Вторая мировая война - Уинстон Черчилль

Генерал Эйзенхауэр – премьер-министру

26 сентября 1943 года

Мы тщательно пересматриваем свои наличные ресурсы, чтобы оказать Среднему Востоку необходимую поддержку в выполнении этого плана, и приходим к выводу, что наша помощь Среднему Востоку может быть лишь минимальной.

Когда Монтгомери сможет двинуть основную часть своих войск вперед, чтобы поддержать правый фланг 5-й армии, события на неапольском фронте начнут развертываться быстрее. Как всегда бывает после начальных стадий комбинированных операций, мы сильно растянули свои линии как в тактическом отношении, так и в отношении снабжения. Мы прилагаем все усилия к тому, чтобы исправить положение, и Вы вскоре получите добрые вести.

В своем ответе Эйзенхауэр не остановился так подробно, как мне этого хотелось, на той части моего послания, где говорилось, что при операциях вспомогательного характера можно ограничиться небольшими силами; я придавал этой части послания особое значение.

Англо-американская 5-я армия вступила в Неаполь 1 октября.

Премьер-министр – генералу Эйзенхауэру, Алжир

2 октября 1943 года

Радуюсь вместе с Вами блестящему обороту, который приняли наши дела на Средиземном море, и тому, что Сардиния и Корсика были взяты попутно, в ходе общей кампании.

Желаю всяческих успехов в дальнейшем.

Премьер-министр – генералу Монтгомери, Италия

2 октября 1943 года

Я в восторге от блестящих успехов 8-й армии. Сердечно поздравляю Вас со всеми вашими достижениями. Думаю, Вы помните, как я однажды сказал Вам в Триполи о том, где мы можем встретиться.

Генерал Монтгомери – премьер-министру

5 октября 1943 года

Благодарю за Ваше любезное послание. Мы продвинулись далеко и очень быстро. Это нужно было сделать, чтобы прийти на помощь 5-й армии, однако это вызвало большое напряжение в моей системе управления и снабжения, которую пришлось переключить с «носка» на «каблук» во время операций и которая сейчас растянута до предела. Когда я возьму дорогу Термоли – Кампобассо, я буду вынужден на время, пока не приведу в порядок свою систему управления и снабжения, остановить мои главные силы и действовать впереди этой дороги только подвижными частями. Однако подвижные части, направляемые в уязвимые места, могут наносить весьма ощутимый ущерб, и, таким образом, я сохраню за собой инициативу и буду продвигаться вперед. После этой остановки я двинусь всеми силами на Пескару и Анкону. Надеюсь встретиться с Вами в Риме.

Обе наши армии вынуждены были остановиться. Севернее Неаполя 5-я армия встретила сильное сопротивление вдоль реки Вольтурно; чтобы преодолеть это сопротивление, нужно было известное время и требовалось наладить бесперебойное снабжение. Во время продвижения 8-й армии вверх по «носку» Италии генерал Монтгомери сознательно шел на большой риск в отношении системы снабжения, чтобы достичь поля боя у Салерно. Его базу теперь нужно было перевести с «носка» в Реджо на «каблук» у Таранто и Бари. Пока это не было сделано, 8-я армия не могла идти дальше. Кроме того, занятие Фоджи давало возможность приступить к приспособлению ее аэродромов под нужды наших тяжелых бомбардировщиков. Это была огромная задача, требовавшая переброски многих тысяч тонн грузов, и выполнить ее можно было лишь постепенно. В середине октября немцы имели в Италии 19 дивизий, а союзники – силы, равноценные 11 дивизиям. Чтобы закрепить наши быстрые блестящие завоевания, надо было подтянуть силы и перебросить крупные подкрепления. Все это ложилось тяжелой нагрузкой на наши транспортные суда.

Сентябрь поистине был плодотворным месяцем. В области военного англо-американского сотрудничества на суше, на море и в воздухе были достигнуты новые успехи. Командующий германской 10-й армией в Италии говорил потом, что немцы с завистью взирали на гармоничное сотрудничество между нашей армией, авиацией и военно-морскими силами, подчиненными единому верховному главнокомандованию. Итальянский флот был в наших руках, итальянская авиация и итальянская армия, несмотря на то, что немцы мешали им присоединиться к нам в больших количествах, уже не воевали против нас.

Враг был разбит в ожесточенной битве, и наши армии продвинулись на 300 миль вверх по итальянскому «сапогу». В их тылу находились захваченные нами аэродромы и порты, которые после восстановления могли полностью удовлетворять наши нужды. Сардиния, операцию против которой во время штабных споров так часто выдвигали в качестве альтернативы наступлению на Италию, досталась нам почти даром, в качестве премии, 19 сентября, а Корсика была взята две недели спустя французскими войсками. Успех итальянской операции, отстоять которую нам стоило много усилий, превзошел ожидания даже самых пылких и упорных ее сторонников.

Большая заслуга принадлежит генералу Эйзенхауэру, поддержавшему план осуществления этой короткой и смелой кампании. Ее осуществление выпало на долю Александера, но верховный главнокомандующий по существу полностью согласился с английским стратегическим планом и готов был принять на себя полную ответственность за эту операцию, хотя его собственные командиры сделали выполнение этой и без того тяжелой задачи еще более трудным в силу своей косной приверженности планам действий в Бирме, а также в результате того, что они упрямо и безоговорочно предоставляли приоритет подготовке операций «Оверлорд»; у нижестоящих чинов эта тенденция приняла форму настоящего педантизма. В то же время совершенно очевидно, что Италия – это максимум того, чего мы могли добиться на той стадии, и что можно было бы еще лучше подготовить эту операцию, вовсе не вызывая тем самым задержки в осуществлении основного плана – плана высадки через Ла-Манш в 1944 году.

Глава 9

Снова дома

По пути домой я подготовил речь, с которой мне предстояло выступить в парламенте. Я отлично понимал, что меня встретят критическими замечаниями и что, принимая во внимание наши военные успехи, недовольные сочтут себя вправе высказываться более откровенно в палате и прессе.

21 сентября, через два дня после прибытия, я выступил в палате общин с речью, длившейся не менее двух с половиной часов.

Первая предъявленная мне претензия состояла в том, что было потрачено много времени на бесполезные переговоры с итальянским правительством до наступления на Неаполь. На это, мне казалось, у меня был готов хороший ответ.

«Мне говорят, что 40 драгоценных дней были затрачены на эти переговоры и что в результате этого в районе Салерно напрасно пролилась кровь английских и американских солдат. Этот упрек неоснователен с точки зрения фактов и может вызвать чувство горечи у тех, кто потерял там своих близких.