Дочь банкира - Аркадий Карасик

Ничего не ответив, мужик резко повернулся и вошел в холл под"езда.

- Выгонит, - уныло бормотнул Окурок. - А все из-за тебя, не мог пять минут подождать. Свояк заматерит - такую службу проворонил...

Дело сделано, можно линять, подумал Родимцев, но подметки словно примерзли к полу. От напряженного ожидания в ушах звенело.

И вот - дождался. Несколько негромких хлопков - стреляют из оружия с глушителем - прозвучали грохотом. Бабок с лавочки будто ветром сдуло, на сбитом из нестроганных досок столике - россыпь черных прямоугольников домино, игроки укрылись в своих квартирах.

Машинально Родимцев отшатнулся от замершего Окурка.

- Вот оно, что, падло! - заревел телохранитель. - Убийца вонючий!

Он схватил обеими руками за ветровку Николая, тряс его изо всех сил, потом отбросил к стене, выхватил пистолет. Сейчас выстрелит, равнодушно подумал Родимцев, будто ствол нацелен не в него - в другого, незнакомого человека.

"Москвич" подскочил к под"езду, из которого выскользнули два килера. Ром, мимоходом, не целясь, выстрелил в спину Окурка. Тот изогнулся и рухнул на пол, орошая его брызнувшей кровью.

Полкан прыгнул на переднее сидение. Ром задержался.

- Шавка, быстро - в машину!

Родимцев стоял, не сводя взгляда к корчившегося на бетонном полу Окурка.

- Кому сказано!

В ответ - отрицательное покачивание головой. Ром медленно поднял "макаров", прищурился. Вот и все, снова подумал Родимцев. Страха не было одно паршивое любопытство: как приходит смерть, что чувствовал тот же сухощавый мужик, которого только - что отправили на тот свет?

Выстрелить килер не успел - ему помешал спустить курок подскочивший "фордик".

- Ром, опусти ствол! - голос Вавочки необычно строг. Обеими руками она держит маленький, "дамский" пистолетик, нацеленный в минибосса. - Уезжай!

Килер усмехнулся. Дескать, черт вас разберет, Ольховых, то мочить, то уезжать. Демонстративно плюнул на истекающего кровью Окурка и прыгнул в машину. "Москвич" рванул с места и исчез за углом.

Подчиняясь повелительному жесту Вавочки, Николай послушно уселся рядом с ней.

От отделения милиции неторопливо ехали два "газона". Наверно, перепуганные жильцы дома ещё не успели звякнуть в отделение...

* * *

- Наверно, ты думаешь, что я - колдунья? - насмешливо говорила Вавочка, ввинчивая машину в поток транспорта. - Признаюсь, нечто подобное имеется, но не до такой степени. Повадки банковских шестерок, слава Богу, изучила. Узнав про очередное покушение, поняла - тебя подставят.

- Но стрелял же не я? Отпечатки пальцев, показания свидетелей. Той же глухонемой бабки, которая не слиняла, услышав выстреры.

Мастерски обогнав почти по тротуару многотонный фургон, резвый "фордик" подсек длинный "линкольн". Водители фургона и "линкольна" дружно, будто сговорились, покрыли нахального водителя трехэтажными матюгами. Вавочка удовлетворенно усмехнулась - любые матюги в свой адрес она воспринимала светскими комплиментами.

- Показания легко подделываются, отпечатки пальцев меняются. Ольхов мультимиллионер, что ему стоит бросить в топку, так называемого, правосудия несколько сот кусков баксов. Мелочевка! Недавно завели на него уголовное дело и... погасили. Уж не знаю, сколько это ему стоило... Поэтому Ром и его компания ничего не боятся, знают - босс выручит.

Родимцев - не новорожденный, слава Богу, прошел и следствия, и допросы, и камеры изолятора, и бараки зоны, общался с убийцами и насильниками, грабителями и торговцами наркотой. И все же слушать мерзкие откровения, сползающие грязью из нежных девичьих губок, было до тошноты противно.

К тому же, в голове - истекающий кровью друг... Бывший друг... И направленный на него Ромом ствол.

- Удалось сфотографировать протокол? - спросил Николай, пытаясь отвлечься от страшных видений.

Вавочка прочно освоила крайний левый ряд, иронически усмехалась, когда мчащиеся за ней легковушки просительно мигали.

- А зачем фотографировать, трудиться?

Она кивнула на небрежно брошенный на заднее сидение дипломат. Николай потянулся, открыл его и... обомлел. Чемоданчик под завязку загружен пачками долларов. Сверху, будто в насмешку, брошен минифотоаппарат.

