Мне больно от твоей любви (СИ) - Савина Ксения

- Ты дура? Себе ты хоть не ври. Ну разуметься у тебя это не получиться! Для того чтобы кого-то полюбить, для начала нужно провести генеральную уборку твоего сердца, а заодно и твоего мозга, с которыми ты явно не дружишь, раз до сих пор продолжаешь сохнуть по Грачевскому, даже несмотря на его отвратительное отношение к тебе».

После трех дней самобичевания я все-таки поняла, что не должна была так поступать. Это неправильно, в первую очередь по отношению к Кириллу, ведь я подарила ему ложную надежду. А согласилась на его предложение, скорее всего, только из-за Глеба.

Я все-таки решилась поговорить с Кириллом. Искренне надеялась, что Кир сможет меня понять и мы все-таки останемся друзьями. В тот день я долгое время настраивалась, прежде чем набрать его номер и назначить встречу. А когда встретились и я увидела его то, поняла, что не смогу этого сделать. Можете считать меня чертовой эгоисткой или трусихой, но я действительно боялась его потерять.

 К тому же тогда Кир был не в настроении и явно чем-то расстроен. Пока мы прогуливались по набережной, Кирилл все время был напряжен, по большей степени молчал и то ли дело погружался в свои мысли. Я не стала задавать лишних вопросов, понимала, что лучше не копаться в его переживаниях, и что если захочет, то расскажет все сам. Мне было почти физически больно видеть Кирилла в таком состоянии, поэтому я первая взяла его за руки, переплетая наши с ним пальцы, а затем, встав на носочки поцеловала в губы.  И было плевать, что вокруг нас полно народу. В тот момент я думала только о Кирилле. Мне хотелось отвлечь его от переживаний и заставить забыть обо всем. Стать для Кирилла тем самым лекарством, которым еще недавно он был для меня. И у меня это получилось. Еще в момент нашего поцелуя почувствовала, как тело парня заметно расслабилось, словно Кир на своей спине весь день проносил мешок с цементом и наконец-то его сбросил.

 А еще я поняла в тот момент, что совершенно ничего не чувствую, кроме его влажных и мягких губ. Ни бабочек в животе, ни той безумной страсти, которую испытывала при нашем с ним первом поцелуе, ни желания продолжить. И не понимала, почему так? Мне хотелось получать удовольствие от поцелуя, почувствовать хоть что-то. Испытать хотя бы одну эмоцию, но внутри меня была пустота.

Только спустя время удастся понять, что все те чувства, что получала от поцелуев с Кириллом, дарил мне вовсе не Кирилл, а его брат. Ведь даже тогда, на дне рождении Сережи, именно Глеб вывел меня на эмоции (даже если этими были злость и ревность), а я лишь вложила их в поцелуй с Киром. Даже когда в последующие дни Кир целовал меня, это заводило только потому что где-то неподалёку находился Глеб и мог нас увидеть, но стоило остаться с Кириллом наедине во мне словно все перегорало.

Кирилл сам остановил наш поцелуй и даже впервые за день улыбнулся. И я была рада этому, как и тому, что больше в этот день мы не целовались. Но зато мы долго обнимались, сидя у воды. В отличие от поцелуев, крепкие объятья Кирилла дарили мне спокойствие и умиротворение.

 Уже спустя несколько дней я узнала от Крис причину поведения Кира. Как оказалось, их мама в тайне вышла замуж и привела в их дом совершенно незнакомого им мужчину, буквально поставив своих детей перед фактом. К тому же как выяснилось, она была от него беременна. Поэтому ни Кристина, ни Кирилл, ни Глеб не знали, как реагировать на эту новость. В отличие от парней, Кристина куда легче восприняла эти новости и даже была рада тому, что станет для их маленького старшей сестрой. Однако же ее брат-двойняшка, воспринял эту новость куда болезненнее, а Глеб и вовсе перестал появляться дома. И даже вроде как подрался со своим новым отчимом.

После очередного разговора с Кириллом я сидела на берегу озера, наблюдая за золотисто–оранжевым закатом, прислушиваясь к рокоту волн и крикам чаек.

