ЖЕСТОКИЙ АНГЕЛ – 2 - КЛАРИТА ДЕ АРЕЙЯ

– Это восхитительный подарок, дорогая, – поцеловал ее Родригу. – Я просто счастлив. Когда аплодисменты стихли и концертную площадку на лужайке перед домом, где проходил праздник, вновь занял оркестр, Санчес подошел к столику, за которым сидели Родригу с женой, и обратился к Ниси:

– Многие популярные артисты считают для себя величайшей честью обращаться ко мне «сеньор Санчес», – высокомерно произнес он. – Но вам, сеньора Медейрус, я позволяю обращаться ко мне на «ты».

– Благодарю! – Ниси расцвела от такого выражения признательности и легкомысленно позволила: – Ты тоже, Санчес, можешь обращаться ко мне на «ты».

Санчес удовлетворенно потер руки:

– Великолепно. С Родригу мы уже давно на «ты». Теперь можно тыкать и его жене.

Он сам рассмеялся собственной плоской шутке, а затем продолжил рассыпать комплименты Ниси:

– А ведь ты прирожденная певица. Родригу пожал плечами.

– Ты преувеличиваешь, – возразил он, – у Ниси неплохой голос, но, к сожалению, она никогда им серьезно не занималась.

– Что ты понимаешь, – отмахнулся Санчес. – У меня гораздо больший опыт по этой части. К тому же я интуитивно чувствую, что из Ниси может кое-что получиться…

Родригу хотел было возразить, но сдержался.

Он недолюбливал Санчеса, однако терпел его, так как от него зависела судьба Умберту и Жилберту.

– Ниси, ты должна зайти ко мне в студию и попробовать записать одну песню, – гнул свою линию Санчес.

– Я не знаю. – Ниси робко посмотрела на Родригу. – Что ты скажешь, дорогой?

– Ты уверена, что быть певицей – твое призвание? – напрямик спросил Родригу жену.

Заметив, что этот разговор неприятен мужу, и не желая портить ему настроение в день его рождения, Ниси повернулась к Санчесу и отрицательно покачала головой.

– Извини, но я не буду этого делать. Родригу прав, пение не мое призвание. Санчес не стал настаивать.

– Не хочешь, не надо, – усмехнулся он, отошел, взял с подноса бокал с шампанским и смешался с толпой гостей.

К удивлению Ниси, на этом история с Сан-чесом не закончилась. Спустя месяц после дня рождения Родригу он позвонил ей и стал настаивать на встрече.

– Ты позвонил сейчас именно потому, что Родригу нет дома? – Ниси поразилась такому нахальству продюсера.

– В общем, да, – решил играть в откры тую Санчес. – Его мнение слишком довлеет над твоей свободой самовыражения. Мне бы хотелось, чтобы ты принимала решения самостоятельно, а не шла на поводу у мужа, как маленькая девочка… Я хотел бы встретиться с тобой у меня в студии. Есть важный разговор.

– Но зачем нам встречаться? – удивилась Ниси. – Ведь я же • твердо сказала «нет». Или ты оглох? Или ты не понял меня?

– Я не оглох и все прекрасно слышал. Это совершенно иное дело… Оно никоим образом не связано с прежним разговором о пении. То, что я хочу тебе показать, поразит тебя до глубины души. Доверься мне. Приезжай и не пожалеешь. Не приедешь – пожалеешь. Я слов на ветер не бросаю.

Предложение Санчеса заинтриговало Ниси, и поэтому она согласилась. Поразмыслив, она решила пока не говорить мужу об этом звонке. К чему это делать сейчас, если можно сказать и потом, когда выяснится, чего добивается от нее продюсер?

В назначенное время она робко постучала в дверь студии и, получив разрешение, переступила порог.

– А, Ниси! – искренне обрадовался Санчес и поднялся с кресла. – Что ты там топчешься? Проходи, присаживайся.

Ниси несмело опустилась на краешек стула.

– Ознакомься, пожалуйста, с этим документом, – Санчес протянул ей несколько листков бумаги.

Пока та пробегала глазами по строчкам, продюсер нетерпеливо постукивал пальцами по столу. Дочитав до конца, Ниси пожала плечами:

– Я не хочу быть певицей.

– Но это же настоящий контракт! – Санчес вскочил: – Я предлагаю его подписать без предварительного прослушивания!

– Нет, – помолчав, покачала головой Ниси.

– Не каждой представляется такая возможность, – настаивал Санчес. – Многие хотели бы оказаться на твоем месте. Ведь ты еще не уверена, правильно ли ты поступаешь, отказывая мне. На самом деле ты хотела бы попробовать свои силы на профессиональном поприще. В тебе горит это неуемное любопытство. Я разглядел его в тебе в тот момент, когда ты отказала мне на дне рождения Родригу. Так отбрось же сомнения! Докажи, что ты не из тех, кто прогибается под давлением обстоятельств! Докажи всем и прежде всего самой себе, что в этих джунглях жизни ты не жертва, а хищник. Докажи всему миру, что ты не позволишь пожрать себя. А наоборот, ты пожрешь всех! В этом подлинное счастье творчества!

– Нам не о чем разговаривать. – Ниси решительно поднялась со стула и направилась к выходу: – Я не хочу никому ничего доказывать. Я не хочу быть ни жертвой, ни хищником. Я хочу оставаться сама собой. – Постой! – в голосе Санчеса послышалась проникновенная мольба. – Ты не хочешь быть певицей? Но ты же хочешь, чтобы твой Ро-дригу был счастлив?

Слова Санчеса заставили Ниси замедлить шаг. Она обернулась и удивленно спросила:

– Что ты имеешь в виду?

– Ведь Родригу очень хочет, чтобы дела у Жилберту и Умберту шли хорошо, – с невинным видом пояснил Санчес. – У этого дуэта может быть хорошее будущее. Им светят выгодные контракты, гастроли, приличные гонорары, съемки на телевидении. Все это легко сделать. Но так же просто заставить эту парочку по-прежнему торчать на сцене клуба. Ведь согласно заключенному контракту, я – истина в последней инстанции для их музыки. Если я сочту, что их мастерство еще несовершенно, что они не готовы выступать перед широкой аудиторией, то они и не смогут этого сделать. А если выступят, то будут платить такую неустойку, что до конца жизни влезут в долги…

– Ты не сделаешь этого, – Ниси побледнела. – Эти парни не виноваты в том, что я тебе отказываю.

Санчес развел руками:

– Да я и не спорю. Просто у них такой прекрасный друг – Родригу. А у Родригу такая прекрасная жена…

– То, чем ты занимаешься, порядочные люди называют шантажом!

– К сожалению, в моем бизнесе нет порядочных людей, и все занимаются шантажом, – виновато развел руками Санчес.

– Ты используешь недозволенные приемы! – в голосе Ниси послышались слезы.

Санчес подскочил к ней и, слегка поддерживая за локоть, помог сесть в кресло.

– Тебе принести содовой или, может, кока-колы? – заботливо предложил он и бросился к холодильнику.

– Нет-нет, спасибо, – отказалась Ниси. Не обращая внимания на ее слова, Санчес достал бутылку пепси-колы и, открыв, протянул ей.

– Я не думал, что ты это примешь так близко к сердцу, – признался он. – Но постарайся понять и меня. Ведь я только и делаю все время, что стараюсь понять тебя. Ты – мой реальный шанс доказать всем, что я чего-то стою.