э… разумеется, умеренно волосатых, а не конкурентов Кинг — Конга. Если я когда–нибудь всё же выйду замуж и у моего любимого по какой–то нелепой ошибке природы не окажется на груди растительности — без устали буду брить его до тех пор, пока волосы не проклюнутся.

Лицо мужчины нельзя было назвать красивым — это если сравнивать его с собратьями из модных журналов, по всей видимости рассчитанных на охи и вздохи пятнадцатилетних глупышек. Этот мужчина был дьявольски притягателен настоящей мужской красотой, красотой мачо. В каждой самой мелкой чёрточке его лица, в каждом изгибе и движении любой части тела чувствовались бешеная энергия, сила и мощь самца–лидера, настоящие, не напускные, идущие изнутри и базирующиеся на прочной гранитной основе. Они притягивали, завораживали и сексуально волновали, можно сказать, гипнотизировали, заставляя слепо повиноваться каждому его слову и желанию и, что самое странное, ощущать безмерное счастье и наслаждение от подобного повиновения. Подобные типажи, к сожалению, редкость. Простите за откровенность, но такого мужчину, забыв про всякие приличия, даже самой непокобелимой женщине хочется тут же заманить домой на чашку чая всеми правдами и неправдами… и уже больше не отпускать никогда… Мой типаж, очень редкий, но точно мой…