Че Гевара - Жан Кормье

Фидель Кастро Рус,

Главнокомандующий

Сьерра-Маэстра

21 августа 1958 года

Этот приказ дает Че много власти, помещая современного конкистадора в шкуру освободителя. Он объясняет:

— Батистовская армия отступила со сломанным хребтом, но она еще не совсем побеждена. Борьба должна продолжаться, вот поэтому задействована финальная стратегия. Наступление будет происходить в трех направлениях: Сантьяго де Куба (Фидель, Рауль и Альмейда в Ориенте), который будет взят в гибкое окружение. Лас-Виллас (центральная провинция), на которую должен идти я, и Пиньяр дель Рио, на другом конце острова.

Че не может увести всех людей и возьмет с собой наиболее обстрелянных, как это уже было в момент посадки на Гранму. Комиссия отбора, которой он руководит, строгая. Ветеранам вспоминается случай: нужно получить доступ на яхту, тут появляется некто пузатенький, сорокалетний, с тонкими ногами. Получив отказ первый раз, он возвращается к Че:

— Мое имя де ла О, я доктор. Правда, мне плохо удается лазать по деревьям, но я революционер до кончиков ногтей. Дайте мне ружье, и я вам это докажу!

Растроганный речью сеньора де ла О, Че соглашается в конце концов взять его.

Между 25 и 27 августа Восьмая перебазируется отделениями в Эль Хибаро, деревушку, стоящую на отроге Сьерра-Маэстры в муниципалитете Лас-Мерседес. Че получил от Фиделя приказ ждать здесь самолет, который доставит боеприпасы. В то время геваристы выслеживают грузовичок с мундирами, обувью, гамаками и другим снаряжением плюс горючее, чтобы ехать до Санта-Клары. 28-го вечером Че отправляется на луг Кайо Эспино, используемый как ночная посадочная полоса. В 20.30 садится двухмоторный самолет, голубой «бичкрафт». Он выслежен авиацией противника, и у геваристов есть лишь время вытащить какие-то двадцать пять тысяч снарядов и кучу ружей, как уже слышны вражеские моторы, которые начинают обследовать зону, выпуская осветительные ракеты. Скоро они обнаруживают самолет на земле и открывают пулеметный огонь, Че отдает приказ — лучше его сжечь, нежели отдать в руки противника. До 6.30 утра вражеские самолеты неистовствуют над крышами Эль Хибаро. К счастью, операция по извлечению боеприпасов удалась. Зато это же не удается с грузовиком. Он увяз на дороге, невозможно вытащить, были вынуждены покинуть его под давлением батистовской авиации.

«Жаль, но лучше иметь боеприпасы, чем барахло», — комментирует Жоэль Иглесиас, автор произведения под названием «От Сьерра-Маэстры до Эскамбрей».

В пятницу 29-го общая мобилизация и всякого рода приготовления с подсчетом вооружения и снарядов, распределение одежды и продовольствия произведено быстро, так как запас небольшой. Все хотели бы отправиться в конце дня, но это невозможно из-за отсутствия горючего. 30-го утром Че все же отдает приказ свернуть лагерь во что бы то ни стало. Метеосводка предвещает приближение циклона, который идет от побережья Флориды.

На закате Восьмая пускается в путь с запрещением оставить хоть малейший след после себя, даже кожуру от фруктов. Порядок движения следующий: авангард под командованием Мануэля Эрнандеса[21], затем отделение № 2, называемое Авансада, ведомое Жоэлем Иглесиасом, не достигшим восемнадцати лет капитаном, который должен подкреплять авангард в случае необходимости. Затем отделение, ведомое Че и Рамиро Вальдесом и включающее медицинский корпус с докторами Оскаром Фернандесом Мелем и Винсентом де ла О. Далее следует отделение № 3 с капитаном Хосе Рамоном Сильвой. Важную и изнурительную роль связного между различными группами исполняет Леонардо Тамайо[22]. Он единственный способен правильно передавать словесные приказы Че.

«Без грузовиков, потому что без горючего, мы была вынуждены начать вторжение», — запишет Че.

Под грозным небом пешком, только с четырьмя лошадьми, сто сорок восемь барбудос Восьмой, прозванной армией Батисты «Мао-Мао», трогаются с места. Они располагают шестью пулеметами, одной базукой и пятьюдесятью автоматическими ружьями. Люди в основном новобранцы из Минае дель Фрио. Что касается Камило, обязанного открыть путь, то он 22-го отправился из Сальто де Провиденсия около сахарной централи Эстрада-Пальмы с семьюдесятью одним опытным бойцом. Но чтобы бросить вызов десяти тысячам солдат даже с двумястами двадцатью, нужно быть сумасшедшим, как Эрнесто Гевара и Камило Сиенфуэгос, — отважные и пылкие сумасшедшие.

«Мы надеялись найти грузовики с другой стороны дороги Мансанилло — Байамо. Действительно, перейдя ее, мы их встретили. Они были доставлены сюда людьми Камило. Но 1 сентября мы также встретились с жестоким циклоном «Элла», который сделал непригодными все пути сообщения, кроме центральной дороги, единственной асфальтированной в этом районе, что не позволяло нам двигаться на машине. Нам оставалось ехать только лошадью или идти пешком».

Циклон — который может превращаться в союзника, скрывая людей от вражеского наблюдения, как с воздуха, так и наземного, — в этот момент очень мешает. Несмотря ни на что, пытаются использовать дороги, но машины вязнут и даже призванных на помощь тракторов недостаточно, чтобы их вытащить. Когда команданте из кабины своей машины приказывает выйти и подтолкнуть, пассажиры противятся и отказываются. Выпустив град ругательств, он заряжает свой карабин М-2 и угрожает стрелять, тогда упрямцы подчиняются.

Но «Элла» сильнее всех, с этим ничего не поделаешь, и нужно, хочешь не хочешь, оставить машины.

2 сентября Че получает послание от Камило, сообщающее ему, что тот ждет его на рисовой плантации Видаль, сегодня «Сельский сад». На землях управляющего Луиса Тромпета Восьмая съедает обед, приготовленный для нее по приказу Сиенфуэгоса, который специально вернулся на грузовике.

3-го — первое серьезное препятствие на пути геваристов: переправа на Кауто, самой большой реке страны. Наводнение, спровоцированное «Эллой», еще больше осложняет положение. Как перейти подальше от мостов, охраняемых лояльной армией, через этого кипящего зверя, цвета шоколада с молоком, более двухсот метров шириной? С трудом добывают баржу. Группами по шесть человек, то есть двадцать пять ездок, с возвращением по двадцать минут, перевозчик благополучно переправляет освободителей. Лошади, которых невозможно было погрузить, служат платой перевозчику. Че рассматривает эту переправу через разбушевавшуюся реку как первую победу. Он отправляет Фиделю послание:

«Мало москитов и не видно самолетов. Мы без осложнений преодолели большую дорогу и Кауто. В потопе циклона «Элла», который держит солдат в своих казармах, моральный дух отряда на хорошем уровне».