Верь мне (СИ) - "Jana Konstanta"

— Арин, выражайтесь яснее, Лика беременна?

Макс откинулся на спинку стула, ожидая внятного, четкого ответа. Опасение смешалось с презрением — боялся услышать, что так и есть, и уже заранее презирал Лику.

— Да нет же, успокойся, — нахмурилась Арина.

— Я спокоен вообще-то.

Что-то едва уловимое в его взгляде поменялось. Ему стало легче, и презрение, еще секунду назад читаемое на его лице, вдруг исчезло.

— Максим, тебе ведь не плевать на нее, я права?

— В каком смысле?

— В прямом. Ты из-за Лики пьешь?

— Вам какое дело, из-за чего и кого я пью? Или вы мне мало поводов оставили?

— Скажи мне честно, тебе нужна Лика?

Власов рассмеялся, надрывно и зло. А потом злой смех резко прекратился, и темный взгляд устремился на Арину.

— Зачем Вы здесь, Арин?

Под пристальный взгляд парня Арина прошла к окну. Действительно, зачем? У Власова нет ни малейшего повода помогать ей. Власов ненавидит их.

— Арин, что Вам нужно? — прилетело ей в спину и обдало холодом. Хоть и пьян он еще, да не нужно быть сверхпроницательным, чтоб понять, что она здесь неспроста.

— Мне помощь твоя нужна, — тихо проговорила Арина, обернувшись.

— Моя?!

— Лика замуж собралась.

Арина внимательно следила за Максом — он встал и из недр шкафа достал непочатую бутылку водки.

— Максим, да хватит тебе уже!

— Я сам решу, когда мне хватит, — отглотнув из горла, огрызнулся Макс. — Поздравляю со свадьбой дочери. От меня Вы что хотите? Радости, сочувствия? Водки?

— Тебе все равно?

— А должно быть как-то иначе?

Да нет, все правильно. Зря она сюда приехала. И на что только надеялась?

— Ясно. Ты прости, что побеспокоила, Максим… И дверь все-таки запирай — вынесут все, а ты и не заметишь. Прости за все. Прощай.

Изо всех сил стараясь не расплакаться сейчас, Арина попыталась прошмыгнуть мимо Макса к выходу, но мускулистая рука парня вдруг преградила ей дорогу.

— Да стойте же! Арин, я, правда, не понимаю, чего Вы от меня хотите. Какой помощи Вы от меня ждете? Лика меня ненавидит, я виноват перед ней. Очень виноват…

— Я знаю.

— Что Вы знаете? Из-за меня ее чуть не убили!

— Максим, я знаю. Лика мне все рассказала.

— Знаете, и все равно пришли? — усмехнулся Макс, вглядываясь в полные слез глаза женщины.

— Я рада, что ты понимаешь, что наделал — это дает надежду, что больше так не сделаешь.

— А если сделаю?

— Тогда я сама тебя придушу. Лика для меня — все. И если б из всех мужчин планеты она б выбрала кого-нибудь другого, можешь быть уверен, меня б здесь не было.

И это логично. Ни одна здравомыслящая мать не станет толкать горячо любимую дочь в столь сомнительные объятия. А Арина не сумасшедшая. И тем не менее, она здесь.

— Она любит тебя, Максим, — продолжила Арина, с трудом глядя Максу в глаза. — И ненавидит тоже, да. Но счастье моего ребенка для меня дороже амбиций и гордости — а из-за твоей выходки она ломает сейчас себе жизнь. Поэтому я пришла к тебе. Максим, я знаю, что наша семья очень виновата перед тобой…

— Ни Вас, ни Лику я ни в чем не виню.

— Не перебивай меня. Я знаю, что ты хочешь отомстить…

— Не Вам и не Лике.

— Не перебивай меня. Просто скажи мне, тебе нужна Лика? Могу я доверить тебе свою дочь?

— Какая разница, она меня уже не простит…

— Ты не за нее — ты за себя ответь.

— Арин… Вы же должны понимать, я не могу что-то чувствовать к копии Карины.

— Я не спрашиваю, что ты можешь, а что нет — просто ответь. Она нужна тебе? Или тебе плевать?

Макс замолк. Арина ждала, надеясь. В конце концов, если б Лика была ему совсем безразлична, позволил бы он ей, копии обманувшей его Карины, остаться в своей квартире? И сейчас, пусть Макс и не признается, но Арина чувствовала, что пьет он из-за ее дочери.

