Маленький скандал - Патриция Кэбот

Кейт посмотрела на нее со всей суровостью, на какую только была способна.

— Леди Изабель, вы должны прекратить эти насмешки! Это неуважительно по отношению к вашему отцу и очень зло по отношению ко мне.

Изабель словно не слышала ее слов.

— Даже миссис Клири на днях кое-что сказала. Она сказала: «Пропускать ужин — это так не похоже на его светлость. Но мне кажется, он не ужинал дома все последние три месяца». А три месяца — это столько, сколько вы живете у нас, мисс Мейхью. Он избегает вас, вероятно, потому, что сам ваш вид заставляет его терять голову от вожделения.

Кейт, которая поняла, что чем больше она будет протестовать против этой темы, тем больше Изабель будет ковыряться в ней, сказала только:

— И где вы нашли эту фразу? Уж точно не в моих книгах.

— Папа всегда обходился без любовниц самое большее три недели, — продолжала Изабель. — Один раз было шесть недель, но это оттого, что у него случилась травма от падения с лошади. А как только он выздоровел, тут же нашел себе женщину. Должно быть, он и вправду влюблен в вас, мисс Мейхью, иначе он бы уже нашел замену миссис Вудхарт.

Кейт проговорила сдавленным голосом:

— О, смотрите! Вот мы и на Парк-лейн.

«Благодарю тебя, Господи!»

— А может, нам устроить двойную свадьбу? — задумчиво протянула Изабель. — Вы и папа, Джеффри и я. Было бы здорово, да, мисс Мейхью? Мы были бы такими привлекательными молодыми парами. Вы бы с папой смотрелись хорошо: вы такая маленькая, смешливая, и папа — большой и громоподобный.

Кейт больше не могла игнорировать эту тему.

— Леди Изабель! — вскипела она. — Надеюсь, вы это все не серьезно? Вы ведь не можете всерьез полагать, что у вашего отца способна зародиться мысль о женитьбе на женщине, работающей у него в доме?

Однако Изабель выглядела абсолютно серьезной.

— А почему нет, мисс Мейхью? — пожала она плечами. — Вы же не какая-нибудь актриса или, — она скривилась, — балерина.

— Маркизы, — прорычала Кейт свирепо, надеясь таким образом положить конец глупому разговору, — не женятся на компаньонках своих дочерей!

Изабель задрала нос кверху.

— Женятся! — заявила она. — Если, конечно, маркиз — это мой папа, а компаньонка — это вы, мисс Мейхью!

Экипаж остановился. Кейт вскочила и вышла первой, чтобы больше не слышать бессердечной болтовни Изабель. Она не посмела поднять глаза на лакея. «Господи, — думала она, — неужели и Бейтс считает, что лорд Уингейт влюблен в меня?» А в прихожей, где их ждал дворецкий, чтобы узнать, не нужно ли дамам чего-нибудь, прежде чем они поднимутся к себе, Кейт, глядя на него, сказала себе: «Ну, уж мистер Винсенс-то такого точно никогда не подумает!» А оказавшись в своей комнате и снимая платье, она услышала хихиканье служанки Изабель, доносившееся из соседней комнаты, и застонала: «О нет! Только не Бриджит!»

Ворочаясь обнаженной в своей кровати — она отказалась от ночной рубашки с того дня, как случайно увидела лорда Уингейта выходящим из ванной, — она в тысячный раз спрашивала себя, почему она не бросит все это и не выйдет замуж за Фредди? Если она поступит так, то все проблемы сразу исчезнут. Что из того, что она не любит его, ведь она уже начала думать, что любовь вовсе не столь приятная вещь. Правда, он почему-то давно не возобновлял предложения — их отношения в последнее время были несколько натянутыми из-за появления этой певички из Вены, — но Кейт знала, что Фредди не скажет ей «нет», если она задаст ему этот вопрос.

К сожалению, в ее плане имелось одно уязвимое место — кроме матери Фредди, конечно, — он, физически избавляя ее от лорда Уингейта, не мог дать гарантии, что она сможет выбросить его из головы, где он находился постоянно всю неделю с той роковой ночи в библиотеке. И было бы совсем нечестно выйти замуж за Фредди, зная, что любишь кого-то другого… если то, что она испытывала к маркизу, было любовью. Кейт не была уверена, что это обозначается словом «любовь». Фраза, которую произнесла Изабель — «терять голову от вожделения», — пожалуй, больше соответствует действительности.

Сон, который в последнее время стал каким-то беспокойным, в ту ночь пришел к ней на удивление быстро. Как обычно, ей снился ее хозяин — на этот раз они оба были на лестнице обнаженные, конечно, — когда она внезапно проснулась от знакомого звука. Сев на кровати, она недоверчиво посмотрела в сторону окна.

Вот опять. Звук камешка, ударяющегося о стекло. Этот идиот не может отказаться от своих проделок. Несмотря на все ее угрозы, он опять пришел, и, несомненно, для того, чтобы задать Изабель тот дурацкий «вопрос», о котором она болтала.

Что ж, на этот раз он пожалеет об этом. Она позовет лорда Уингейта. Посмотрим, что будет.

Откинув простыни, Кейт поспешно набросила ночную рубашку и пеньюар. Однако как только она вышла в коридор, сразу решила, что не станет будить лорда Уингейта. Это будет означать дуэль, поскольку человек с характером маркиза едва ли захочет ограничиться словесным выговором. А известие о дуэли наверняка выйдет наружу, и слухи начнут распространяться со скоростью степного пожара до тех пор, пока в обществе наконец не начнут судачить о том, что отец Изабель обнаружил мистера Сондерса в постели своей дочери и выбросил его в окно…

Нет, она не станет будить маркиза. Она разберется с ситуацией сама. Она еще раз покажет Джеффри Сондерсу, какой противной может быть, если ее к этому вынудить.

Однако в саду оказался вовсе не Джеффри Сондерс. Это был Дэниел Крэйвен.

— А вот и ты. — Он опустил руку, в которой была целая пригоршня камней, которые он явно собирался бросать ей в окно. — Благодарение Господу, я опасался, что перепутал окна.

Кейт смотрела на него, не в силах произнести ни слова. В дальнем уголке ее мозга возникла мысль, что он, должно быть, пьян. Другого объяснения быть не могло.

— Надеюсь, ты не сердишься, Кейт. — Он бросил камни и вытер руку о штанину. — Я спросил того мальчишку, от которого без ума твоя маленькая леди Изабель, как к тебе лучше пробраться — в смысле, минуя это чудище, твоего хозяина, — и это то, что он порекомендовал. Ты не обижаешься на меня, Кейт?

Кейт покачала головой — не в ответ на то, что он спросил, а потому, что она никак не могла поверить в то, что видит.

— Что, — севшим голосом прошептала она, — ты тут делаешь?

— А разве не ясно, Кейт? — Он улыбнулся — улыбка была отчетливо видна ей в лунном свете. Она знала, что он улыбается, чтобы подбодрить ее, но у нее от страха по спине поползли мурашки. — Я должен был прийти. После того, что ты сказала сегодня вечером…

Она замерла.

— Что я такого сказала? Что такого я могла сказать, что заставило тебя поступить настолько… настолько глупо?