Битва за Изнанку - Дмитрий Александрович Билик

– Ты не пытался спасти его?

Лео не ответил. Я лишь обратил внимание, как заскрипел пластик руля, да побелели костяшки пальцев. Нет, я даже понимал – клятва и долг для рубежника превыше всего. В том числе дружбы. Только не принимал этого. Не хотелось бы хвастаться, но я привлек на свою сторону крона, когда понадобилось спасать Юнию. И, думаю, влез бы в любой блудняк ради того же Мити или, прости Господи, Гриши.

– И что теперь? – спросил я через некоторое время.

– Мы должны остановить Князя. У него неустойчивая психика, это я заметил давно. Он не в меру честолюбив, что при его власти и молодости может сыграть злую шутку. И еще Святослав собирает Осколки. Не знаю для чего, но ничем хорошим это точно не кончится.

Я задумался. Почему же все так сложно? Почему у меня не бывает простых и однозначных союзников? Чтобы можно было четко сказать – вот это добро, а это зло. Нет, конечно, если сравнивать Святослава и Лео, то все выходило не в пользу Князя. Но в то же время я понимал, что у одного из последних Драконов много своих тараканов, которые водят веселый хоровод у него в голове.

Куда может привести этот союз? Бог его знает. Но точно одно – в полной мере полагаться на Леопольда я не могу. Хуже нет, когда ни у кого из составляющих договор не существует конкретных условий и приходится полагаться лишь на совесть и честь компаньона. Но что, если завтра Леопольд сочтет, что именно я угроза для Княжества?

– Нужно все обдумать – сказал я. – К примеру, пока мы работаем вместе, то не можем любым действием причинить вред друг другу.

– Или сс… бездействием, – подсказала Лихо.

– Действием либо бездействием, – добавил я.

Лео в ответ лишь кивнул.

– Все действия, которые мы собираемся совершить, обговариваются. Никакой самодеятельности.

– Боюсь, Матвей, сс… что это будет работать как раз против тебя.

Лео, не слышавший Лихо, опять кивнул.

Я продолжал «грузить» рубежника. Не знаю, что произошло. Меня будто посетило вдохновение, перемешанное с озарением. Я вдруг понял, как и что надо говорить. А что сказать у меня было.

Пришло понимание, что рубежники – это рубежники. Со всеми вытекающими. Как бы они хорошо к тебе ни относились, однако настанет момент, когда обладающие промыслом себя проявят.

– Лео, как ты собираешься остановить Князя? – спросил я, когда мы подъехали к дому.

Тот посмотрел на меня так, словно я сказал нечто глупое.

– Убить, – только и ответил он.

– Дай я угадаю. Ты обольешься керосином и попрешь аки танк на Святослава.

Леопольд промолчал, но создалось ощущение, что я выкупил его план. Рубежника нельзя было назвать глупым, однако в каких-то вещах он казался очень наивным. Нет, это все бред. Если бы он правда захотел так сделать, давно бы поступил подобным образом. Лео же сообщил, что ему нужен пособник. Тьфу ты, союзник. Хотя в нашем случае разницы почти не было.

– Когда твой отец убил Князя, было несколько нюансов. К примеру, у Смаги имелся полностью заряженный Осколок. Ну и еще Алексей Вредитель был кощеем, а теперь он крон. И что-то мне подсказывает, что очень не захочет пересмотреть флэшбек из прошлого. Многие из рубежников Князя знают вкус Осколков. Ко мне недавно приходил один кощей, который очень недобро поглядел на моего приятеля. Думаю, крон сразу почувствует, если возле него появится некто, заряженный силой чужого мира. В лучшем случае, он выставит свой невидимый жаркий щит. В худшем – ты даже дойти до него не сможешь.

Я замолчал, чувствуя, как пересохло в горле. В последний раз я так много всякого за раз говорил разве что на коллоквиуме в институте. Лео тоже не торопился продолжить разговор. Казалось, тишина, воцарившаяся в машине, его полностью устраивала. Ага, в этом же нет ничего противоестественного. Стоит на месте «Гелик», жжет бензин. Это ему везет, что у него босс не такой въедливый. Я когда после армейки на чужой машине занимался извозом, мне владелец все мозги проел. Сверялся с заказами и считал по карте, сколько я проехал. А потом еще предъявлял, что я «левачу» или катаюсь в свое удовольствие. Ага, как же! Я в свое удовольствие после ночной смены еле до кровати доползал. В том числе это и стало одной из причин покупки «Ласточки».

– Ты и так это все знаешь, – сказал я.

– Знаю, – подтвердил Лео. – Поэтому мне и нужен ты. Чтобы придумать план, как убить Князя.

– А почему именно я?

– Ты нашел схрон, который мы спрятали так, что никто из рубежников не мог понять, где тот находится, даже когда стояли рядом. А ты понял, как его искать.

– Оттуда, кстати, ничего не осталось? Вдруг у тебя был какой-нибудь дополнительный тайник.

– Нет, ничего. Я не думал, что схрон можно обнаружить.

– Индюк тоже думал, – вздохнул я. – Ладно, буду думать. Только я не сказал, что мы в любом случае должны убить Князя. Скорее, нейтрализовать. То есть, сделать так, чтобы он не мог навредить ни нам, ни Княжеству. Это тоже одно из условий.

Лео долго думал, однако все же кивнул. А куда ему было деваться? Теперь он был глубоко на крючке.

В конечном итоге договор был заключен. С множеством оговорок и взаимных уступок. Хотя, все же наше соглашение было больше на руку мне. А как по-другому? Все-таки Лео нуждался во мне намного больше, чем я в нем.

– Вот, держи.

Он вытащил со Слова Рог и протянул его мне. Ну, интересная такая вещица. Даже увесистая. А еще от нее веяло древней силой. Я подержал артефакт на руке, после чего убрал уже к себе.

– Только должен тебя предупредить, волота в Башне нельзя убить.

– В смысле?

– Башня открывается каждую полную луну. Но до сих пор никто не смог выйти из лабиринта живым. Мне известно, что пробовал даже Алексей Вредитель. Плохо, что ему хватило ума не уходить далеко вглубь лабиринта, и крону удалось сбежать. Вот и подумай, если уж не получилось у него…

– Не может быть, чтобы не было лазейки.

– Может, она и есть, – пожал плечами Леопольд. – Но пока ее никто не отыскал. Известно лишь, что волота питает артефакт внутри. Как я понял, он заточен на