Утекая в вечность - Taliana

— Ну, еще бы. И эти меряются, у кого больше…. — шепнула она себе под нос.

— Что вы говорите? — переспросил гид.

— Я говорю — большой у вашего государя! Просто огромный у него дворец!

Где-то вдали виднелась, хотя и была едва различима железная стена ограждающая мир людей, перед ней пустынное серое пространство — сколько хватает взора. А сразу за очертаниями дворца — зеленый мир с частыми причудливыми строениями домов. Парки, аллеи, дороги. Стремящиеся куда-то шаропланы, кое-где мелькающие жители города. Улицы практически пустынны, вероятно, все заняты делом. Солдаты маршируют на окраине города на отведенных им просторах, дамы, вероятно — стирают-убирают по домам. Город выглядит тихо и неожиданно мирно. Город будущего, город — сон.

— А где ваш дом, Амир?

— У меня его нет. Я живу во дворце, — отозвался капитан, возникая справа. Калина обратилась наугад и оказалась права, это он стоял позади, сразу за ее спиной.

— А куда вы меня возили ночью?

— Во дворец преемника.

— Почему гид сказал, что такового нет?

— А зачем ему знать, что он есть? — взглянув на журналистку, спросил мужчина.

— Тайны, да?

— Вы изменились, Калина, — вместо ответа сказал мужчина, внимательно изучая ее.

— Вы сами предложили мне мир, нет?

— Не думал, что вы его примите, — пожав плечами, ответил он.

— Сама не знала.

— Импульсивность в действии?

— Вот именно. Настроение хорошее.

— Жаль, что оно часто вам изменяет.

— Все в ваших руках, капитан. Я зеркало мира, — улыбнулась женщина и тряхнула русыми волосами, которые рассыпались по плечам.

— Значит, сейчас в зеркало смотрит обаятельный парень? — намекая на ее приятное поведение, поинтересовался Амир.

— С парой премилый клыков, — легко поддела она. — В остальном он милаха. Когда не треплет кобыле гриву.

— Это какая-то понятная только людям игра слов?

— Аналогия пережитого.

— Я уже извинился за волосы.

— Вам еще извиняться и извиняться, капитан. Не вы ли желали обучиться тонкостям общения со слабым полом? Так вот первое правило — волос на первом свидании не рвать!

— А на втором, стало быть, можно? — усмехнулся он.

— Не раньше, чем на третьем. И то если кобыла любит твердую руку, — глядя в глаза подразнила она.

— Нужно иметь немало терпения, что бы дожить до третьего раза, — с серьезным видом шутил он.

— До третьего раза еще нужно вытерпеть свиданий десять, не меньше. И то, если дама сговорчивая.

— Не понял вас…

— А как вам меня понять? У нас до первого раза принято куда-то водить и ухаживать какое-то время. Или этого первого не будет. Что говорить про третий раз? — подразнивала она с серьезным видом. Амир с интересом слушал, вникая в суть. Все-таки это своего рода познание мира и нравов людей. — Это вам не за конфетку в кладовку. Хотя суть примерно та же. Но дивидендов больше.

— Простите? — снова не понял он.

— Отдача говорю, многим больше, если ухаживать. Приятней, то есть… Ну, хватит с вас на первый раз. Усвойте пока первое правило. Волос категорически не рвать! — И покусывая губы чтобы не смеяться, удалилась к остальным, что бродили кучкой, перемещаясь по огромной крыше, и осматривали окрестности с высоты. Один раз Проскурина оглянулась, Амир смотрел ей вослед. Лицо погруженного в себя мыслителя. Понял, что над ним подшучивают, но не обиделся как всегда. Вероятно, следует приказу — «больше не конфликтовать!». Размышляет теперь, к чему она завела это разговор. Ну и пусть думает. Калина ждала ответного шага и знала, что он последует. В конце концов, это была двусторонняя игра.

Поздним вечером того же дня, после ужина, Калина сидела в своей комнате и записывала все свои мысли и наблюдения, размышляя в процессе. Пока, картина не прояснялась. Члены делегации в очередной раз проводили свои совещания без участия журналистки, поэтому она была предоставлена сама себе.

В этот вечер их вновь развлекали необычным способом — повели в парк, в закрытую стеклянную оранжерею и показали необычный искусственно выведенный вид растения.

По поверхности небольшого бассейна окруженного карликовыми деревьями плавали птицы, очень похожие не лебедей. Только миниатюрные. По крайней мере, такое впечатление сложилось издалека. Когда же члены делегации приблизились вплотную, все они изумлено охнули. Стало понятно, что это никакие не птицы — цветы! Растения были недвижимы какое-то время, но когда солнце, что просматривалось сквозь стеклянную стену, коснулось линии горизонта, растения зашевелились. Лепестки-крылья стали подниматься и складываться. А когда сложились полностью, цветы стали погружаться в воду и вскоре исчезли.

— Они всплывут с рассветом. Очень светолюбивые, — пояснили людям.

Члены делегации по достоинству оценили очередное чудо, но после прототипов их уже мало чем можно было удивить. Но зрелище и правда, выглядело незабываемо. Огромный лик уходящего солнца неторопливо спускается вниз и следом за ним причудливые растения погружаются в воду. На этой волне приятных эмоций всех делегатов развели по отведенным комнатам на ночь.

В дверь постучали, и Калина встрепенулась, откидывая воспоминания прочь. За дверью ее ждала еще одна неожиданность.

— Капитан Амир? Вы что-то хотели?

— Побеседовать с вами, — кивнул гость.

Калина покосилась на нерушимого стража за дверью, что не смотрел в их сторону, но все отлично слышал.

— Если это не терпит до утра, то говорите.

— Я бы предпочел зайти, — осторожно сообщил вампир.

— А вам не кажется, что это, после вчерашнего, будет выглядеть странно?

— Нисколько. Я на службе.

— Ну, если вас привели ко мне дела государственной важности, как я могу вас не впустить? — иронизировала журналистка. — Прошу…

Когда двери были закрыты, Калина взглянула на визитера вопросительным взглядом.

Амир осматривался, словно был в комнате впервые. Но поскольку это было не так, Проскурина предположила, что мужчина выискивает, за что бы зацепиться взглядом.

— Я подумал, что после того что произошло с вашим прототипом, вы бы хотели получить другого.

— Не хотела бы. Мне достаточно нервных потрясений. Агате не стало лучше?

— Ее утилизировали.

— Тогда точно не хочу.

— Вы узнали все, что требуется? — вежливо осведомился мужчина, с интересом рассматривая складки горечи, что появились в уголках женских губ. Этот взгляд Амира заинтересовал Калину. Мысль заработала. Ей чудится или все вампиры как-то странно, остро реагируют на проявление эмоций?.. Ее эмоций? Или любых эмоций? Обще человеческих эмоций или чисто?..