Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП) - авторов Коллектив

— Хорошо, переведём дух, — обратился он к пятнадцати солдатам взвода. — Эрц, Мазурский и Соколиный Глаз, вы на посту.

Спустя полтора часа похода по бескрайним джунглям охотникам на орков не нужно было повторять дважды. Они сразу же сняли ранцы и оружие, пока Эрц, угрюмый Мазурский и Соколиный Глаз заняли позиции вокруг разросшихся корневых систем.

— Клим, доложи о нашем местоположении в “Церберу”. Кодовое слово… — сержант замолчал и поморщился, словно от неприятного привкуса во рту. — Кодовое слово — “птицелов”.

— Приказ получен и понят, — ответил радист, снимая со спины вокс-передатчик и приступая к необходимым настройкам, чтобы связаться с лагерем, который они покинули девяносто минут назад.

За всё это время они не обнаружили никаких орочьих следов. Ходили слухи, что дикие племена начали большое наступление в районе Миноса и Чумных Болот, что граничили с разрезавшей материк пополам водной артерией.

И всё же в Зелёнке стоило оставаться начеку. В дебрях первобытных гниющих лесов человека могли прикончить не только орки, встречались вещи и пострашнее зелёнокожих. Жестокие плотоядные растения обладали коварным и злобным разумом. Да и хищники обитали здесь задолго до того, как зелёнокожие с Газгкуллом Тракой впервые прибыли на Армагеддон пятьдесят лет назад.

Орки относительно недавно попали на планету, но спустя пять десятилетий не вызывало сомнений, что дикие племена подчинили джунгли.

В действительности оказалось, что на планете просто не было места, которое бы им не подошло. Орки процветали в пламенных Огненных Пустошах, ледяных Мёртвых Землях и повсюду между ними. Благодаря невероятной инопланетной физиологии они могли быстро приспособиться к совершенно разным окружающим условиям. Включая и ту, где обычный человек просто бы умер без защитных приспособлений и дыхательной маски, как например, в токсичных пустынях Армагеддона Секунд.

Порой казалось, что в экваториальных джунглях просто не осталось места, где бы их ни было. Чтобы остановить наступление ксеносов у “Церберы” охотники на орков и их союзники с других планет Империума вели жесточайшие сражения не на жизнь, а на смерть против диких зелёнокожих.

Пока Парни Бориско на все сто использовали подвернувшуюся возможность расслабиться и дать ногам отдохнуть, прежде чем продолжить задание, Коул направился к командиру взвода, который стоял рядом с торчавшим из земли древесным корнем. Он превратился в естественную опору, поддерживающую высокую квою. Корень достигал в высоту трёх метров и цеплялся за толстый ствол. Ряды деревьев и острые корни виднелись повсюду и словно окружали шкуродёров.

— Сержант, — обратился Арно, — почему мы остановились здесь?

Бориско продолжал пристально всматриваться во мрак джунглей. Стоял от силы час пополудни, но под лесным пологом было также темно, как в сумерках или на рассвете. Густой лес оказался заперт в вечном зеленоватом сумраке, единственным временем, когда освещение менялось, была ночь. И тогда джунгли превращались в самое тёмное место на планете, потому что ветви и пальмовые листья не пропускали свет звёзд, которые в ином случае выглядели бы как алмазные булавочные уколы посреди грязных промышленных облаков.

— Тебе не понравится ответ, Коул, — произнёс Бориско, даже не взглянув на заместителя.

— Сержант? — позвал Клим, повысив голос, чтобы привлечь внимание командира.

— Что говорит “Цербера”, рядовой? — спросил Павле, пресекая следующий вопрос Арно, прежде чем тот успел его задать.

– “Цербера” говорит, что они получили и поняли наше сообщение, сэр.

— Что-нибудь ещё?

— Так точно, сэр, — неуверенно подтвердил связист, похоже, он не до конца понял принятое сообщение. — Они сказали, что птицелов приземлился, сэр.

Сержант нахмурился:

— Чудесно. Значит пора.

— Сержант? — снова спросил Коул. — Пора что?

— Кое с кем встретиться.

— Встретиться?

— Увидишь.

Охотники ждали, бдительные часовые были готовы, что в любой момент могут появиться орки или кто-то ещё. Даже те, кто отдыхал, пока сержант не приказал им снова продираться сквозь джунгли, половину внимания уделяли возможному неожиданному нападению. Не то чтобы они специально думали о нём. Это было подсознательное умение, которое все, кто сражался в густых тропических лесах, изучали очень быстро. А если нет, то без шансов погибали.