- Думаешь - воровство? Ох, и трудно же мне с тобой общаться, младенчик, - вздохнула экзальтированная девица. - Ничего подобного, за мои постельные услуги Борька удочерил и составил завещание. Но этот старый бычек нескоро уберется к своим израильским предкам. Представляешь, четырежды за ночь седлает меня. Мало того, диктует какую позу принять, как перед ним растелешиться. - Родимцев брезгливо поморщился. - Не ревнуй, дружок, не надо, секс без любви - обычное сношение... О чем это я? Ах, да, о дипломате. Решила не ожидать смерти вонючего козла, из"ять из его сейфа заработанное тяжким трудом...

Вавочка говорила, не избегая грязных сравнений, похоже, даже гордилась ими. Иногда спохватывалась, бросала на слушателя испытующие взгляды. По опыту общения с мужиками знала, как болезненно они воспринимают красочные описания сексуальных упражнений своих подружек с другими мужиками.

Но Николаю сейчас не до обид и ревности - он думает о другом: удастся ли избежать цепких лап Ольхова или их с Вавочкой пристрелят. Без вынесения приговора и об"яснения причин расправы.

- Все же нам не простят измены. Я не подчинился главарю, наместнику Бобика, ты, как не крути, ограбила банкира. Выпасут, окольцуют и замочат.

- Не трусь, дружок, я все продумала. Все будет в норме... Кстати, о матери тоже не беспокойся - в обед отвезла в больницу одежду.

- Где взяла? Ключей от квартиры у тебя нет. Откуда узнала о выписке?

Разбитная девчонка насмешливо погрозила отставленным мизинчиком.

- Не гони волну, младенчик, не притворяйся наивным. Сразу десяток вопросов... Отвечаю в порадке поступления. Разве мало в моем шкафу бабских нарядов? Подобрала подходящее платье, белье, чулки. Твоя мать примерила и одобрила... Откуда узнала? Ольга Вадимовна позвонила, просила тебе передать. А какой в этих делах толк с мужика? Вот я и взяла все на себя.

Значит все же известие о выписке из больницы не очередной трюк изобретательного фээсбэшника.

Резкий поворот направо. Завизжали шины, шарахнулся в сторону старичок с сумкой на колесиках, взмахнул жезлом ошарашенный наглостью водителя гаишник.

Ольхова сразу же свернула в проходной двор, обогнула заполненную до отказа мусорницу и оказалась на другой улице. Еще один, такой же резкий, поворот в глухой переулок. Вавочка загнала машину в какую-то подворотню, выжидательно поглядела на в"езд в переулок.

- Подозрительный красный "жигуль" висел на хвосте, - об"яснила она. Вот и пришлось маневрировать. Кажется, ошиблась.

"Фордик" осторожно выбрался из укрытия и, не торопясь, поехал в сторону кольцевй дороги.

- Понятно, - Родимцев постарался выбросить из головы и убитого Окурка, и неприятные подробности сексуальной "работы" Вавочки. Сейчас самое главное - собственная безопасность. - И куда ты меня везешь?

- В наш бюрократический век без денег и корочек не прожить. Деньги имеются, Профессор пообещал изготовить ксивы. Конечно, не на общественных началах - сдерет про высшей шкале. Потом - на поезд и - гуляй Вася! Заберемся с тобой в таежную глушь и нарожаем настоящих младенчиков. С твоим темпераментом - каждый год по сыночку...

- Профессор? - удивился Родимцев. - А как же прошлая встреча с ним на лесной полянке?

- Успокойся, младенчик, все - о-кэй. Тогда у Ольхова и Профессора были финансовые трения. То ли криминальный босс не расплатился за банковские услуги, то ли банкир неожиданно нарастил процент. Захватить его дочь в заложницы и потребовать выполнение договорных обязательств - обычная практика. Сейчас все улажено и ты можешь не тревожиться за мою судьбу. Больше думай о будущих наших пискунах.

- И чем же занимается твой Профессор, - Николай пропустил мимо ушей тему деторождения. Не потому, что отрицал такую возможность - просто она не ко времени. - Заложники, наркота?

- Всего понемногу. Короче, полный джентльменский набор. О подробностях не спрашивай - не отвечу, в подобных делах детали укорачивют жизнь...

Приезжать к изготовителю ксив ночью - невежливо. Поэтому любовники прогвели остаток ночи под покровом деревьев. Загнали "фордик" в небольшой лесок, на окраине хиреющей деревеньки, разложили сидения, устроились, будто в спальне.

Родимцев не приставал, Вавочка лежала на боку, задумчиво покусывая мочку уха парня. Оба устали - не до любви. Несмотря на усталость, не спали - шептались, фантазировали. Тема - единственная: будущая счастливая жизнь где-то в таежной глухомани.

Девушка упрямо твердила о будущих сыночках и дочурках, Николай - о будущей работе на лесосеке. Неважно кем - пильщиком, сучкорубом, трактористом. Главное - подальше от криминала.

В девять утра "фордк" выбрался из-под деревьев и медленно, переваливаясь с боку на бок, запылил по проселочной дороге...