— Нужна, не нужна… Потом Вы напомните, что я ей не пара, так ведь? — глядя куда-то мимо Арины, тихо спросил Макс.

— Это решать только вам, я мешать не буду.

Макс усмехнулся, внимательно разглядывая женщину. Конечно, не поверил. Сейчас она что хочешь наобещает, лишь бы своего добиться, дочь от ошибки уберечь, а потом… Нет ей никакого дела ни до него, ни до чувств его, и не будет.

— Что я должен сделать?

Глава 21

Двадцатые числа жаркого июля. Непростой день, призванный узаконить молодую ячейку общества, начался с переполоха: на платье невесты вдруг нашлась зацепка, в свадебном букете подзавял лепесточек, а на туфлях откуда ни возьмись царапинка появилась. И это только утро! А впереди еще пышная церемония в сквере Арининого отеля, забег в загс, чтоб уладить последнюю формальность, и только потом долгожданный покой в мягком кресле белоснежного салона самолета.

— Невеста, успокойся! — улыбалась Марина, разглядывая Лику. — Никто с лупой твою зацепку разглядывать не будет!

— Легко тебе говорить, а у меня все через… Ну вот откуда она взялась?

— Лик, правда, успокойся, а?

Лика крутилась возле зеркала, выискивая неприятности. И зацепка не такая уж невидная — ну и что, что в складках и волосы прикроют? И вообще, свет как-то неправильно ложится на ткань, создавая иллюзию пятен! И бантик этот… Вот почему он все время норовит перекоситься, а? А жемчуг? На черта она связалась с жемчугом, да еще и в прическе! Одно неосторожное движение — и все! Тю-тю жемчужной нити!

— Девчонки, вы готовы? — в суматоху последних приготовлений вклинилась Ликина мама.

Красный шелк ее платья струится, будто бы стекает по плечам на грудь, чуть собирается, удерживаемый золотым кружевом пояса, и льется на пол, чуть шелестя, когда Арина подходит к дочери, чтобы проверить ее готовность к знаменательному событию. Женщина нарядная, красивая и немножко взволнованная, будто сегодня действительно праздник, а не плач по сгинувшим в мутных водах первой любви дочкиным надеждам. Она так и не смогла отговорить дочь от опрометчивого шага. А теперь Лика нервничает, злится… Но Арине сейчас не до Ликиных терзаний — ей нужно спешить в отель; выездная церемония пройдет именно там, нужно все проконтролировать, подготовить — обязательно ж что-нибудь да забудут.

— Мам, я в нем толстая, да? — заканючила Лика, разглядывая платье.

— Мы готовы! — тут же довольно ответила Марина, перебивая стенания подруги. — Фату осталось прицепить. Арина Сергеевна, может, напоить ее, а? Ну совсем спасу нет, все ей не так!

— Я тебе дам «напоить»! — улыбнулась Арина, задумчиво разглядывая дочь. — Так, без меня тут справитесь, ждите Руслана, а я в отель.

Арина ушла, а девушки опять остались одни в спальне. Настроение невесты стремительно портилось — казалось, еще немного, и она расплачется, сядет на кровать и заявит, что никуда не поедет.

— Лик, ты что, сомневаешься в своем решении? — тихо спросила Марина, с опаской глядя на подругу. — Ты уже не хочешь замуж за Руслана?

— Что за глупости? Фату давай.

Тончайшая белоснежная ткань в ту же минуту коснулась Ликиных плеч.

— Марин, перекос!

— Сама ты «перекос»! Стой спокойненько и не дергайся! Лик, да что с тобой сегодня?

— Ничего.

Ничего. И обе понимали в эту минуту, что дело не в Руслане и не в грядущем торжестве. И обе промолчали, не желая говорить о посторонних и трогать ставшую запретной тему. Лика послушно замерла, позволяя подруге расправить фату… Не надо ничего вспоминать, не надо ни о чем думать. Надо всего несколько часов продержаться, а потом самолет унесет ее с Русланом в Испанию, где их уже ждет роскошный люкс для новобрачных. Руслан показывал фотографии, и Лика видела, как светились его глаза в ту минуту… Влюбленные, восторженные, предвкушающие. У них обязательно будет сегодня самая лучшая ночь! Назло всем, вопреки всему! А потом они полетят в Италию, Грецию, Францию, Португалию… Новые места, новые впечатления; карнавалы, плантации, вино и бесконечное звездное небо вдали от родного города — вернутся они домой настоящей семейной парой.