Попаданец в тело матери роя пожирателей вселенной. Том lll (СИ) - Кита Никита

В воде поднялась многометровая пылевая завеса. В дальнейшем из-за слабого течения и ожесточенной борьбы она только разрослась.

Пять десятков кровопийц прильнули к крупному телу почти по всей его площади. Густая шерсть помешала присоскам закрепиться. Тогда черви оголили зубы и вцепились ими в жёсткую шкуру.

Монстр затряс тушей, скидывая с себя приставучих прилипал. Вода окрасилась кровью вытекшей из множества мелких порезов. Могучие лапы смахнули червей атакующих морду. Затем ударили по слугам сгрудившимся в области грудной клетки и пуза. Одна пиявка по неосторожности попалась на коготь и уже не смогла отплыть. Монстр поднёс кисть с ней к голове и добил водяного вампира укусом пасти.

Из-за действий передних конечностей монстра, черви были вынуждены сместиться на заднюю часть мохнатого тела. Некоторые из них сумели вырвать клочки жёстких волос и пристать присосками к коже.

Широкий бобриный хвост приподнялся и со всей дури всадил по речному дну. Чтобы не лопнуть, как надутые шарики, попавшие под этот удар сосуны моментально выплюнули всю отобранную кровь. Помимо крови они выпустили из организмов всю жидкость и весь воздух. За счёт этого пиявки расплющились в плоские лепёшки. Когда хвост крокодила оторвался от дна, черви обратно надулись, возвращая себе форму толстых сарделек. Таким образом они избежали критических повреждений, отделавшись лишь растяжениями и ушибами.

Поняв, что не справляется, кайдзю пополз к берегу. Каждую секунду от его шкуры отрывались кусочки. Последующие рывки и удары телом об почву более не помогали отделить вампиров. Черви определили безопасные для себя зоны, где их не достанут когти или клыки, и непрерывно выкачивали из монстра жизненную силу.

Заряда крокодилу хватило только, чтобы добраться до мелководья. Там он приуныл и больше не сопротивлялся, а лишь устало вздыхал, пуская из пасти пузыри. Вскоре водное пространство вокруг него превратилось в большую кровавую кляксу. Кровотечение из каждой, даже крошечной ранки не останавливалось из-за ферментов в слюне пиявок.

Прилетевшие к заливу осы забрали капсулы наполненные кровью, которые черви любезно подняли для них к поверхности воды. С помощью этих биоконтейнеров королева утолит не только голод, но и жажду.

Не имея возможности вытащить тяжеленный обескровленный труп на сушу, плавуны занялись его разделкой под водой. Оторванные ломти мяса, вырезанные органы и кости поднимались на поверхность и передавались осам прямо в лапы.

«Отличный улов.» — подумала большая мамочка — «Был крокодил, теперь будет две дюжины детишек. Не останавливайтесь, мои родненькие. Всё живое в бассейне этой реки станет частью семьи.»

* * *

После вчерашнего происшествия, привёдшего к потере одной козы, пастух внимательно проверил береговую линию прежде, чем подпускать к ней скотину. Мужчина прошёлся вдоль реки, вглядываясь в воду и ударяя палицей по всем скоплениям водорослей на отмели. Потом окинул взглядом водную рябь и поискал на ней объекты похожие на выглядывающую морду хищника. Верный четверолапый питомец следовал за хозяином и помогал ему, сканируя пространство звериным чутьём.

Похоже всё было в порядке. Лишь какая-то рыбёшка бултыхалась в центре водоёма. И пёс молчал, не замечая ничего подозрительного.

Утолив запрос своих переживаний, гуманоид вернулся к стаду и погнал его ближе к водному потоку. Козочки выстроились на бугристой полосе суши и протянули рогатые головы вниз. Фермер встал напротив и наклонил торс, упираясь свободной рукой в колено. Его глаза не отрывались от плещущихся волн. По всей видимости, он желал предугадать новое нападение и вовремя на него среагировать.

Из состояния крайней степени сосредоточенности реконструктора вывел поступивший от пса сигнал. Питомец неуверенно гавкнул и тут же умолк. Глаза кудлатого глядели куда-то в сторону речного русла. Мужчина, няпряжённо хмурясь, посмотрел в том же направлении. Он уже поднял посох, дабы погнать скотину прочь от воды, как вдруг… Его взору предстала невероятная картина! Вся отмель враз заполнилась длинным рядом гигантских червей, несущихся к берегу с бешенной скоростью!

