Живой Журнал. Публикации 2001-2006 - Владимир Сергеевич Березин

class="p1">— Я из необычной семьи, — сказала Лена. — Мои родители были научными сотрудниками. Но в моём доме читать Дюма было не принято, и меня заставляли читать серьёзные книги, которые, наверно, не свойственны для девочки восьми-десяти лет. Так я прочитала Сенеку, Монтеня, Честерфильда…

В этот момент я начал вести себя неприлично, хрюкать, икать и свалился под стол. Дело было не только в каких-то актёрах-идиотах с дурацкими вопросами (они приставали к Бунимовичу, отчего он на старости лет не учится водить машину — и непременно в муках), и не в том, что я стал подозревать девушку стёртого возраста, что она в восемь лет не читала графа Филиппа Дормера Стэнгопа Честерфильда с его придворными правилами. Да и ладно, хоть бы и Честерфильд — если она его не перепутала с Честертоном или сигаретами.

Кстати, потом, (внизу в комментах), меня стали уверять, что чтение Честерфильда — нормальное дело (я помню два издания в "Литпамятниках" в 1971 и 1978 году — чтение, мне кажется, довольно угрюмое для "восьми-десятилетней девочки" — ну да ничего).

Всё равно — это мне напомнило чудесный текст родом из шестидесятых, в котором сказочные и прочие персонажи приходят на встречу с читателями в редакцию журнала "Переводные картинки".

Среди прочих речь держит Волк. Он критикует увлечение некоторых читателей романом Ремарка "Три товарища".

— Герои его мягкотелы, никак не могут сделать свой выбор… — говорит он, — они всё время мечутся. И уж больно они розовые… Да и эти идиотские имена — Ниф-Ниф, Нуф-Нуф, Наф-Наф!

Общее замешательство. Выясняется, что оратор перепутал книгу "Три товарища" с книгой "Три поросёнка".

Извините, если кого обидел.

19 декабря 2005

История про Новосибирск

Я понял, кого нужно спросить про Лену Ленину. Надо про неё спросить bachilo — у них там, в Академонгородке мафия. Они всех своих знают.

Между тем, политическая жизнь столицы дошла до обидного.

У меня в ленте и окрестностях участники "Правого марша" сцепились с участниками "Антифашистского марша" и выясняют, у кого рожи безобразнее.

Причём аргументы сплошь такие: "Мы пришли, и там были хорошие лица — не то, что у этих" — "Да нет, посмотрите на фото — сплошь уроды!" — "Да вы на своих посмотрите — вот где упыри!" — "Да, не-е-ет, вот вам ссылка — сплошь жидовские морды" — "А вы гляньте сюда — вот вам ублюдки-гопники".

Тьфу, чума на оба ваши дома.

Извините, если кого обидел.

19 декабря 2005

История про пьянки

Ну что, смежники, начали уже квасить? А?

Извините, если кого обидел.

20 декабря 2005

История про косыгинские реформы

Одна из загадочных точек на линии политико-экономической истории СССР — это так называемые «косыгинские реформы».

Про них я много что могу рассказать, у этого движения было минимум четыре стадии, но речь сейчас не об этом.

Не всё так просто было с ними.

Дело в том, что перемены были неровны по отраслям и регионам, малина мешалась со смертью, как немец с русским в известной пословице.

Один не старый пока человек из Костромы, мой тогдашний коллега, ставший экономическим консультантом, рассказывал мне об истории родного края. Во время его детства навалился на Кострому голод. Тогда даже в Горьком стояли очереди за мукой, а на проселочную дорогу в костромской глубинке ложились мужики из окрестных деревень, чтобы остановился фургон с хлебом. Он и останавливался. Крестьяне связывали шофёра и экспедитора, чтобы тех не судили слишком строго и вообще не судили, и разносили хлеб по деревням.

Экономического консультанта, бывшего тогда просто мальчиком бабушка заставляла ловить рыбу. То есть ему ещё было нужно собирать грибы и ягоды, а вот зимой мальчику приходилось добывать из-подо льда рыбу. Рано утром он собирался и шёл к своей лунке во льду. Он шёл туда и вспоминал свой день рождения, когда ему исполнилось пять лет, и он в последний раз наелся.

Рыбную ловлю с тех пор он ненавидел — в любом её виде.

Извините, если кого обидел.

20 декабря 2005

История про пани

А всё-таки эта ваша Новодворская — чисто пани Броня.

Извините, если кого обидел.

23 декабря 2005

История про совнархозы

Вплоть до начала того, что зовётся «Перестройкой», в московских магазинах покупатель медленно двигался к прилавку, а, вернее, к весам. Весы эти нынче совсем перевелись, пропали как динозавры — весте со своим массивным постаментом, округлым, высоким телом на нём — а наверху была изогнутая, будто автомобильный спидометр на «Волге» шкала, узкая талия весов, две площадки — одна для гирь, на другой уже лежит рыбья туша на серой бумаге…

Эти весы делают и нынче, и называются они "Тюмень".

А тогда смотрел покупатель на шкалу, где плясала стрелка — и читал загадочную надпись «Средне-Уральский совнархоз» и дальше — бесчисленные цифры ГОСТа.

И если покупатель молод, то отгоняет от себя недоумение — чтобы внимательнее следить за танцем стрелки.

Что за совнархоз, куда? Колхоз? Совхоз? Как это?

Вот — главная история про хрущёвские дела и славное прошлое. Никаких историй про совнархозы больше быть не может.

Сегодня, кстати, впервые за пятнадцать лет написал рекомендацию. Раньше вписал всё в Партию, да в комсомол, а тут — нуте, убирательной тётеньке.

Но вспомнил былое.

Извините, если кого обидел.

23 декабря 2005

История про пробел

Тьфу, пропасть. Теперь на клавиатуре пробел стал срабатывать через раз. Мало мне было того, что в ней западало "т", и вместо "что" получалось залихватское "чо".

Извините, если кого обидел.

24 декабря 2005

История про автомобили

Оп-па! Вести с полей нам доносят, что закрыли производство автомобилей "Ока".

По этому поводу есть интернациональный анекдот: один гражданин жалуется соседу на свою собаку:

— Моя сука гоняется за автомобилями "Ока" как очумелая!

— И что? Моя тоже бегает за машинами.

— Но моя приносит эти микролитражки и закапывает их в огороде.

Извините, если кого обидел.

24 декабря 2005

История про шестерёнки

Достаточно ли хорошо у нас знают писателя Бачилу?

Нет, не достаточно хорошо у нас знают писателя Бачило и его рассказ "Шестерёнка".

Извините, если кого обидел.

26 декабря 2005

История про Еврокоммунизм

Сейчас уже никто не помнит