Кровавая регата - Сергей Иванович Зверев

– Минутку, Джордан. Я еще не закончил. – Генерал-полковник поднял голову, удостоверился, что его внимательно слушают, и опять начал читать: – Так же хотелось бы отметить майора Стивена Хаггарда, который первым выразил желание установить контакт с нашим эсминцем, направленным к берегам Сомали. Более того, господин майор находился на американском сторожевике и лично принимал участие в ликвидации пиратской группировки! Всем коллегам, оказавшим помощь, дипломатической почтой будут отправлены благодарственные грамоты Президента Российской Федерации. – Генерал захлопнул папку, поднял голову и продолжил: – Кроме того, за храбрость и решительность, проявленные в деле спасения наших граждан, Стивен Хаггард будет награжден российской медалью. Я уже подал соответствующий рапорт. Теперь у меня все. Благодарю вас, господа!

Джордан закашлялся и схватил со стола стакан с водой. Фарелл шумно выдохнул и чуть слышно выругался. Переводчик машинально озвучил и это. Русские офицеры начали отворачиваться, чтобы скрыть улыбки.

Заместитель министра обороны усмехнулся, постучал по столу карандашом и сказал:

– Я полагаю, господин Джордан, что вы можете формировать колонну для вывоза раненых. Мы поговорим с господином Асадом.

Глава 16

Дядя Володя в черных брюках и белой рубашке придирчиво осмотрел неразлучных друзей, одетых в строгие костюмы, поморщился и недовольно покачал головой.

– Что такое, товарищ капитан первого ранга? – спросил Марк и одернул пиджак. – Вроде все нормально.

Он посмотрел на Сэма. Тот подмигнул, выпятил грудь и принял строевую стойку.

– В форме было бы лучше, – буркнул Травников. – Идем на награждение в боевую часть, а вы в штатском!

– Ну, извините. – Марк развел руками. – Не всем людям, уволенным в запас, разрешают носить форму, как вам. Тем более что награждать будут не нас.

За калиткой коротко просигналил автомобиль.

– Ладно, поехали, – сказал отставной капитан первого ранга. – Только китель помогите надеть. Тяжелый, зараза.

Марк и Сэм подняли со спинки стула черный китель, на котором позвякивали ордена и медали.

– Да, тяжелый, – сказал Сэм.

– Ого! – Марк покачал китель в руках. – Как бронежилет.

– Давайте! – Дядя Володя развел руки в стороны. – Не люблю опаздывать!

Машина въехала в распахнутые ворота и медленно покатилась по аллее, усаженной деревьями.

Дядя Володя крутил головой, рассматривал военный городок, хмыкал и бормотал:

– Хорошо сделали, молодцы. Здесь толковый ротный.

Потом он замечал какого-нибудь матроса, провожал его взглядом и недовольно ворчал:

– Шатаются где попало, совсем распустились!

Марк с Сэмом улыбались и переглядывались после очередной тирады старого вояки, но не вмешивались в такую вот инспекционную оценку полковника.

«Уазик» подъехал к дому офицеров, старому зданию, оставшемуся еще с советских времен, и остановился возле нескольких черных иномарок, припаркованных на стоянке.

К машине сразу же подошел матрос с красной повязкой на рукаве.

– Травников, Ковелиди и Лихолетов? – спросил он, внимательно вглядываясь в лица гостей.

– Они самые, – проворчал полковник, с кряхтением выбрался из автомобиля, выпрямился и одернул китель.

– Вижу! – весело ответил матрос, бросив внимательный взгляд на ряды наград старого морпеха. – Здравия желаю, товарищ капитан первого ранга! – Он лихо кинул ладонь к берету. – Прошу следовать за мной! – Матрос четко развернулся и направился к большим дубовым дверям.

– Помнят, черти! – тихо сказал дядя Володя. – Не забыли еще. Только я вот его не знаю. Вроде он со мной не служил.