Гуманоид успел лишь открыть рот, чтобы крикнуть на коз. В следующий миг поверхность воды взорвалась колоссальной вспышкой брызг. Полсотни кровопийц одновременно выскочили из водотока на столпившихся парнокопытных. Круглые пасти диаметром по полметра на лету заглатывали козьи морды, хватались клыками за округлые бока, приклеивались присосками к шеям, цеплялись зубами за шерсть.

Сухопутная живность в страхе бросилась бежать, прочь от водоёма. Где-то треть червей осталась лежать на земле, не сумев хорошо закрепиться на козьем теле. Остальные сосуны старались всячески навредить своим жертвам.

Ошалевший пастух застыл на месте с выражением полным подлинного ужаса. Его пёс заметался по сторонам, надрывая глотку от лая и не зная куда кидаться. Сперва четверолапый вознамерился укусить ближайшую пиявку. Но, увидев её зубастую пасть вблизи, передумал.

Гуманоид дёргано вращал головой и глядел то на тварей перед рекой, то вслед уносящему ноги стаду. Рот и глаза мужчины не закрывались ни на миг. Он задыхался от паники, не ведая, что ему делать. Атаковать вредителей? Помогать козам? Успокаивать собаку? А может впору было уже и самому спасаться бегством?

Дети Роя подтолкнули пастуха к единственно верному выбору. Водоплавающие вампиры обернули шестиглазые головы в сторону фермера и поползли. Скорость у них была смешная, но от одного зрелища мужчина выронил палку и, визжа от страха, побежал куда глаза глядят. Пёсик бросил все свои заботы и рванул за хозяином.

«О-о-о, нет-нет-нет…» — подумала королева — «Свидетели нам не нужны.»

Не успел гуманоид добраться до опушки леса, как где-то вверху зазвучало громкое жужжание. Увидев скользнувшую по траве тень, пастух поднял голову и узрел четвёрку здоровенных насекомых. В лапах они несли большую рыболовецкую сеть.

«Вот и инвентарь из лачуги на склоне пригодился.» — мысленно промолвила мать.

Поймав гуманоида неводом, летуньи, не долго думая, потащили его обратно к воде. Чтобы он меньше упирался, довелось прокусить ему обе голени. С дырками в ногах прямоходящее существо превратилось в ползающее.

Пиявки спокойно вернулись в воду и стали дожидаться, пока им приволокут обед. Истошные крики реконструктора разлетались на всю округу. Тонкие ручонки остервенело носились в запутавшейся сети, силясь её разорвать.

Поначалу управляющие сознание понадеялось, что визглявый гуманоид охрипнет и заткнётся сам. Но потом его непрекращающиеся вопли всё же вывели разум Роя из себя.

«Не суетись, дорогой, с тобой уже покончено.» — подумала матка, приказывая ужалить пастуха в шею, чтобы плоть разбухла и перекрыла дыхательные пути.

Барахтающееся тело затянули на мелководье. Дальше невод перехватили черви и отбуксовали его вместе с содержимым на глубину.

В действительности сетей в лачуге нашёлся, ни много ни мало, целый десяток. Так что помимо реконструктора, осы смогли затащить в реку ещё и овчарку, и несколько коз. Для этого летуньям пришлось отвлечься от работы на Кольцевых, но в итоге они наловили для мамочки много мяса, так что все их старания окупились.

Кроме того, ещё дюжину рогатых животных засосали до смерти слуги приклеившиеся к шкуре. Их мёртвые туши лежали раскиданные по всему лесу, а рядом можно было найти мембраны с высосанной кровью. Всё это требовалось оперативно отнести к Раздельному Пищевому Складу.

В общем работёнки в тот день для аэропереноcчиков выдалось не мало.

Унесённые разбежавшимися козами черви очень медленно возвращались к водоёму. Так что, ко всему прочему, пришлось вызывать им на подмогу воздушные отряды с носилками. Благо рыбацкие сети также отлично выполняли роль носилок, позволяя сразу четырём разведчицам транспортировать один некрупный, но тяжёлый объект.

Глава 64