Будущего нет - Александр Голодный

– Польша… Сережа, как вы сумели купить это чудо?

– Я вчера вернулся из командировки, был месяц в Москве. Представляете, давали в центральном военторге, по два в руки. Очередь была, извините, как в Мавзолей!

– Я представляю. Так, Сереженька, сколько я вам должна?

– Инна Викторовна, не обижайте. Подарок!

Все сказано, ждем решения.

– Ох, Сережа… жена вас не наругает?

– У нее такой же. И она тоже благодарная.

Положив на набор лист с Аленкиной специальностью, заведующая деловито произнесла:

– Я постараюсь… навести справки. Вам надо срочно?

– Нет, супруга сейчас в отпуске с последующим увольнением. Еще не меньше двух недель может спокойно гулять.

– Хорошо. Знаете, пусть подойдет в кадры послезавтра. Прямо к моему мужу в кабинет, лучше после обеда. Он побеседует, посмотрит, что можно предложить.

– Огромное вам спасибо, Инна Викторовна.

– Это вам спасибо, Сережа. Дочка уже в десятом, знаете, какие сейчас у молодежи запросы?

– Вот и побалуете. Надеюсь, косметика понравится.

– Это да.

Выйдя на улицу, переведя дух, лейтенант мысленно промотал в уме отыгранную сцену. Вроде все нормально. Ну, а кто в семье кадровика главный, он узнал, еще пребывая в общежитии. На результат можно надеяться.

Но, так сказать, для закрепления эффекта, Алену к кадровику следует отправить с любимым напитком штабников – бутылкой коньяка.

***

Результат собеседования, как оказалось, превзошел самые смелые ожидания.

Вечером среды, встретив Сергея в коридоре, взволнованная жена доложила:

– Сержик, меня ставят начальником лаборатории.

– Какой?

– Химической. Водозабор, очистные, техтерритория и котельная. Везде брать анализы воды, электролита аккумуляторов, специальных растворов и проводить проверки.

– Это точно?

– Я уже заявление написала. Слушай, я сама не верю. В понедельник ехать на вашем автобусе, смотреть оборудование. Выходить на первой остановке.

– Помещение в котельной?

– Ага. Ты мне покажешь, куда идти?

– Конечно, Аленушка. Я тебя даже отведу. У меня сооружение совсем рядом, будем все время вместе ездить, и даже в окошко друг на друга поглядывать.

Супруга обняла мужа, расцеловала:

– Как здорово! Взяточник ты мой…

– Могу за докторскую сразу сесть. На тему: «Искусство дачи взятки в условиях развитого социализма».

Лена прыснула смешком:

– Посадят.

– Я же и говорю: сесть.

Они посмеялись уже вдвоем, потом жена добавила:

– Только пришлось дать честное слово, что год в декрет уходить не буду.

Посерьёзнев, Сергей кивнул:

– Да, Аленушка, правильно. С этим нам спешить нельзя.

***

И жизнь действительно наладилась. Аленка в лаборатории оказалась и начальником, и подчиненными в одном лице, одна работая в оснащенном оборудованием шестидесятых годов просторном кабинете. Анализы, правда, пришлось выполнять не только на химический состав, но и микробиологические проверки. Но ведь советское высшее образование чего-то стоит? Освоила без проблем, разобралась с заполнением журналов, успешно выдержала проверку энерго-механического отдела, проводимую московской комиссией.

Без затруднений прошла проверку особого отдела, получив вторую форму допуска, сразу приятно отозвавшуюся в заработной плате.

Офицеры и прапорщики, да и вообще мужчины городка с удовольствием встречали на рабочих местах прибывающую за пробами улыбчивую, подвижную, хрупкую девушку, всегда с охотой помогали донести специальный алюминиевый чемоданчик с пробирками.

Жена Сергея, что называется, расцвела. Большеглазая, стройная, симпатичная, она стала неотразимо привлекательна той красотой, что приносит женщине счастливая семейная жизнь.

Но заигрывать с вежливой, приятной в общении девушкой, мужчины опасались: слава рукопашника-«Механика» уже вышла за пределы спортзала и отдельских тренировок. В маленьких городках все и все друг про друга знают.

В отдел Александрова пришел молодой лейтенант, серьезно занимающийся каратэ, и на физподготовке у них сразу нашлись общие темы, да такие, что на спарринги стали прибывать зрители.

Зрелище мало чем уступало зарубежным боевикам с Брюсом Ли, которые крутили на первых пришедших в часть видеомагнитофонах. Резиновый макет ножа против хлестких ударов, а потом попытки в движении поймать на мушку тоже непредсказуемо перемещающегося противника.