– Да вы же живая легенда, товарищ капитан первого ранга! – заявил Марк и улыбнулся. – Как можно вас забыть?

Они вошли в здание, прошагали по длинному гулкому коридору и оказались в просторном актовом зале. Офицеры, встреченные в коридоре, издалека видели погоны и награды дяди Володи, переходили на строевой шаг и отдавали честь. Он молодцевато козырял в ответ, так же рассматривал их лица и огорченно качал головой.

– Никого не узнаю… – пробормотал отставной морпех себе под нос. – Все изменилось. Да, бежит время.

Войдя в зал, матрос обернулся и показал на ряд кресел, стоявших в правом углу перед сценой.

– Располагайтесь. Сейчас уже начнется. Ждем только заместителя главкома.

На начищенном паркете, освобожденном от кресел, стоял взвод морской пехоты в парадной форме. Вдоль строя расхаживал Коннов, недавно назначенный на должность командира роты, и посматривал на часы. Николай неделю назад досрочно получил звание капитан-лейтенанта.

Сэм и Марк издалека махнули ему рукой. Коннов козырнул и улыбнулся.

Визитеры уселись в кресла. Марк вытащил телефон и принялся играть в морской бой.

На сцену, на которой стояли большой стол и стулья, вышли несколько человек.

Сэм толкнул Марка локтем.

– Да брось ты телефон! – прошипел он. – Посмотри вон на ту женщину. Узнаешь?

Марк поднял голову и прищурился. Невысокая эффектная блондинка подошла к столу, поправила платье и грациозно уселась на стул, пододвинутый ей. Она улыбнулась и помахала рукой, рассматривая молодых ребят, стоявших перед ней в зале.

– Не знаю я ее. – Марк пожал плечами. – Но баба симпатичная. – Он снова уткнулся в телефон, но тут же спохватился и привстал. – Да это же Клэр!

Сэм засмеялся и откинулся на спинку кресла.

Двери распахнулись, и зычный голос раскатился под сводами зала:

– Смирно! Товарищ вице-адмирал! Штурмовая группа отдельного батальона морской пехоты построена по вашему приказанию для вручения правительственных наград!

После отъезда адмирала молодые матросы собрались в центре зала, рассматривали награды. Слышались смех и шутки.

Не смеялся только один Ледокол. Он украдкой посматривал на офицеров, которые разговаривали возле сцены с дядей Володей, и все время старался держаться к ним спиной.

К матросам подошел Енчевский, недавно выписанный из госпиталя, свежеиспеченный капитан третьего ранга, теперь уже заместитель командира батальона. Он с удовольствием осмотрел своих ребят, вместе с которыми недавно рисковал жизнью, остановил взгляд на Рубине и спросил:

– Ну что, боец, как самочувствие? Как нога?

– Нормально, товарищ капитан третьего ранга! – ответил Рубин. – Вчера уже с гирей приседал.

– Нормально, говоришь? Это хорошо. – Енчевский оглянулся, ища глазами Ледокола. – Товарищ мичман!

– Здесь я, товарищ капитан третьего ранга! – Старшина роты высунулся из-за плеча Шмайсера.

– Надо погонять парня. – Енчевский кивнул на Рубина. – У него штурмовая подготовка хромает. Не оценивает обстановку адекватно. Горячится. Но здоровый все-таки. Я его в сарае еле за шиворот удержал, когда он вперед меня на автомат рванулся.

– Есть, сделаем! – Ледокол хищно улыбнулся. – Горячился, значит, сынок? – Он глянул на матроса.

Тот с унылым видом пожал плечами и пробормотал:

– Виноват. Я не понял сначала. Смотрю, командир вперед меня пошел. А так же нельзя. Он должен нам приказывать, а не под пули лезть.

– Я тебе на штурмовой полосе все объясню, – ласково сказал Ледокол. – Да и другим позаниматься не мешает. – Он строго оглядел улыбавшихся матросов. – Ладно, об этом потом. Сейчас не будем портить праздник. – Ледокол посчитал, что разговор