Том Круз - Уинсли Кларксон

Том и Николь тайно полетели в Сидней, чтобы познакомиться с родителями невесты. Николь даже навестила своего бывшего возлюбленного Маркуса Грэхэма, правда, с ее стороны было достаточно бестактно взять с собой Тома. Несчастного Маркуса отныне называли «бывший друг Николь», что сильно ранило актера.

Во время кратковременного визита в Сидней Том, Николь и ее родители посетили известный индийский ресторан, оперу, встречались с друзьями и учителями Николь. Актриса совершила эту поездку в Сидней и еще по одной причине: она ужасно скучала по родителям и сестре. Интересно, что Николь долго не могла смириться со столь стремительным развитием событий в ее жизни. Чтобы успокоиться, она по ночам выходила из дома и бродила по улицам. По ее собственному признанию, «она была испугана».

По возвращении в Лос-Анджелес Том повез Николь в Палм Спрингс, где они катались на мотоциклах по дюнам. Сказка продолжалась. За поездкой в Палм Спрингс последовало волшебное путешествие на Багамы. Николь по-прежнему приходилось щипать себя, чтобы убедиться в реальности происходящего.

Том был счастлив как никогда. Казалось, он не может от нее оторваться. Они обнимали и целовали друг друга прилюдно, не обращая внимания на жадные операторские камеры.

18 декабря 1990 года родители Николь тайно выехали в Америку на празднование Рождества. Через 6 дней самые близкие родственники и гости присутствовали на свадьбе Тома и Николь на лыжном курорте в Аспене, Колорадо. Свадьба едва не сорвалась из-за того, что Том по дороге на брачную церемонию превысил скорость и его чуть было не арестовали. Когда полицейский подошел к машине Круза, он приветственно махнул рукой представителю закона и сказал: «Привет, я Том Круз, еду на собственную свадьбу». На что полицейский ответствовал: «Ну да, а я Мэри, шотландская королева». Свадьбу Тома спасло только вмешательство одного из высших полицейских чинов.

Утром 24 декабря дом заполнили душистые цветы, для венчания была воздвигнута прелестная ивовая беседка, украшенная белыми лилиями и красными розами. Когда солнце начало скрываться за горизонтом, вышла Николь в белом шелковом платье со шлейфом.

Она присоединилась к Тому, одетому в черный смокинг, чтобы начать церемонию. Сестра Николь Антония стала подружкой невесты. Она вспоминала, с какой нежностью Николь наклонилась к своему невысокому суженому, чтобы произнести брачные обеты. По словам же австралийской актрисы Деборы-Ли Фернес, «в глазах Тома, Николь и членов их семей блестели слезы радости».

На следующий день, в праздник Рождества, Николь и Том, уже от имени супругов, позвонили в Австралию и поздравили тех, кто не смог приехать на церемонию. А 26 декабря Николь поделилась новостью с Петером Фордом, журналистом сиднейской радиокомпании. Однако свадьба актеров не положила конец агрессивным преследованиям журналистов. В одном из австралийских журналов появилась информация о том, что на съемках Том напал на Николь и избил ее. Возмущенные родители Николь написали протест в Австралийский Совет по делам прессы с просьбой опубликовать опровержение. Казалось, что вся пресса мира ополчилась против Тома. Следующей бомбой оказалось сообщение о том, что чета ожидает ребенка.

Никто не знал, что в октябре 1991 года Николь действительно попала в госпиталь Св. Иоанна с жалобами на боли в желудке. Ее направили в госпиталь из Нью-Йорка на операцию по иссечению внутренних рубцов. Вскоре после выписки из клиники Николь отправляется в Сидней и вместе с матерью посещает один из детских госпиталей, где проводит благотворительную акцию для больных подростков. Однако Николь приехала именно в этот госпиталь еще и по другой причине: ее мать Джанел работала там в качестве сиделки, а Николь чувствовала к детям особую привязанность, которая выражалась в благородном стремлении самой стать матерью.

Став г-жой Том Круз, Николь почувствовала пристальное внимание со стороны прессы: «Моя личная жизнь интересует всех. Обсуждается моя карьера, моя первая любовь. Если вы влюбляетесь в знаменитость, у вас просто нет выбора: вас бросают на свет прожекторов». Николь была очень огорчена сообщениями о том, что она получила свои роли благодаря покровительству мужа. Она категорически выступала против подобных инсинуаций: «Меня раздражают эти слухи, потому что никто не даст тебе роль просто так. Студии вкладывают в фильмы миллионы долларов, и им недостаточно чьей-то просьбы: «Давай снимем Николь». Такой подход не срабатывает».

В отношении к планам иметь детей Николь высказалась следующим образом: «Я меньше всего хочу, чтобы в будущем имена моих будущих детей мелькали на обложках журналов и газет». Пара по-прежнему продолжала опровергать нескончаемые слухи о беременности Николь. Будучи откровенным человеком, Николь открыто признавалась, что Том полностью одевает ее, причем она редко выбирает что-то для себя сама: он просто покупает одежду и делает ей сюрприз.

Интересно, что Том и Николь в огромной усадьбе жили каждый сам по себе. Том мог часами слушать записи Брюса Спрингстина, а Николь бродить по парку. Тем не менее, на каждом публичном заявлении Том говорил, какая Николь чудесная жена. На вручении премии киноакадемии в 1991 году, актер сказал: «Николь оказала мне неоценимую помощь, за что я сердечно благодарю ее».

Весь мир считал Тома и Николь идеальной парой, но как и во всех семьях, у них возникали проблемы.

ГЛАВА 20

Теперь я спокоен, как никогда раньше. Я был гораздо более напряжен и перегружен. Моя жизнь становилась прямой противоположностью покою и доверию, чем она сейчас просто переполнена.

Тому было явно неудобно лежать здесь обнаженным, с закрытыми глазами, чувствуя рядом с собой молодую женщину. Она же не заметила глупой ухмылки, которую уловила камера, но не Том. «Что она сделала?» — думал Круз.

Роль манящей его женщины сыграла Николь, а сцена была одним из кадров фильма «Далеко и надолго»[3], эпического рассказа об ирландце, который бежал вместе с дочкой своего хозяина в Америку.

По воспоминаниям очевидцев, даже на съемках «Далеко и надолго» Том беспрестанно говорил о своей любви к Николь. В кадре и за его пределами они обнимались и целовались. Режиссер Рон Говард даже стал волноваться: «Казалось, что у них в разгаре медовый месяц. Они никогда не занимались любовью перед камерой, им было легче вызывать трепетное и гипнотическое внимание. Том с нежностью смотрел на нее и восклицал: «Ну разве она не прекрасна!», или же она подходила к полуобнаженному Тому и вздыхала: «Какие мышцы!» Том постоянно хотел быть рядом с ней. Он приносил ей кофе, напоминал о необходимости надеть теплый свитер, согревал ее. «Она моя жена и мой лучший друг», — говорил Круз. Нет необходимости напоминать, что время от времени пара исчезала в вагончике, чтобы «заверить друг друга в любви».