"Фантастика 2023-148. Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Динаев Дино

Крохотный кабинетик Листунова расположен в неприметном тупичке в подвальном этаже здания, арендуемом телекомпанией. Из аппаратуры стоит стационарный видеомагнитофон и операторский пульт. Из мебели стул с разъезжающимися ножками. Аркаша садится, надевает наушники, но тотчас срывает их. В них невыносимый вой. Вне себя, трясясь тщедушным телом, Аркаша идет разбираться в аппаратную. Едва он открывает дверь, навстречу ударяет гогот. Неяскин и сидящая у него на коленках Маринка довольно ржут.

— Это безобразие! — голос Аркаши срывается на фальцет.

Он пытается наскочить на Неяскина, но тот, здоровый бугай, ловко подцепляет ему нос шершавым пальцем. Очки Аркаши чуть не сваливаются с носа, и косоглазие делается поистине безобразным. Глаза смотрят практически в разные углы. Неяскин с Маринкой буквально заходятся от смеха. Маринка, мясистая девка, трясется обильными телесами, глядишь, что-нибудь потеряет через край низкого выреза, который был бы чересчур рискован даже для менее отращенной груди.

— Если через пять минут аппаратура не будет работать, иду к главному! — предупреждает Аркаша, но угроза от очкарика звучит нелепо.

Возвращаясь к себе, он первым дело смотрится в зеркало, стараясь собрать разбегающиеся глаза в кучу. Наконец это ему удается. Судя по всему, слива на носу зреет выдающаяся. Но в этот день поработать ему не суждено, отворилась дверь, и вошли двое: Диего и Артур. Аркаша хорошо представлял себе, кто это такие. Это была их крыша, и один раз ему даже довелось видеть, как этот страшный тип с парализованным лицом плеснул директору в лицо горячим кофе.

— Листунов ты? — спросил Диего, а когда он сдавленно кивнул, велел: — Поедешь с нами.

Сказано было таким тоном, что он не рискнул даже спросить куда. Его вывели в коридор, где столкнулись с Неяскиным и Маринкой, но те быстро опустили глазки книзу и сделали вид, что происходящее их не касается. Аркашу посадили в машину с дожидавшимся шофером, причем, Артур сел впереди, а Диего с одним здоровяком, которому он велел подвинуться, назвав Базловым, сели с двух сторон.

— Не жмет? — нарочито заботливо осведомился Базлов.

— Ничего, мне удобно, — не чуя подвоха, пролепетал Аркаша.

— А мне плевать! — жизнерадостно гоготнул здоровяк.

Аркашу повезли на окраину за Южное шоссе. Он решил, что в новые квартала, однако высотные дома скоро кончились, и потянулись двух и трехэтажные коттеджи индивидуальной планировки. Машина проехала под "кирпич" и продолжала углубляться в заказанный для простого люда район.

— Куда мы все-таки едем? — в начинающей крепнуть панике спросил Аркаша.

— Не бойся, не в прокуратуру, — издевался Базлов.

— Кто-нибудь мне объяснит, что происходит? — простонал Аркаша, чуть не плача, он был откровенно напуган и от испуга стал гораздо хуже видеть.

Диего повернул к нему лицо, словно разделенное вертикальной полоской мертвой кожи надвое. Если один глаз был равнодушен и меланхоличен, то второй откровенно наслаждался его ужасом, неестественная асимметрия была столь страшна, что Аркаша чуть не позвал маму и слегка подпустил под себя. Вдоволь потешившись над его беспомощностью, Диего спросил:

— Артур, ты вправду думаешь, что эта гнида может быть нам полезна?

Артур смутился и попросил:

— Не обзывай его, пожалуйста. Ты его и так уже напугал, — и, обращаясь к Аркаше, неожиданно спросил. — Вы ведь специалист по порнографии?

— Поч-чему по порнографии? — от неожиданности Аркаша даже стал заикаться.

— Не надо преуменьшать свои таланты, профессор, — ласково сказал Базлов и хлопнул его по колену. — Мы все про вас знаем.

Аркаша терпеть не мог никаких телесных прикосновений, особенно от мужика (да и от женщины тоже, хотя женщины у него никогда не было). После хлопка Базлова его непроизвольно передернуло.

— Вы работаете редактором на канале с самого запуска проекта, — продолжил Артур. — За это время вы не пропустили на экран ни одной обнаженки. Разве за это вас нельзя назвать специалистом в своей области?

— Слушай, а тебе, правда, всякие маньяки пишут? — встрял Базлов. — Ну что б ты голых баб не вырезал? Ну, извращенцы! "Опять весна, опять грачи, да?" — ухмыльнулся он.

