Неизвестный с «Драккара» - Константин Муравьёв

«Да, сильно изменилась девочка, если уж даже нам не может рассказать всего и должна спрашивать для этого у кого-то разрешения, – подумала Адриана. – Неужели кому-то она доверяет больше, чем нам?» – с удивлением посмотрела она на свою дочь.

Заподозрив неладное, что беспокоило её с самого начала, она спросила, сильно сжав руку мужа:

– Леита, доченька, скажи, пожалуйста, как тебя зовут?

Все присутствующие в комнате родственники посмотрели на Адриану с недоумением, даже муж не понял, что она подразумевала. Ведь уже стало понятно, что это действительно их дочь. И только Тара от двери дома с каким-то озорным блеском в глазах оглядела всех присутствующих, вероятно догадавшись своим тонким женским чутьём, в чём дело и что сейчас могут услышать здесь присутствующие.

А девушка на том конце линии, с некоторым вызовом посмотрев в визор, ответила:

– Леита Скарф Ах Маар.

Но бума не произошло. Тара и так догадалась обо всём. Отец как-то даже с облегчением воспринял эту новость, только и сказав, что такое сокровище всё время в руках не удастся удерживать и рано или поздно его все равно бы кто-нибудь утянул. Остальные просто ещё не так хорошо знали Леиту, чтобы как-то по-иному отреагировать на эту её фразу.

И только Адриана не смогла спокойно воспринять этой новости.

– Но, девочка, выходить замуж за кого-то только потому, что он тебя спас, это не тот вид благодарности, который доставит радость вам обоим в будущем.

– Мама, неужели ты считаешь меня настолько недалёкой? Нет, конечно, это не главная причина. О главной ты знаешь. Для нас она всегда только одна.

– Неужели? – спросила Адриана.

– Да, мама. Для меня так получилось, это он.

– Я рада за вас, – как-то сразу успокоившись, сказала Адриана и с ехидством в голосе продолжила: – Но ты хоть предупредила этого своего смелого аграфа, что его ждёт здесь, на родине? Ведь твой отец и брат от него мокрого места не оставят, если он не сможет доказать, что достоин тебя. Ты ведь знаешь, ритуал вхождения в клан для мужчин очень жесток и труден, особенно если кто-то пристрастен. А так и будет, они будут очень пристрастны.

– В этом есть ещё пара загвоздок, – со смущением и немного потупившись ответила девушка.

– Ты ему ещё не сказала? – строго спросил уже Конуэл. – Он должен был об этом узнать до того, как ты приняла его имя. Если он откажется проходить ритуал, вы оба станете изгоями.

– Я знаю, но проблема не в этом. Хотя я ему и не говорила, но, побыв рядом с ним некоторое время, я поняла, что он не будет для него слишком большой проблемой.

– Ты так в нём уверена? – спросила Адриана.

– Да, – просто ответила девушка.

– Так в чём же твоя загвоздка? – с непониманием посмотрел на неё отец, как-то упустив из внимания, что их пара.

– Рахута Скарф Ах Маар, – тихо произнесла Леита.

– Что?! – вскричал Конуэл, а Адриана сделала шаг назад, но, вернувшись на место, взяла своего мужа за руку, чтобы поддержать.

Немного помолчав, он попытался успокоиться, но эмоции переполняли его, и он, жёстко посмотрев на дочь, потребовал:

– Рассказывай.

Правда, по мере рассказа дочери у него получилось немного взять себя в руки, но сталь, мелькавшая в его взгляде, так и не исчезла. Леита тоже почувствовала, что сейчас решается судьба близкого и дорогого ей человека, и не важно, что судьёй выступает другой близкий ей человек.

А причины этому были. Последняя её фраза была оскорблением для всего их рода, и только веские доводы могли послужить им оправданием. И именно эти доводы в своём рассказе и старалась сейчас выделить Леита.

– Когда я очнулась, то оказалось, что я нахожусь на неизвестном мне корабле. Кто-то и каким-то неведомым мне образом смог извлечь меня из моего истребителя, отключив при этом стазис-поле. Проделать всё это смог молодой мужчина, который, вероятно, прибыл в ту систему для сбора и вывоза оттуда различного металлолома или ещё работающего хлама, который во множестве можно было найти там. Как я и говорила, он мусорщик. В системе мы прожили чуть больше недели, когда у него произошли какие-то проблемы с топливом, и он вынужден был спуститься за ними на одну из планет в секторе. На старый топливный склад. Тогда, заправив наш корабль и конструкцию, сооружённую из найденных в системе судов, мы и покинули этот сектор. А через несколько дней в одной совершенно пустой системе мы наткнулись на спасательную капсулу, на всех каналах, в том числе и через ментал, передающую сигнал о помощи. Когда мы подобрали капсулу и смогли распечатать её, в ней обнаружили девушку. Но она не помнила совершенно ничего, кроме своего имени – Рахута. Здесь, на корабле, установлено достаточно хорошее медицинское оборудование, и оно подтвердило диагноз тяжёлой амнезии. Так эта найденная девушка и осталась жить у нас на корабле, пока мы можем ей как-то помочь. Она и была и не была похожа на обычного аграфа, и поэтому мы затруднялись определить её расовую принадлежность, кроме одного. Мне всё время говорили, да я и сама это прекрасно видела, что она является моей точной копией. Полной копией, абсолютной. У нас даже нейросети одинаковые установлены. – Леита посмотрела в визор, но не увидела особого отклика с той стороны. И чтобы окончательно они могли войти в их ситуацию и поняли то положение, в котором они оказались, Леита продолжила: – Но это ещё не всё. Кроме нашей идентичности во всём, мы оказались эмоционально-ментальными близнецами. Все мои мысли и чувства передаются ей, а все её – мне. Мы чувствуем, переживаем и осязаем одни и те же эмоции. Мы делим радости и печали. Ну и главное, мы уже давно можем делить мысли. Вот сейчас я говорю с вами, но я говорю словами Рахуты. И ничего удивительного не случилось в том, что и она почувствовала к нему то же, что и я. Это был лишь вопрос времени. И поэтому три дня назад Рахута попросила у меня разрешения войти в нашу семью и принять наше имя. Вот и вся наша история.

– Стоп, а почему Рахута попросила разрешения у тебя? – удивился Конуэл.

Было заметно, что он уже не хотел при первой же встрече убить этого злосчастного аграфа, но потрепать его посильнее во время испытания он в удовольствии себе не откажет.

– Ну, тут такое дело… – опять смутилась девушка. – Делать, конечно, выводы вам, но он здесь ни при чём. Он даже до сих пор не в курсе, что в этом своем рейсе женился и тем более дважды.

– Как так не в курсе? Что это за аграф, который не знает основ межклановых взаимоотношений? – спросил отец.

– Так, видимо, при его обучении забыли уделить должное внимание некоторым вопросам, – ответила девушка, явно начав юлить.

Конуэл нахмурился и о чём-то задумался. Ему старались не мешать. После нескольких секунд молчания, видимо сделав какие-то выводы, он заговорил: