Запрещённая реальность. Книги 1-10 - Василий Головачёв

протянула красную книжечку с тисненым двуглавым орлом. Вася развернул ее и прочитал:

– Майор Хасан Мустафа Ибрагимов, Управление «Т» Федеральной службы безопасности.

– Вы его знаете? – спросил Парамонов, внимательно посмотрев на затвердевшее лицо Балуева.

– Знаю, – глухо ответил Вася. – Командир спецподразделения «Стикс». Это команда Ельшина, Иван Терентьевич. Но убей меня Бог, если я знаю, как они меня вычислили! Я сейчас вернусь…

– Не стоит, – мягко удержал его Парамонов. – Они уже не причинят нам вреда.

– У меня с ним свои счеты…

– И все-таки не стоит устраивать суд здесь. Он лицо подневольное, надо выходить на его начальников.

– Это он подставил меня в Грозном. – Вася шагнул было прочь, но уловил взгляд Ульяны и словно споткнулся об него. С усилием загнал гнев и ненависть в глубину души. – Черт с ним, пусть живет. Куда теперь, господа гипнотизеры? Надо линять, а то торчим здесь, как четыре тополя на Плющихе.

Ульяна улыбнулась, провела пальцами по его щеке и первой зашагала к машине. Вскоре они выехали со двора, где на земле лежали незадачливые оперативники «Стикса», а оторопелые жители дома, вышедшие по своим делам, с испугом разглядывали неподвижные тела.

– Куда? – спросил Василий, увеличивая скорость.

– В столицу, – ответил за всех Парамонов. – Но прежде переоденемся и соберем вещи. Спешить нам особо незачем.

«На шоссе не перехватят?» – хотел спросить Василий, но вместо этого проворчал, пытаясь разрядить обстановку:

– Даже обидно, что не дали подраться…

– У тебя еще появится такая возможность, – вздохнула Ульяна, не реагируя на шутку, и Вася понял девушку, да и всех остальных тоже: никому не хотелось резко менять образ жизни, но сама жизнь распорядилась иначе. И что ждет их впереди, не знал никто.

Глава 28

КАСАНИЕ ГРАНИЦЫ

Бориса Ивановича Ивакина, полковника военной контрразведки ФСБ, убили прямо в больничной палате, днем, на глазах медперсонала госпиталя, куда его перевезли из больницы «Скорой помощи» после операции. Двое неизвестных в белых халатах, из-под которых виднелись генеральские кители и брюки с лампасами, принятые за высокое военное начальство, вошли к нему в палату вместе с медсестрой, когда телохранители полковника по какой-то причине покинули свой пост, ударили медсестру по голове, а когда она пришла в себя, Ивакин был уже мертв. В груди его торчал узкий и длинный кинжал, известный среди специалистов под названием баллок. Спасти полковника не удалось. Задержать убийц тоже. Генеральские мундиры были потом найдены в туалете на втором этаже госпиталя, а телохранители Ивакина – в том же туалете, но без оружия, в полной отключке, словно накачались наркотиками. О том, что такое их состояние вызвано излучением гипногенератора «удав», стало известно позже.

На генерала Дикого была совершена попытка нападения, едва не увенчавшаяся успехом. Он возвращался домой с работы поздно вечером в сопровождении двух телохранителей, и как только вышел из машины, раздались выстрелы. Стреляли с двух сторон: из полуподвального окна рядом с подъездом и со стороны стоянки автомашин в двадцати метрах. Телохранители генерала были убиты практически мгновенно, сам же он, владея спецтехникой передвижения в боевых условиях и воинскими искусствами, успел открыть ответный огонь и укрыться в подъезде, где его ждал еще один киллер – «контролер». Но киллеру не повезло, Валентин Анатольевич увидел его вовремя и выстрелил первым. Три пули достались и самому генералу, однако он все же уцелел.

Матвей Соболев узнал об этом поздно ночью, позвонив Дикому домой и услышав от его жены печальную весть. В задумчивости походил по комнатам, чувствуя дискомфорт, связанный с отсутствием Кристины. Он уже заметил, что острая необходимость в любимой женщине пропадает, когда она рядом, зато когда ее нет – ощущение сердечной недостаточности сводит с ума.

Сел за компьютер, поработал с каналами секретной сети ФСБ и МВД, узнал новые подробности прохождения по цепи исполнителей приказа о задержании «особо опасных преступников», одним из которых был он сам, но в голову ничего путного не шло. Перед глазами стояло замкнутое, суровое лицо «викинга» – Бориса Ивановича Ивакина, а в ушах снова и снова звучали слова Светлены: «Действуй, иначе опоздаешь…» Неужели он в самом деле не может изменить запланированный мирозданием порядок вещей? Ведь и в том, прошлом варианте бытия Ивакина убили, Дикого ранили, Илью Муромца подстрелили, и в этом повторяется то же самое, несмотря на попытки изменить ход событий и знание того, что произойдет. Или он плохо старается?

Матвей выключил компьютер, походил по непривычно пустым и тихим комнатам, бесцельно дотрагиваясь до вещей Кристины, чувствуя себя странно одиноким, потом позвонил Горшину. Однако Тараса не было дома, его автоответчик, как живой человек, с иронией посоветовал поискать хозяина в астрале, и Матвей с усмешкой бросил трубку. Но тут же поднял снова – телефон зазвонил сам. Однако голос принадлежал не Тарасу. Матвей не сразу узнал Самандара.

– Есть разговор, – сказал Вахид Тожиевич.

– Говорите, – сказал Матвей, озадаченный тем, что Самандару известен его секретный телефон с кодовым опознавателем.

– Не по телефону.

Идти никуда Матвею не хотелось, но так как Посвященные не будут звонить зря, он согласился.

– Где?

– У вас, если не возражаете, я тут неподалеку.

– Жду. – Матвей выключил телефон, прикинул варианты заинтересованности директора МИЦБИ в контакте с ним, на всякий случай сварил кофе и снова кругами пошел по квартире.

Вахид Тожиевич позвонил в дверь через двадцать минут. Вошел сосредоточенно-деловой, налитый упругой силой. Замкнутое, бесстрастное лицо его напоминало лицо игрока в покер, ведущего свою игру.

– Проходите, – повел рукой Матвей, приглашая гостя в гостиную.

– Я всего на минуту, – сказал Самандар, входя в комнату, не снимая туфель, остановился у журнального столика. Матвей пожал плечами, вошел следом и встал напротив.

– Слушаю вас.

Взгляд Самандара из-под черных густых бровей был стремителен и остр, но пробить ледяную сталь глаз хозяина не смог.

– У вас есть то, что интересует и меня.