Мне как можно дольше хотелось оставаться в этом месте, находясь в гармонии с природой. Здесь, на большем расстоянии от Кирилла и Глеба, я все реже думала о них. В первые с того времени, как встретила Глеба у меня получалось хотя бы ненадолго забыться и отдохнуть от душевных терзаний. И если быть честной, то я боялась возвращаться домой.

- Красивая здесь природа. – Раздался за моей спиной голос Ромки.

- Ага, я еще ни разу не видела такого красивого заката.

- Что-то случилось, Малая? – Голос брата был взволнован.

- Все в порядке, Ромка.

- А раньше между нами не было секретов. Ни хочешь рассказывать ни рассказывай. Но поверь, Юлька, я знаю тебя с детства и мне достаточно одного твоего взгляда, чтобы понять, что тебя что-то тревожит.

- Ты прав, братишка. Я не хочу об этом говорить. Только не здесь и не сейчас. Хочу хотя бы тут отвлечься от своих мыслей. – Ромка садиться рядом со мной и обнимает за плечи.

- Юлька, чтобы у тебя не случилось, знай, что ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь, поддержку или совет.

- Знаю, Ромка, просто не хочу обсуждать эту тему. – После паузы слегка толкаю локтем в бок брата. – Да не обижайся ты. Я обещаю, что когда-нибудь все тебе расскажу. Только не сейчас. Ладно?

- Ладно. -  Ромка наклоняется ко мне и аккуратно зажимает в своих пальцах медальон в виде крыла, свисающий с моей шеи, который когда-то он мне подарил, и на его лице загорается улыбка. – До сих пор носишь?

- Конечно. Я даже не разу не снимала с тех пор как ты на меня его одел. А ты?

- И я ношу. – Он оттянул ворот своей футболки, показывая свой. И я тоже не могла не сдержать улыбку. Потому что казалось, словно эти медальоны не зримо нас связывают, и даже находясь на расстоянии, мы с братом храним частичку друг друга.

Мы еще долго сидим с братом на берегу, разговаривая обо всем и в то же время не о чем.  Об учебе, о его группе, об общих друзьях и знакомых. Как же я скучала по нашим разговорам и вечерним посиделкам с братом. И была счастлива, что в этот момент Ромка находился рядом со мной. На турбазу мы вернулись уже тогда, когда небо было усыпано звездами. На мое удивление, Марк и Макс тоже сидели в беседке и о чем-то тихонечко разговаривали. Я впервые видела, чтобы эти двое так непринужденно общались между собой. В последнее время братья Никитины все чаще ругались и спорили друг с другом поэтому, когда Ромка хотел их окликнуть я не дала этого сделать. Кто знает, может Максим, как и я, нуждается в общении со своим старшим братом, и мне не хотелось им мешать.

Как бы не хотелось остановить время, все же наш отпуск подошёл к концу, и нам пришлось возвращаться домой. Только в последний день отпуска мы с братьями все же решились искупаться в озере. Несмотря на дикую жару, вода в озере Байкал была очень холодной, и как нам объяснили местные жители, купальный сезон в озере открывается только в середине августа. Но все же мы открыли его в июле, и даже Александр Иванович составил нам компанию. «И правда, что такое в первые в жизни приехать на Байкал и не искупаться в нем». - Причитал отчим, однако, быстро окунувшись, первым выскочил из воды. А вот Марк и я оказались самыми стойкими, дольше всех провели время в озере, иногда выходя на берег и греясь под жарким солнцем.

 Перед тем как улететь домой, по рекомендациям местных жителей, мы посетили еще два небольших города. Первым городом был Улан-Удэ там мы были проездом и успели прогуляться всего пару часиков по центру города, делая селфи возле огромной головы В. И. Ленина и покупая сувенирами. Затем наняли машину с водителем и посетили Иволгинский дацан и в тот же день уехали в другой город.

 Вторым стал город Иркутск, находящийся на реке Ангара – единственной реке, вытекающей из озера Байкал. В Иркутске мы переночевали, прогулялись по набережной, которая была в разы меньше той, что находилась в нашем городе, но была не менее красивой, и посетили еще несколько памятных мест. Именно в этом городе закупила подарки друзьям. Девчонкам я купила плюшевых Нерп, а парням я деревянные статуэтки все того же животного. Поддавшись какому-то странному порыву, я купила подарок и Глебу.