Нам не узнать друг друга сразу - Алёна Медведева

Под конец фразы она немного сникла и, откинувшись головой на спинку кресла, замерла, уставившись на меня неподвижным взглядом, явно ожидая разъяснений. Отчитываться перед кем-то было крайне непривычно, поэтому я начал издалека, не зная, смогу ли объяснить ей все аспекты сложившейся ситуации.

– Мы – иная раса, и у нас есть свои… э-э-э… условности для процесса создания пар. – На последнем слове Олга резко вздрогнула. – Вы, земляне, привыкли потреблять все – от ресурсов до возможностей собственного организма, в итоге истощая все, за что ни возьметесь. А использовать то, что неистощимо, для вас почему-то проблематично и трудоемко. Это касается даже возможностей собственного разума. Вы используете только жизненно необходимое, оставляя прочие функциональные зоны мозга законсервированными. А только полноценное функционирование разума и сознания позволяет всегда находить гармонию в любой жизненной ситуации. Тогда все проще и сложнее одновременно. Многое из того, что вы сейчас с трудом осуществляете, или где действуете по наитию, стало бы для вас очевидно и легко решаемо, но сразу возросла бы и ответственность за собственные деяния. Нельзя поступать легкомысленно и безответственно, нарушая существующие законы мироздания. Но вернемся к частному случаю. Выбор пары у вас – это процесс сугубо интуитивный, эмоционально-субъективный и поразительно поверхностный. Отсюда столько негармоничных союзов. И это при том, что в головном мозге существует специальный сектор, отвечающий за выбор оптимальной пары.

Не в силах смотреть на потрясенно внимавшую моему рассказу дейрану, я встал и прошелся по комнате. Хотелось одновременно и защитить ее от неизбежной в ее случае горечи узнавания, и честно рассказать ей обо всем. Мы – совершенно разные, и не было ли с моей стороны чересчур наивным рассчитывать на ее понимание? Но хотя бы в общих чертах разъяснить все необходимо…

– Мы выбираем себе пару раз и навсегда, при этом стремясь к созданию максимально гармоничных отношений, к счастливой семье, взаимной любви и страсти. И тут, это сложно объяснить словами… – Я посмотрел на девушку, провожающую каждое мое движение озадаченным взглядом. – В нашем варианте эволюционного развития в нашей физиологической природе закрепился некий сложный, но при этом и поразительно простой механизм определения своей пары. Есть область мозга, она до определенного момента как бы спит, вернее, находится в неактивном состоянии. Пробуждаться она начинает с того момента, как в нашу кровь попадает эниар нашей избранницы или избранника.

Увидев, что Олга, услышав про попадание в кровь, всем телом подалась вперед с явным намерением уточнить об эниаре подробнее, остановил ее жестом, обещая еще вернуться к этому моменту.

– Но даже в пассивном состоянии этот участок мозга формирует особые излучающие импульсы – кажется, вы тоже уже открыли, что каждая зона мозга обладает особым излучением. Мы очень чувствительны к восприятию этого излучения разума. Так вот, импульсы этой, пока пассивной зоны мозга в какой-то момент жизни его владельца встречаются с импульсами предназначенного ему природой спутника. И эта зона мозга мгновенно их распознает и запускает определенный процесс логического интереса. Так, порой неявно, но нас все больше интересует личность этого, скажем так, объекта. Причем это обоюдно-направленный процесс. Первоначально появляется интерес, потом желание узнать ближе; так со временем приходит понимание, что мы созданы друг для друга. Но все это исключительно на безэмоциональном и разумном уровне. Мы сначала умом понимаем, что станем прекрасной семьей. Когда двое это осознают, они решают обменяться эниаром. Это своеобразный сильнейший органический катализатор, запускающий Пробуждение. Так называется процесс перехода этой зоны мозга в активное состояние. Сразу меняется и излучение этого участка мозга, уже целенаправленно влияя на избранника, опять же обоюдно усиливая его Пробуждение. Первое ощущение этого излучения… оно невероятно. Для того, кто не знал такого накала эмоций, оно ошеломительно, поэтому сопротивляться такому зову невозможно. Весь последующий остаток жизни эта доля мозга влияет на нас, развиваясь и эмоционально-гуморальным путем меняя нас, – мы на подсознательном уровне всегда продолжаем учиться и совершенствоваться для своей пары, подстраиваться под нее, меняться. И… вот мой эниар в тебе. Догадываюсь, почему Крейван на это решился, но с того момента все стало необратимым. Для нас отныне нет другого пути.

На последней фразе я повернулся и очень серьезно посмотрел на Олгу. Землянка неподвижно замерла, уставившись на меня своими огромными, прекрасными серо-зелеными глазами, полными отчаяния и протеста.

Глава 21

Ольга

Мне было даже не страшно. Настолько я была потрясена, возмущена и шокирована объяснением капитана. Как я ни пыталась, но осознать услышанное не могла. Через два дня стать его… получается, женой?! Сама мысль об этом была настолько невероятна, что я не могла даже предположить подобного заявления с его стороны. Даже если не принимать во внимание наши прежние взаимоотношения, различия в социальном и расовом статусах, мою личную неприязнь к неймарцам, просто сам факт настолько разительного изменения делал невероятным вариант моего согласия с ситуацией. Слишком резко все изменилось!

Эх, жаль, Крейван – не птица-феникс… Сама бы его за это сожгла еще пару раз! Знал ведь, на что меня обрекает, но обо мне в тот момент меньше всего думал. Как же, гораздо важнее было куда-нибудь пристроить бесценный эниар великого Гайяра! А тут только я под рукой и подвернулась, других вариантов, куда его деть, не предлагалось. Иначе гореть бы мне так же, как и моей семье, и тащить на себе меня никто не стал бы… Получается, спасал он новый «сосуд» семейного счастья друга, а вовсе не меня – землянку Олю.

Какая, однако, идиллия – его «прошибло» на ощущения, а это значит, быть нам вдвоем отныне и навсегда. А что там я думаю по этому поводу, кому это интересно? Раньше об меня могли вытирать ноги все, а теперь только наш бесподобный капитан. Зато круглосуточно и с полным правом! Вот она – формула моего грядущего семейного счастья. Я в отчаянии вслушивалась в его размеренные слова (и где там эмоции?), пытаясь для себя решить, что делать дальше. Знала бы, что этот эниар так важен, эх… А на меня он действует?

– А на меня он как влияет? Я тоже почувствую этот зов… к вам? И вообще, в вас нет ничего такого… моего, а вы пробудились, – тут же уточнила я.

– Нет. Ты – землянка, и хотя мой эниар в какой-то степени повлиял на твой мозг, заставив определенную функциональную часть его излучать по-новому, но действует это только на меня. Ты не способна осознанно ощутить ни собственное излучение, ни мое. Зато я ощущаю импульсы твоего сознания в полной мере. И они влияют на меня, оживляя, преображая, рождая заново! А твой эниар, вернее его отсутствие, для меня несущественны, потому что, будь он у тебя и подари ты его мне, это только тебя привязало бы ко мне. Мое состояние, моя привязка была бы такой же. Но… я все обдумал. Вы раса и так эмоциональная, а я тебя и без эниара привязать сумею. Уверен!