Обаятельный гарем желает познакомиться - Наталья Сергеевна Филимонова

темных ресницах — красивое сочетание. — В вашем доме приняты несколько… нетрадиционные методики помощи. Хотя, возможно, я все же многого не знаю об обычаях Зенаила. А ваши невольники и вовсе несли какую-то чушь — о том, что, мол, меня наверняка потом еще нести обратно и я все равно этого не вспомню…

Языки отрежу. Обоим!

— …И упоминали при этом отчего-то светлейшего принца…

С особой жестокостью отрежу!

Я внимательно посмотрела на Демьена ле Радена. Насколько я могу ему доверять?

Вообще-то — ни насколько. У него здесь свои интересы. Зато у меня есть фора — я уже точно знаю, какие именно. Правда, он про мои тоже знает слишком много… это, пожалуй, не очень хорошо. Было бы лучше, если бы он не понимал, как сильно я заинтересована в сотрудничестве. Тогда можно было бы торговаться…

Впрочем, у меня все равно остается еще одно преимущество: Джарис за спинкой дивана. И кольцо с изумрудом все еще на ее пальце. Если что-то пойдет не так, я всегда могу подать ей знак — и она вырубит господина посла. А через пятнадцать минут мы снова начнем переговоры — с чистого листа. Но для начала я попробую… попробую быть честной. Если это окажется неверной методикой — значит, господин посол сам нарвался. В конце концов, ему все равно достанется меньше, чем принцу.

Хотя… все зависит от его сговорчивости. Итак…

— Почтеннейший Демьен-ала, — церемонно начала я. — Вы, вероятно, заметили, что я и другие обитатели этого дома оказались в довольно… сложном положении. И думаю… мне нужна ваша помощь. Я знаю, вы благородный человек и не откажете в помощи слабым женщинам!

В самых общих чертах я обрисовала ситуацию с завещанием Ирмаина. Упомянула и то, что мы сбежали до того, как халиф успел озвучить свою волю — само собой, умолчав о том, как именно нам это удалось. Ослеплять тьмой и заставлять бессмысленно хихикать самого великого халифа — не те деяния, в которых стоит признаваться каждому встречному.

Зато о том, что я свернула дворец, не подозревая о гостях, я честно рассказала.

— У некоторых людей при перемещении в ларце могут возникать нетипичные реакции. Увы, вы и принц потеряли сознание. И теперь я оказалась в щекотливой ситуации — ведь выходит, что я, сама того не желая, похитила вас обоих…

— О! Безусловно, вы можете рассчитывать на мое молчание. Однако принц…

— Возможно, принц не вспомнит о том, что был в нашем доме, — осторожно сообщила я.

— Возможно?

— Возможно.

— Однако мы провели здесь не менее часа…

— Эмм… возможно, вы провели здесь несколько больше времени. Вы были в беспамятстве…

— И насколько больше? — господин посол смотрел на меня с неподдельным интересом.

— М-м… возможно… возможно, сутки. Или двое. Да. Два дня. Не более.

— Возможно?

— Возможно!

— И оба совершенно случайно при перемещении лишились сознания на такой срок?

— Нетипичная реакция! — я отвечала самым честным взглядом, на какой была способна.

— У обоих?

— Мы сами были потрясены!

В этот момент я прямо-таки завидовала Джарис. Ей можно было потешаться безнаказанно — на нее никто не смотрел. А вот мне приходилось держать лицо.

В темном проеме арки тоже кто-то подозрительно похрюкивал… ах да, я же просила подойти сюда Тарию. Похоже, войти во время судьбоносных переговоров она не решается. Не исключаю даже, что не решается она там не одна.

Демьен ле Раден поставил локти на стол, наклонился и потер виски.

— Эрти Нила… давайте начистоту. Насколько я понял, вы надеетесь сохранить как можно большую независимость — причем не только для себя, но и для всех своих… подопечных. При этом вы похитили и каким-то образом усыпили на два дня меня — посла сопредельного государства! — и принца. Принца! И вы хотели бы, чтобы я помог вам скрыть преступление?

— Ну, в общих чертах довольно верно… но, возможно, — черт, вот же привязалось слово! — Возможно, мы могли бы компенсировать вам небольшие неудобства. Думаю, вы понимаете, что в наследство, оставленное нам нашим незабвенным супругом, входят и его чертежи. Скажем, контуры и схемы дворцов-в-ларце…

Испытывала ли я в этот момент угрызения совести? Ни капли!

Во-первых, именно благодаря монополии на дворцы-в-ларце и другие изобретения Ирмаина ай-Мируза Зенаил получил в последнее время такое большое влияние на международной политической арене. А мне не нравится, когда слишком много влияния получает страна, где процветает рабство и многоженство.

Во-вторых, сам Ирмаин никогда не понимал, почему ему не позволяют поделиться своими достижениями и разработками с артефакторами других стран. Экономические соображения всегда были чужды ему. А ведь совместные исследования могли бы помочь усовершенствовать и удешевить технологию. Сейчас дворец-в-ларце — роскошь, доступная немногим. Но переносные дома, будь они не так дороги, пригодились бы торговцам, облегчили жизнь путешественникам и исследователям новых земель, да и многим другим людям!

Словом, я действительно считаю, что мир может стать лучше, если разработки Ирмаина перестанут быть тайной за семью печатями и зенаильским ноу-хау. А если я получу от этого какую-то выгоду, то это будет только справедливо.

— Вы хотите сказать, — медленно, будто не веря себе, проговорил посол, — что готовы отдать эти чертежи, если я… забуду о том, что… возможно, случайно потерял сознание и провел в беспамятстве два дня?

— И поможете нам с принцем! — быстро вставила я. — Он тоже… забудет. Не волнуйтесь, вам придется только немного подыграть.

— …И помогу вам в авантюре с наследником халифата.

Так… мне кажется или господин посол готов на любую авантюру за такую цену, а я вот-вот продешевлю?

— И будете должны мне еще две услуги! — это я выпалила раньше, чем успела что-то действительно обдумать. И, не давая времени подумать собеседнику, добавила, — я не потребую от вас никаких государственных тайн или чего-то, что противоречило бы вашей чести. Мы — лишь несколько слабых женщин, и нам нужна ваша помощь.

Интересно, наивно хлопать глазками уже немного поздно, да? Впрочем, я все равно попыталась.

Умница Джарис чуть заметно переместилась за спинкой дивана. В случае непредвиденных взбрыков ей достаточно будет протянуть руку к затылку Демьена… и тогда наша песня хороша, начинай сначала. Но, может, все-таки…

Господин посол моргнул.

— Две услуги…

— Три, считая с принцем.

— И за них я получу все бумаги по дворцам-в-ларце?

Я выжидательно кивнула, а мой собеседник вдруг усмехнулся.

— Мне нравится ваша прямота, несравненная эрти Нила. И ваше предложение… тоже нравится. Возможно…