Случайное наследство леди попаданки - Наталья Белецкая

способом. И дело даже не в оплате труда магов, которые драли немалые деньги за свои услуги, а в том, что магия защитных чар вступала в конфликт с магией, используемой на производстве. Накладывать чары надо было очень аккуратно, и не каждый маг мог это сделать. Иначе стекло просто рассыпалось на сотню осколков.

Конечно, обычная стеклянная посуда, украшения, элементы внутреннего декора не требовали особой защиты, поэтому и стоили не заоблачно. Однако на витрины магазинов, прилавков, на стекла в окнах богатых домов приходилось накладывать заклинания с защитой от магии. И тут уже цены кусались.

С магическими накопителями еще проще. Существовали особые материалы, которые собирали магию из окружающей среды, или их наполнял маг, и были способны потом ее отдавать.

Например, провел целитель сложную операцию, резерв у него истощен, а тут новый пациент на очереди. Нужно лечить. Тогда маг вытягивает ману из накопителя, восполняя резерв.

Так же накопители использовались в качестве питания для некоторых артефактов. В общем, эдакие батарейки.

Одним из таких материалов являлось и стекло, но довольно слабым и хрупким. Оно выдерживало, как правило, всего несколько перезарядок, да и вместимость таких накопителей оставляла желать лучшего. Учитывая, что укреплять стекло могли лишь немногие маги, становилось понятно, почему его не использовали повсеместно.

Однако если Темерех нашел способ создавать небьющиеся стекла без использования магии, или хотя бы стоит на пути к этому, то это просто золотое дно! Надо бы навестить этот стекольный заводик.

Сказано – сделано. Уже на следующий день я связалась с управляющим и предупредила, что хочу посмотреть производство. Тот отреагировал положительно и объяснил, что желательно прийти к нему в рабочие дни до полудня.

С Юрансом мы теперь встречались каждый день. Сценарий пьесы про Аладдина во многом перекроили: сократили песни и напыщенные диалоги, добавили действия, шутки и остроты, кое-где сменили музыку, прописали еще нескольких героев, потому что я настаивала на том, чтобы показывать характер персонажей через поступки, а не через длинные монологи.

Конечно, не всё, что я предлагала, одобрялось Юрансом. Например, те же шутки он сначала ни в какую не хотел вставлять, но я его переупрямила. В результате то, что у нас получалось, нравилось мне гораздо больше предыдущей версии.

Безусловно, встал вопрос об актерском составе. Тех людей, что играли в прошлой постановке, явно не хватало. Аруан смог найти актрису на главную женскую роль – симпатичную молодую брюнетку с большими глазами. Ей было около восемнадцати лет, опыта особенно не было, но она старалась, и получалось неплохо.

На роль Аладдина Юранс пригласил еще одного актера. Он мне не нравился: во-первых, не подходил по возрасту – тридцать шесть лет – это слишком много. Во-вторых, эгоистичный, чванливый, вредный, однако, надо признать, что он действительно оказался профессионалом. Даже сам предлагал какие-то реплики, чтобы лучше раскрыть характер своего героя. Да и вопрос с возрастом решился быстро: мужчина оказался слабеньким иллюзионистом. Этого хватило, чтобы на сцене омолодиться.

Аруан играл джина, хотя сначала Юранс именно его прочил на главную роль, но потом передумал. Больше всего волшебства должен был создавать дух лампы, а Руан был самым сильным иллюзионистом из мне известных. Как здорово у него получалось! Даже я, привыкшая к спецэффектам Голливуда, смотрела на это, открыв рот. Все же магия – удивительная штука, а иллюзии у Аруана получались очень реалистичные.

Всем остальным актерам тоже нашлась работа. Тот мужчина, что играл ловеласа, перевоплотился в Джафара, карлик – в шута Яго, который был чем-то вроде шпиона и вора в одном флаконе. Красавица из предыдущей постановки стала дуэньей принцессы, а престарелый жених – отцом Жасмин. Выяснилось, что он не такой пожилой, как мне казалось поначалу.

В общем, с «Аладдином» все было замечательно.

А вот с детской постановкой возникли некоторые трудности… Сценарий мы написали, вышло что-то вроде «Снежной королевы». Правда, историю Кая и Герды пришлось несколько изменить. У нас ледяная ведьма похитила именно Герду, чтобы сделать девочку своей ученицей, а Кай отправился спасать подругу.

В пути он преодолевал разнообразные трудности: отгадывал загадки, проходил лабиринт, прятался от разбойников, спасал зверей и так далее. Фактически, от знакомой мне сказки остались только имена – Кай и Герда – и начало с попавшим в сердце осколком льда.

Хотя сценарий был довольно интересным, времени на то, чтобы репетировать еще и его просто не оставалось, ведь пока еще шла пьеса о красавице и ловеласе. К сожалению, людей на нее приходило все меньше и меньше, а, значит, и невеликие доходы сокращались.

Мы с Юрансом посоветовались и решили начать перепланировку в зале встреч. Поскольку бригада строителей работала днем, а очередной показ проходил вечером, зрители даже не знали, что в театре идут работы.

Мне казалось, что делать «балкончики» в зале встреч придется долго, но я забыла о магии. Прошло всего две недели, а основные работы были завершены. Конечно, еще оставалась внутренняя отделка, установление балясин и перил на лестницы, монтаж освещения и прочее, но за пять-восемь дней рабочие обещали все закончить.

Не сказать, чтобы буфет мне нравился. В середине зала будто чего-то не хватало. Юранс хотел поставить туда какую-нибудь скульптуру или фонтан, но цены на такое удовольствие кусались, поэтому мы решили пока оставить все как есть.

Работа захватила полностью, плотный график изгнал скуку и грусть, и мне это нравилось. За прошедшие две недели я чем только не занималась: нашла художника, который нарисовал эскиз для афиши, рекламных буклетов, театральной программки и билетов, посетила две типографии. С владельцем одной из них мы не достигли консенсуса, зато в другой удалось заказать цветную печать.

Потом я объехала мебельные мастерские, договорилась о креслах и столах, съездила в соседний городок, где купила большую партию разного текстиля. Пойдет и на декорации, и на пошив костюмов для актеров.

В самом театре мы с Юрансом устроили инвентаризацию, наняли рабочих на целый день, те вынесли старый хлам, а затем уборщицы привели в порядок гримерки на третьем этаже.

В общем, я была занята делами театра, поэтому посетила стекольный заводик только через пятнадцать дней после того, как договорилась с управляющим.

Чтобы войти в цех, пришлось надеть особую защитную одежду. Темерех, видимо, ожидал от меня возмущения, ведь выглядел комплект из халата, безразмерной шапки на завязках и больших сапог довольно уродливо.

Однако я без споров залезла в предложенную одежду, да еще и похвалила управляющего за хорошую организацию защиты для посетителей и рабочих. Темерех взглянул на меня с уважением. Мужчина явно горел любимым делом