Услышав шум в листве, Бориско и шкуродёры посмотрели наверх. Глаза привыкли к более густому мраку среди ветвей, серая тень отделилась от тьмы и предстала в узнаваемом виде.

Фигура в плаще сидела на одной из нижних ветвей квои, но всё равно оказалась в добрых семи метрах над тем местом, где стояли Бориско и Коул.

Инстинктивно имперцы навели на нежданного гостя больше десятка лазганов, дробовиков и другого оружия. Но что-то остановило их.

Не задумываясь, Арно выхватил лазерный пистолет и прицелился в балансирующего на ветке незнакомца в капюшоне, но сержант продолжал стоять нам месте. Лазерный пистолет остался в кобуре, цепной меч в руке так и не пробудился.

Павле вообще никак не отреагировал на произошедшее. Но он вовсе не застыл от изумления из-за эффектного появления незваного гостя, а дал сигнал шкуродёрам не действовать, как обычно принято в такой ситуации, иначе они просто бы изрешетили появившееся из джунглей существо.

Незнакомец сидел на ветке и одной рукой сжимал необычную винтовку, которую использовал как шест, чтобы сохранять равновесие. Охотники видели, что силуэт в плаще и капюшоне не похож на их обычных врагов. Несмотря на камуфляжную ткань плаща Коул сумел разглядеть, что он был высоким и худым. Он — не орк.

И он не пока не нападал на них. Зато внимательно наблюдал, голова под капюшоном дёргалась из стороны в сторону, но лицо по-прежнему оставалось в тени. И он молчал, единственными звуками, кроме напряжённого учащённого дыхания некоторых имперцев, были доносившиеся с вьющихся лиан клёкот и свистящий птичий щебет.

Коул продолжал стоять на месте и твёрдо целиться из пистолета в незваного гостя, но рискнул повнимательнее присмотреться к не скрытым в тени плаща рукам и ногам нежданного гостя. Сжимавшая оружие рука была обмотана полосками из шкур или ткани, но Арно показалось, что длинные пальцы заканчивались грубыми ногтями. А ноги были сильно похожи на когти.

Коул моргнул и прищурился, чтобы сильнее пронзить мрак. Складывалось впечатление, что ноги были специально приспособлены к сидению на ветке — существо просто обхватило её ими.

— Сержант, — недоверчиво спросил Арно, — что…

— Не стрелять, — нехотя произнёс Бориско, словно он был разочарован тем, что пришлось отдать такой приказ.

Он положил руку на пистолет заместителя и с силой толкнул оружие, чтобы ствол оказался направлен в землю. Потрясённый Коул не сопротивлялся.

— Отбой, все вы, — уже громче приказал сержант. — Мы встретились.

Дула лазганов, дробовиков и остальное оружие неуверенно уставилось в лесную почву. Но хотя солдаты автоматически подчинились приказу, некоторым потребовалось больше времени, чтобы справиться с укоренившимся инстинктом.

— Встреча? — возмущённо произнёс похожий на крысу Раус. — Вы ничего не говорили ни о какой встрече.

— Нет, не говорил, вот именно, — ответил нетерпящим возражений тоном Бориско. И ответ был предельно ясен — здесь командует Павле Бориско и он не потерпит, чтобы его действия ставили под сомнения.

На шкуродёров опустилась неловкая изумлённая тишина. Её прервали жужжание насекомых и карканье лесных птиц. Казалось, что звуки джунглей медленно берут своё, как и подлесок, который пытался отвоевать земли вокруг “Церберы”.

Бориско посмотрел на неясный силуэт в плаще, всё ещё неподвижно сидевший на ветке.

— Лучше спускайся, — крикнул он.

Не издав ни звука, фигура прыгнула вниз на торчавший из земли корень. С него существо спрыгнуло столь же ловко и приземлилось на согнутые колени прямо перед сержантом в центре шкуродёров.

Фигура выпрямилась, держа в правой руке необычную винтовку. Если сравнивать с лазганами и дробовиками охотников, то она выглядела примитивной, как на вид, так и технологически. У неё был изогнутый деревянный приклад и два охотничьих ножа: один у приклада, а второй под дулом. Оружие украшали перья и мелкие косточки, которые привязали к нему по каким-то грубым примитивным соображениям.

Теперь, когда существо стояло прямо перед Бориско, все имперцы видели, что оно возвышалось над сержантом почти на голову, а Павле и сам был выше среднего роста. То, что незнакомец оказался худым и тонким, только усиливало это впечатление. Пожалуй, он был даже выше Кобурга.