'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

свободен. Так что по обе стороны стояла очередь из торговцев, путешественников, просителей и прочих сомнительных личностей, которым, возможно, когда-нибудь придется отправиться в такое место, как Бахль-Нимиан, где каждый ждет своей очереди – и мера терпения у всех может быть разная. Здесь часто вспыхивали ссоры, что, как могла себе представить Талея, приводило к задержке с визитами к Повелительнице Мести.

К тому времени, как они выбрались из города, уже стемнело, но никто, казалось, не горел желанием развернуться и вернуться обратно, чтобы найти гостиницу. Турвишар вызвал небольшой огонек, чтобы лошади (на которых они ехали) не спотыкались в темноте. Воспользовавшись этим, они со всеми предосторожностями проехали несколько часов и лишь затем разбили лагерь на ночь, вычистили и покормили лошадей.

Бунтарка любила лошадей и, путаясь у них в ногах, доставляла всяческие неудобства, да и вообще казалась просто взволнованной таким поворотом событий. Похоже, она очень обрадовалась возможности познакомиться с каждым из своих новых попутчиков и попросить у них почесать ей брюхо.

Ксиван шаг за шагом обучала Талею всему процессу ухода за лошадьми – в случае с Талеей ей пришлось заниматься слегка встревоженным гнедым мерином по кличке Непоседа. Талее это все совершенно не нравилось, тем более что сам процесс был весьма вонючим и раздражающим. Непоседа дважды пытался укусить ее, хотя все же немного успокоился после того, как его почистили – ему это явно понравилось.

Сенера по-прежнему не разговаривала с Турвишаром, хотя и наблюдала за ним. Обычно – краем глаза, когда он смотрел куда-то в сторону, но потом сразу же отводила взгляд, сердито качая головой, когда понимала, что происходит.

Талея решила, что лучше не показывать Сенере, что она заметила.

– Ты нам сыграешь? – уже ночью спросила Талея у Кирина, потому что зачем же брать с собой арфу, если так ею и не пользоваться?

– Я бы не советовал, – сказал Турвишар.

Кирин как-то странно посмотрел на него, словно раздумывая, стоит ли ему оскорбиться.

– Все драконы любят музыку, – пояснила Сенера. – Не стоит позволять Баэлошу найти нас до того, как мы найдем его.

Арфа осталась в футляре.

Утром выяснилось, что надо снова заботиться о лошадях – так что Талея начала задаваться вопросом, есть ли у людей, которые держат лошадей, время хоть еще на что-то. Теперь она начинала понимать, что все это выглядело работой на полный рабочий день. А потом началась настоящая езда на упомянутых лошадях – и это больше всего походило на половой акт, из которого убрали все самое интересное.

Талея была совершенно уверена, что вечером она абсолютно точно пожалеет обо всем, что с ней случилось в этой жизни.

В какой-то момент, уже во время путешествия, Талея заметила, что лошадь Ксиван идет рядом с конем Кирина, и уловила обрывки их разговора.

– Что между ними происходит? – спросила Ксиван, указывая подбородком вперед, на Сенеру и Турвишара, умудряющихся ехать рядом, демонстративно игнорируя этот факт.

– Некоторые истины всплыли на свет после того, как ты ушла. Сенера все еще пытается понять, что она думает по этому поводу. – Кирин заметно пожал плечами. – Больше того, это действительно не мое дело.

– Хм. Тогда насчет того, что я слышала перед тем, как уйти… Сенера действительно предала тебя?

Талея подумала, что это отличный вопрос. По ее мнению, человек, предавший одного союзника, рано или поздно предаст и других, но Сенера ей нравилась. Было бы довольно обидно обнаружить, что склонность к предательствам являлась основной частью ее характера.

– Я не уверен, что ее поступок можно считать предательством. Не то чтобы она скрывала свою преданность. Но мы предполагали, что она говорит нам правду, и вдруг выяснилось, что с нашей стороны это было глупо. Мы действительно должны были узнать ее получше.

– Значит, это была вражеская уловка? – прервала его Талея. Кирин удивленно глянул на нее, и девушка сглотнула. – Я не могла не слышать вашего разговора.

Кирин фыркнул.

– Да, наверное, так оно и было. Но, честно говоря, – он снова глянул на Ксиван, – судя по тому, что Джанель говорит о тебе, я никогда бы не подумал, что ты из тех людей, которые склонны ошибаться относительно природы Релоса Вара.

Ксиван посмотрела на Уртанриэль, висящую у нее на поясе, затем снова на Талею. Их глаза встретились:

– Нет. Нет никаких иллюзий. Хотя Релос Вар всегда играл со мной честно.

Кирин довольно мерзко рассмеялся:

– Мой брат достаточно умен, чтобы приберечь ложь и предательство для особых случаев.

– Ты не лучше него, – сказала Талея. – В конце концов, ты же сам Де Мон. Я знаю, что вы собой представляете.

Он полуобернулся в седле:

– Ты же понимаешь, что я не выбирал быть Де Моном. В конце концов, я… – В этот момент его лошадь, кобыла по кличке Скиталица, снова попыталась свернуть с дороги, чтобы пощипать вкусные цветы кактуса. Поскольку Кирин отвлекся, ей это удалось. Талея начала смеяться – и именно этот момент Непоседа выбрал для того, чтобы решить, что это прекрасная идея, и последовал прямо за Скиталицей. Ксиван пришлось спасать их обоих, а потому к тому времени, как они вернулись на дорогу, эта тема разговора изжила себя.

За пределами Бахль-Нимиана местность была весьма унылой, удивительно жаркой днем и столь же удивительно холодной ночью. На высохшей земле было полно растений, но все они так поросли колючками, что к ним нельзя было даже прикоснуться. Но даже в этом пейзаже, в том, как распускались кактусы, в том, как ветер размывал края песчаных барханов, укладывая их красными, оранжевыми и желтыми слоями, была какая-то своя красота. Не похоже, что бледнокожие люди могли происходить именно отсюда, но то, что большинство куурцев – в том числе и Талея – выросли, считая, что все долтарцы белокожие, не делало это автоматически правдой. Талея также всегда думала, что Долтар – это единая страна, а не набор городов-государств, которые были довольно плохо связаны между собой и по большей части находились в постоянном состоянии войны[652]. Местность по другую сторону горного хребта, расположенная к югу, вероятно, была холоднее и влажнее, поэтому она предположила, что, вероятно, там и находилась родина предков Сенеры.

К тому времени, как они разбили лагерь, Талея чувствовала себя просто несчастной, и по большей части именно потому, что Ксиван не позволила ей не заботиться о лошадях. Но, по крайней мере, Непоседа, казалось, немного пожалел ее и пытался укусить всего раз, но потом, похоже, он тоже устал. После того как Талея закончила, Сенера предложила помочь ей унять боль, и Талея