Александр II Великий - Виктор Карлович Старицын

ведь они тратятся на всякие сомнительные затеи: посылку кораблей к черту на кулички, на промышленные тресты, – заметил бывший товарищ морского министра князь Трубецкой. – Будет ли от этих затей толк, бабушка надвое сказала.

– И про железные дороги не забудьте! – горячась, выступил Оболенский. – Мне секретарь академии Миддендорф Александр Федорович рассказал, будто бы на эти дороги хотят выделить аж два годовых бюджета империи! Эти же деньги у нас всех отберут! Больше их взять негде! В Америке, нам говорят, железную дорогу уже от океана до океана провели! Давайте бегом Америку догонять! И зачем нам это? Жили тысячу лет без железных дорог, и дальше бы прожили!

Когда все выговорились, Голицын направил разговор в конструктивное русло.

– Давайте подумаем, господа, откуда вдруг на нас свалилась эта напасть? Сдается мне, все это началось после женитьбы великого князя Михаила Николаевича. Помните, весь свет недоумевал, с чего бы это император стал так часто уединяться со своими братьями, причем, только вчетвером, без посторонних. Раньше я такого не припомню. Вот после того как начались эти встречи, и посыпались скоропалительные новшества.

Все задумались.

– А ведь и правда! – воскликнул Оболенский. – Может, это козни маркграфа Леопольда Баденского? И он через свою дочь Ольгу все эти новшества Михаилу внушает, а тот – императору?

– Совершенная чепуха! Зачем все это Баденскому? – возразил хозяин встречи.

– А если Баденский действует по воле короля прусского Фридриха? Тот весьма хитер и амбиции имеет громадные, – подхватил идею Трубецкой.

– А может, для того, чтобы посеять рознь между Александром и благородными родами, вызвать смуту в России и отхватить под шумок Литву и Курляндию? – предположил Шаховской.

– Общался я неоднократно с Ольгой Федоровной, еще до свадьбы, когда она была Цецилией Августой, и после свадьбы. Милая девушка, застенчивая и скромная, ума невеликого. Вполне обычные девичьи помыслы у нее. Считаю, не способна она на тонкие интриги. Не для ее ума эдакие дела, – возразил бывший гофмейстер императорского двора Юсупов.

Пообсуждав возможные причины событий, раскачавших Россию, сановники ни к чему определенному не пришли.

– И все же я уверен, что резкое изменение государственного курса, которое начал Александр, связано с братскими посиделками, – заключил Голицын. – Недаром они обставляются с такой таинственностью. Офицеры Готай и Госох вокруг кабинета Александра во время посиделок стеной стоят. Никого и близко не подпускают.

Ранее ни сам император, ни его братья особой торопливости в государственных делах не проявляли. Каждое нововведение подолгу готовилось в специальных комиссиях, потом обсуждалось в Государственном совете, в Кабинете министров и только потом вводилось в действие императором. А тут вдруг внезапно, без согласования и без обсуждения, вводятся серьезнейшие изменения. Одно за другим.

Думаю, появилось некое лицо или группа лиц, которые внушают эти идеи одному из братьев или сразу нескольким братьям, а те убеждают в их необходимости императора. Он братьев любит и к их мнению прислушивается. Все три брата, выступив единогласно, убедят Александра в чем угодно.

Думаю, нужно нам всем попытать своих доверенных знакомых и постараться выяснить, в чем тут дело. Конкретно выяснить, какие такие новые лица появились в окружении братьев императора. Вполне вероятно, что тут не обошлось без иностранного вмешательства. Думаю, искать нужно через Канцелярию Его Императорского Величества. Там все нити сходятся. Через самого Долгорукова и секретарей отделений. А также через сановников дворов братьев.

На этом все собравшиеся и сошлись. Встреча новоявленных соратников продолжилась употреблением крепких напитков. В разумных количествах. Все собравшиеся давно научились держать себя в руках.

* * *

Еще будучи в течение 20 лет секретарем Кабинета министров Великобритании по вопросам войны, лорд Палмерстон придавал огромное значение ведению разведки. Он создал обширную сеть агентов во всех значимых державах. Перейдя на пост министра иностранных дел, он поставил эту деятельность на еще более прочную основу, сделав английские посольства во всех странах центрами шпионажа. Используя огромные финансовые средства империи, Палмерстон наполнил своими агентами правящие круги стран, угрожающих могуществу Британской империи.

Став премьер-министром, он еще более усилил деятельность разведки. Триумфом Палмерстона стала Крымская война, в которой Российская империя потерпела сокрушительное поражение от коалиции европейских государств, включающей Англию, Францию и Сардинию. Тем самым один из главных соперников Англии на международной арене был повержен с помощью другого главного соперника – Франции. Угроза захвата Россией черноморских проливов была надолго ликвидирована. Немалую роль в этом сыграли агенты Палмерстона во Франции и в России.

После того как всплыл английский след в покушении на императора Франции Наполеона III, разразился грандиозный скандал. Хотя доказать прямое участие Палмерстона в подготовке покушения не удалось, он вынужден был уйти в отставку и перейти в оппозицию.

Однако и заседая в парламенте в качестве лидера оппозиции, он продолжал от имени палаты общин отслеживать деятельность разведки.

Известия о резкой перемене курса царя Александра, поступившие из Петербурга, привлекли внимание лорда. Хотя он и считал, что зубы России были надолго выбиты Парижской конвенцией, отслеживать внутриполитическую обстановку в ней он не прекратил. Интенсификация реформ в промышленности, армии, финансах и железнодорожном строительстве настораживали.

Через лорда Дерби, сменившего его на посту премьера, он дал поручение своим агентам в России выяснить причины резких изменений в политике царя Александра.

29. Договор с Китаем

Вторая половина года прошла сравнительно спокойно. В июне император своим указом утвердил Генеральную схему и Генеральный план развития железных дорог в России. Указ предусматривал строительство за первые пять лет дорог Москва – Орел – Севастополь, Орел – Одесса, Москва – Нижний Новгород и Царицын – Калач-на-Дону, в том числе за 1859 и 1860 годы планировался ввод в эксплуатацию дорог Москва – Нижний Новгород и Москва – Орел. За это же время указ требовал построить транссибирский путь: шоссейную дорогу Челябинск – Красноярск – Сретенск и водный путь от Сретенска по Шилке и Амуру до Николаевска.

В Петербурге после 40 лет строительства при большом стечении народа и в присутствии всей императорской фамилии был освящен кафедральный Исаакиевский собор.

В июле в Канцелярию ЕИВ поступило донесение о подписании генерал-губернатором Восточной Сибири графом Николаем Николаевичем Муравьевым договора с Китаем о границе по рекам Амур и Уссури. Земли по левому берегу Амура отходили к России, а земли между правым берегом Уссури и морем признавались землями совместного владения империи Цинь и России. Со стороны Цинь под угрозой вторжения русских войск в Китай договор подписал Амурский главнокомандующий князь Айсиньгёро Ишань. Империя Цинь перед этим потерпела ряд тяжелых поражений от англо-французских войск в ходе Опиумной войны и не имела сил