Открыта вакансия телохранителя - Наталья Бульба

Минута тишины, когда напряжение внутри начинает сказываться на целостности столовых приборов, и она наносит следующий удар. Но теперь уже по другой цели.

— Мой Лорд, Вы не хотите поделиться с нами результатами набега Ваших воинов на тот дом, в котором меня держали? — Все также, не поднимая взгляда и не обращая внимания на то, что глаза эльфа заметались между мною и князем.

А я то думал, чем она мне напоминает наших дракониц. Дошло, наконец-то. Те тоже дрессировке не поддаются.

Похоже, мне предстоит очень веселая семейная жизнь. Если не удастся убедить ее в том, что я, как мужчина, имею право, хотя бы на видимость ее повиновения.

— Как и предполагал Тамирас, — и он вновь смотрит на меня, дожидаясь то ли соизволения продолжить повествование, то ли моего одобрения. Только зря… Боюсь, мне самому ее пристального внимания избежать не удастся. Так что стоит использовать ее занятость другими кандидатами на роль смертников для того, чтобы душевно к этому подготовиться, — ничего. В доме уже некоторое время никто не живет. Мебель закрыта чехлами, везде скопилась пыль. Следов пребывания кого-либо они не нашли.

В ответ — короткая пауза. А затем, не то, что спокойно — равнодушно. И вроде, как ни к кому не обращается.

— Может, нам это все с драконом приснилось? — И неожиданно резко. — А Тамирас, что скажешь?

Я медленно отставляю бокал с вином и поднимаю голову от стола. Одновременно с ней. И хотя ее глаза, что огнем опаляют меня, смеются, в их глубине не все так радостно, как она пытается мне показать.

Ох, девочка! Девочка! И зачем мама с папой родили тебя такой умненькой. И такой необычной.

— Скажу, что Закираль знает, что делает. И очень хотелось бы, чтобы и мы это знали.

— Так и я про то же. Что делать-то будем? — И глазенками по кругу. И так знакомо: ресничкой о ресничку. И улыбка… наивная. Вот только взгляд жесткий. Хорошо знакомый по общению с ее братом. — Алраэль. У Вас в гостях много магов осталось? Как скоро можно будет следующий труп ожидать?

Так, похоже, чего-то я все-таки не знаю. Ну, нет у нее причин разъяренной нечистью на несчастного эльфа набрасываться. Значит: либо я что-то пропустил, либо не догадался. И то и другое плохо. И думать некогда. Наш Лорд на меня как на последнюю надежду смотрит.

— Таши, ты к ним несправедлива. По твоей же просьбе они такие страдания приняли. А вернул я их в жизнеспособное состояние как раз перед обедом. Какие же могут быть идеи? — И самое главное, улыбаться так, словно ее бешенство и в помине не вижу. И не чувствую, как ее взгляд в моей груди стилетом ковыряется.

— Хорошо. — И она соглашаясь кивает. И улыбается… Очень для меня безрадостно. — У них оправдание имеется. А что ты мне можешь сказать? У тебя и возраст поболе нашего будет. И голова с перепою не болит. Да и с Черным Воином ты уже едва ли не кровью обменивался…

Может пора ей напомнить, что она все-таки с драконом разговаривает. Я медленно приподнимаюсь со стула, откладывая на стол белоснежную салфетку. Мои глаза наливаются кровью, и языки пламени пробегают по ладоням.

Совсем не долго…

Тарагор впивается в меня своими крохотными бусинками и приподнимает гребень. Предупреждая… о… нападении.

Дожили… уж если он готов кинуться на дракона, защищая свою хозяйку…

И я, под ее насмешливый взгляд и довольное урчание Васьки опускаюсь обратно.

— Знаешь, Таши. В моем древнем возрасте общение с такими невоспитанными барышнями как ты, мне явно противопоказано.

Ее реплика следует незамедлительно. Словно она только этого и ждала.

— Господа, похоже, наша компания становится меньше: Тамирас выбрасывает белый флаг и отправляется под крыло к папеньке.

Эльф с князем усиленно прячут глаза и делают вид, что они к нам не имеют никакого отношения. И правильно, кстати, поступают. Я бы и сам предпочел с ней не связываться, пока она продолжает искрить, но именно мне придется выяснять, чего же наша барышня добивается. Причем, не самым простым способом.

— Извини, дорогая. Но я предпочту твое общество, обществу старого и дряхлого Властителя. — Надеюсь, отец простит меня за столь непочтительную характеристику.

Ну вот, то чего не удалось добиться ей, получаю я. Элизар смотрит на меня мрачно и укоризненно, а Алраэль… Сочиняет послание Правителю Элильяру с просьбой избавить Камариш от моего присутствия.

— Кстати, может тебе будет проще поделиться с нами своей идеей. Я скажу: 'нет'. Ты назовешь меня перестраховщиком, припомнишь парочку моих прегрешений и, хлопнув дверью, уйдешь в свою комнату. А мы, как и положено доблестным мужчинам, пойдем претворять твой замысел в жизнь.

Ее лицо недовольно кривится, и она хмуро смотрит в сторону Элизара. А мне остается только корить себя за то, что забыл еще некоторые подробности ее появления рядом с еще одним человеком, мое отношение к которому очень близко подошло к тому, чтобы я начал за него беспокоиться.

— А что я потом скажу папеньке… Так мол и так: один весьма мерзкий дракон держал меня взаперти, пока мой граф, чью жизнь я поклялась беречь как свою, ею без моего участия рисковал?

Самое главное не переборщить с искренним раскаянием. В него она вряд ли поверит — наше общение с ней хоть и было не очень долгим, но вышло очень ярким. И весьма многогранным. Так что я для нее не являюсь тайной за семью печатями.

— Да. — Задумчиво. — Ты — права. Накладочка вышла. Про клятву твою я как-то и забыл. Придется вносить коррективы. Ты — рассказываешь свою идею. Я ее тщательно обдумываю и соглашаюсь. Но… с одним условием: ты, вместе с графом, от меня не отходите ни на шаг. Так и будем: ты Элизара охранять, а я уж за вами обоими присматривать. А с Алраэлем пусть его телохранители разбираются. Такой вариант тебя устраивает больше?

Она практически не раздумывает. Похоже, эту партию разыгрывала именно она. Хотя, стоит признаться самому себе, такому повороту событий я сильно и не сопротивлялся. Вряд ли за столь короткое время Закираль сможет придумать что-то, с чем я справиться не смогу. Да и эльф с графом рядом будут. Наш Лорд хоть и довольно молод, по их меркам, но даже я вынужден был согласиться, выудив у него достаточно информации, что надежды Элильяра, связанные с будущим Алраэля, небезосновательны.

— Договорились. Но прежде чем я расскажу свою идею, мы побываем в том злополучном доме. Мне кое-что надо проверить. — И голос удивительно спокойный. Лишь быстрый взгляд в сторону Элизара наводит на неожиданное воспоминание.

Точно так же, лишь на одно короткое мгновение на ее лбу пролегла глубокая морщинка. Как раз перед тем, как ее неожиданная фраза заставила меня раньше времени снять заклинание невидимости. И ее взгляд, столь же цепкий и стремительный, был направлен куда-то на стену, с которой я так тщательно сливался.