Нарушая условности - Лана Серова

Я не смогла сдержать стона, настолько изысканными были ощущения. Внутри было так напряженно и стремилось к разрядке. Все было на грани, на черте наслаждения и мучения. Громов не дал мне времени привыкнуть к ощущениям его внутри меня, он начал двигаться. Интенсивно раскачивая бедрами, с силой входя еще глубже. Выбивая из меня крики, заставляя выгибаться еще сильнее и подаваться ему навстречу, всхлипывать и хрипло стонать его имя.

Между нами сейчас не было нежности, только животная жажда, желание удовлетворить потребность. Внутри пружиной с новой силой нарастало удовольствие, сладкий экстаз. Движения Андрея стали беспорядочными, хаотичными, я закинула руки ему за шею, хватаясь, как за опору, мне пришлось стать на носочки, от чего все воспринималось еще острее. Одной рукой он оплел мою грудь, а второй все так же держал за бедра. Воздуха не хватало, дыхание сбилось и стало прерывистым.

Громов взял мое лицо в ладонь и повернул к себе, забирая последний воздух из легких, заменяя его собой. Его язык двигался в темпе с его движениями, лаская мой рот, принуждая стонать еще громче. Секундой спустяя растворилась в оргазме, полностью лишившись всех чувств, парила на волнах удовольствия. И следом ко мне присоединился и он.

***

Все же я приняла душ и вышла, закутавшись в полотенце, за дверь. Мне не хотелось надевать старую одежду. Хорошо, что в квартире полы с подогревом, босыми ногами я дошла до кухни как раз в тот момент, когда Андрей разливал по кружкам кипяток. Его волосы до сих пор блестели от влаги,напоминая, чем мы только что занимались в душе. От этого мои щеки снова начали гореть.Одет от был в спортивные штаны и майку, чему я очень удивилась.

- Там в комнате футболка на кровати, можешь надеть ее, - произнес Громов, томно осмотрев меня с головы до ног.

Я тут же пошла за футболкой, зашла в спальню и, действительно, она лежала на кровати. Андрей Викторович подготовился заранее к нашей встрече. Быстро надела простую белую футболку на голое тело и краем глаза заметила что-то в углу комнаты. Оглянулась на дверь, не знаю зачем, но во мне разыгралось любопытство, и на цыпочках подошла в другой конец спальни.

Как оказалось, здесь стояла огромная сумка. Заглянула внутрь и увидела там аккуратные стопки вещей. Мои глаза расширились от удивления, я перевела взгляд на шкаф, быстрым шагом подошла к нему и открыла. Здесь висело несколько костюмов и рубашек Громова, в которых он ходит на работу. Я так и застыла в немом удивленииу открытого шкафа, глядя на все эти вещи. Даже не услышала, как в комнату вошел Андрей.

- Я ушел от Дины, - произнес мужчина за моей спиной и я резко обернулась.

Он стоял, прислонившись к дверному косяку и глядя на меня.

- Несколько дней назад. Так что теперь живу здесь, - видимо, все эмоции отразились у меня на лице.

Он подошел ко мне и взял за руки. Я посмотрела Андрею в глаза, вглядываясь, ища ответы. Громов погладил мои ладони и я видела, что он подбирает слова. А мне не хотелось этого. Не хотелось поставленной речи, которой он читает лекции. Я хотела сбивчивых предложений и невнятных пояснений.

- У нас много скелетов в шкафу. И единственное, что тебе нужно знать, ты не причина моего переезда.

Я кивнула, понимая о том, что он мне говорит, но не принимая это за всю правду. Я не верю в свою невиновность… Нельзя через столько лет совместной жизни просто взять и уйти. Должна быть причина. И причина у Громова тоже есть. Это я. Может и не прямо, а косвенно, но я повлияла на его решимость уйти из дома. И теперь я не знаю, как быть с этим открытием. Как воспринимать нашу ситуацию? И кто я после этого, кто он?

- Эй, Олеся,- Андрей взял мое лицо в ладони и мягко поцеловал в губы, - хватит думать и анализировать чужие поступки. У людей своя голова на плечах и ты никак не можешь повлиять на их решения, понимаешь?

- Понимаю,- я вздохнула и потерлось щекой о щеку Андрея, обнимая его, - но все равно на душе гадко. Почему все правильные вещи ощущаются такими неправильными?

Чувствовала, как Громов улыбается, гладя меня по волосам.

- Это сможет объяснить только преподаватель философии, а не уголовного права. Утром в понедельник спросишь у Бориса Эрнестовича.

Я попыталась высвободиться, но он удержал меня на месте.

- Правильно все, малышка? Правильно.

Я промолчала, но всей душой надеялась, что это так.

***

Вечером мы заказали еду и смотрели какие-то глупые сериалы на телевизоре. А когда легли в постель, мы просто говорили. Не касались никаких серьезных тем. Но было такое ощущение, что мы можем говорить о чем угодно. Чувствовалась легкость. Может, она была мнимой, но эта отсрочка нам нужна.

Проснувшись утром, я принялась за завтрак, а Андрей занялся приготовлением кофе для себя и чая для меня. Мне нравилась эта легкость, будто мы уже сто лет вместе. Нравилось, что я не переживаю о том, как я выгляжу с утра и не пытаюсь втянуть живот.

- Я думал, ты останешься, - сделав глоток кофе, произнес Громов.

Я успела надеть на себя вчерашнюю одежду.

- Хочу к бабушке с дедушкой заехать. Давно не была у них. Да и Настя уже кучу смсок отослала о том, что умирает с голода, – ответила я и откусила бутербро, - а еще мне нужно готовиться к семинар. Ибо препод наш - просто зверь.

Подразнила я Андрея, ведь именно он объявил на последнем занятии о семинаре.

- Ну, я уверен, что ты все сдашь на отлично, даже если не подготовишься, – подмигнул и произнес заигрывающим тоном Андрей.

- Соблазнять меня надумал? – серьезным голосом, глядя в голубые глаза, поинтересовалась я.

- Получается?

- Можешь продолжать.

Тишину момента нарушил мобильный телефон. Андрей вышел из кухни и пошел в коридор, где и оставил свой телефон. Со своего места видела, как он надел куртку и вышел на балкон, видимо, чтобы покурить. Я допила чай и убрала все со стола. Ответила Насте на сообщение и увидела еще одно сообщение, которое не заметила раньше. Оно было от Юры. Парень снова просил меня вернуться к нему. Мне уже кажется, что для него это своеобразный ритуал: проснулся-написал мне, чтобы вернулась-лег спать-сделал то же самое. Не понимает ничего, сколько бы раз ни объясняла, сколько бы ни втолковывала.

Андрей вернулся на кухню и мне показалось, что настроение его ухудшилось, это чувствовалось в воздухе. От его игривости не осталось и следа.

- Я сейчас оденусь и отвезу тебя к бабушке с дедом, - сказал Громов и меня зацепили его слова. Только он хотел, чтобы я осталась, а сейчас готов сам выпроводить. Вот сейчас мне стало неуютно.

- Да нет, я сама доеду. Мы еще с Настей только что договорились встретиться, -зачем-то соврала я и прошла мимо него в коридор.

Стала натягивать сапоги, Громов же помог надеть мне пуховик. Когда я была уже одета, он быстро поцеловал меня в губы.