С легкой руки Александрова за летехой закрепилось звучное прозвище «Сенсей». Добродушный, веселый парень не возражал совершенно.

«Сенсей против Механика! Самые зрелищные учебные бои! Можете делать ставки, господа офицеры».

Боронтов сдержал слово, повоздействовав на начальника отдела. Железнодорожных командировок для Сергея за год оказалось всего две, на двадцать и пятнадцать суток, Алена перенесла их нормально, хотя и скучала по мужу. Во многом пережить разлуку юной женщине помогала понравившаяся работа.

Только немножко поворчала, что муж забрал с собой радио. Хорошая музыка от финской «Мафии» и ей пришлась очень по вкусу.

Перевелся к новому месту службы Саня Кадомцев, и Александров стал отвечать за хранилище секретных частей и оборудования.

Четыре раза за год лейтенант сходил в техническое обслуживание, занимаясь той самой главной работой, к которой готовился пять лет.

Внешне выполнение боевой задачи было напрочь лишено романтизма. Спокойно, обстоятельно номера расчета проводят операции со сложным электронно-механическим агрегатом, многократно проверяя выполняемые действия и фиксируя каждый шаг, осуществляют плановые замены, контролируют срабатывание узлов пультами и автоматизированными комплексами, заполняют результатами журналы и формуляры.

Действие происходит в просторном, чистом, ярко освещенном зале, за удобными стойками, даже с мягкими табуретками.

Совершенно мирная инженерная идиллия.

Но Сергей никогда не забывал, что эти совершенные, идеально изготовленные высокотехнологичные изделия являются ядерными боеприпасами, самым мощным оружием на Земле. В любой момент их можно обрушить на врага, назвав испепеляющую ярость ядерных и термоядерных грибов скромным словом «применение». И каждое действие лейтенанта Александрова, как и его товарищей, нацелено на одно: обеспечить гарантированное, стопроцентное срабатывание, не оставляющее агрессору ни малейшего шанса.

В этом и состоит суть технического обслуживания, то, из-за чего оно является выполнением боевой задачи.

На занятиях по огневой подготовке, «проставившись» офицеру-равовцу, несколько раз удалось немного пострелять с близкой дистанции, в движении. Результат обнадежил и заставил даже немного загордиться. Единственная всплывшая ошибка: надо целиться не в голову, а в грудь или середину корпуса – пуля уходит немного выше воображаемой точки попадания.

Несмотря на семейное счастье, спокойную, размеренную жизнь, Сергей продолжал готовиться к Будущему.

Словно не давая расслабиться, сон с бомбардировкой повторялся дважды, прозрачно намекая – еще ничего не закончилось.

Каждый раз парень просыпался в ужасе и отчаянии, пугая криком жену. Любимая целовала, утешала, гладила по лицу нежной ладошкой, стирая гримасу боли. И спрашивала.

Но произнести ей страшное слово «война» Александров пока не мог. Приходилось обманывать милую, вспоминая и рассказывая тот сон, который навсегда исчез вместе с изменением реальности и уничтожением Пети.

А войны, фактически, уже шли.

Все так же истекал кровью Нагорный Карабах, летом восемьдесят девятого полыхнула массовыми волнениями Ферганская долина, в июне прошли стычки в казахском Новом Узене, в июле схлестнулись грузины и абхазы, очень неспокойно обстояли дела в Южной Осетии, а сейчас, в девяностом, межнациональные конфликты добрались до киргизского Оша. Что-то мутное, но опасное, произошло в феврале в Душанбе.

Возглавляемая генсеком-предателем, Советская империя все больше кренилась на борт, приближаясь к краху.

Это становилось очень заметно при взгляде на магазинные полки. Запомнившееся по войсковой стажировке пятого курса изобилие исчезло напрочь. На все мало-мальски необходимые продукты введены талоны.

Твердо зная, куда катится страна, помня о предстоящих трех годах относительно спокойной жизни, Сергей, как мог, создавал запасы. И еще они помогали Инге.

Если все так плохо было в снабжавшейся по московской норме воинской части, то можно представить себе, как жил далекий уральский город.

Конечно, тетушка в письмах отказывалась, говорила, что без проблем отоваривает талоны, что ей хватает… но супруги все равно каждый месяц отправляли посылки.

Конечно, тетушка в письмах отказывалась, говорила, что без проблем отоваривает талоны, что ей хватает… но супруги все равно каждый месяц отправляли посылки.

В строгом соответствии с графиком отпусков и «честном» распределении отдыхающих по месяцам, молодые люди первого ноября покинули часть и отправились в аэропорт. Разумеется, отпуск они запланировали провести у тетушки.