— Мы едем к маньяку? — опешил Аркаша. — Но я в этом ничего не понимаю.

— А тут и понимать нечего, — жестко сказал Диего. — За нами тут один парень взялся следить. Его зовут Боно. Когда мы хотели с ним конкретно поговорить, он сбежал. Но хату его мы нашли. Больше тебе знать не нужно. Хата оказалась как хата, но Артур сказал, что с его видеотекой что-то не так. Так как там одна порнуха, то мы тебя и вытащили. Это не займет много времени.

— Но просмотр не запрещен, запрещено только распространение, — уточнил Аркаша. — Может, я домой поеду?

Диего с непонятным чувством посмотрел на него. Артур обернулся и с непонятным надрывом спросил:

— Зачем ты ему имя сказал?

— А что нельзя? — усмехнулся Диего половиной рта.

— Вот он домик! — махнул Базлов рукой в сторону появившегося на прогалине величественного особняка с узкими окнами в готическом стиле, разрезающими фасад сверху донизу и больше напоминающими бойницы.

Особняк одиноко стоял посреди просторного, ничем не засаженного участка. Когда проходили через калитку в высокой кирпичной стене, Аркаша поскользнулся на скользкой, словно лед, бетонной дорожке.

— Осторожно, профессор! — ухмыльнулся Базлов.

Они пошли гуськом по заасфальтированной дорожке. Сада как такового не было, только газон, ровный, как котом облизанный. По газону ходил здоровяк, это был Гектор в своих неизменных непроницаемых иезуитских очках, с небольшой бархатной коробкой в руках.

— Есть что? — спросил Диего, и Гектор отрицательно качнул головой.

В подобных домах Аркаше еще бывать не доводилось. Теплые полы из прессованной пробки приятно пружинили под ногами. Залы были перегорожены декоративными стенами из гипсокартона. Мебели никакой. Шкаф для одежды заменяла отдельная комната с вешалкой по всей стене. Проходя, Аркаша заметил на ней длинную очередь шикарных мужских костюмов. Штук сто, наверное.

— Вам сюда, — его проводили в комнату, отведенную под кинозал.

Диего с Артуром ушли, но Базлов застыл в дверях. Аркаша вздохнул и приступил к работе.

Как и остальные комнаты, кинозал был оформлен крайне аскетично. Из мебели только плоский экран на всю стену. К экрану напрямую подсоединена спутниковая антенна. Видак идет вместе с экраном. Такой вот экранчик. Не для средних умов. На стене сетчатая полка, походящая на баскетбольную корзинку. В ней десятка два видеокассет в ярких фирменных упаковках. Хозяин, богатенький Буратино, туфту не покупал. Аркаше даже утруждать себя не пришлось. Половина была чистая порнуха, и он отложил с ее с подчеркнутой брезгливостью. Да и остальные были не лучше, но, однако заинтересовали его как специалиста. В первую очередь четыре серии Тинто Мандрасса. Странно, но он слышал только о трех. Аркаша некоторое время сосредоточенно вертел в руках четвертую часть, надеясь найти следы подделки. Напрасно мучился. Впрочем, мошенники достигли немалых высот в своем ремесле. Любую подделку закатают как конфетку. Аркаша сунулся, было дальше смотреть, но там оставалась лишь серия "Максимум наслаждений" из нескольких частей, и тогда он вернулся обратно к Мандрассу-4.

Как сказал король Голопогоссии: "Я знаю про Гвартензию по двум причинам. Первая: по острому соусу Тензо и по тому, что в этой богом забытой, никому не нужной стране живет Тинто Мандрасс". Аркаша соусом Тензо не баловался: чересчур остер был гад для его чахоточного организма. Но Мандрасс был врагом, достойным всяческого уважения. Артисток выбирал по форме задницы-выдающийся извращенец! Именно из-за таких Аркашу и держали на телевидении. Надо признать, что и кормился он исключительно из-за такого рода извращенцев. С другой стороны, если бы родному городу не угрожала подобная зараза, неужто он бы с голода помер? Взялся бы улицы мести, тоже в своем роде грязь. Вообще Аркаша довольно настороженно относился к сексу. Человек культурная вроде особь, костюм носит, вдруг ни с того ни с сего снимает этот самый костюмчик и ну давай скотствовать. А женщины что выделывают? Зла на них нет. Позволяют с собой такое вытворять. Ноги задирают-тьфу. Выгибаются по всякому и ну стонать, кошки дранные.