Демон плюс - Г. Зотов

– С Поттером, этим демоном от коммерции, мы вступим в честную битву, – вывернулся он. – Да, подлые издатели продадут миллиард экземпляров и почиют на мешках с золотом, но их торжество будет недолгим. Мы обойдем Джоан Роулинг с фланга – путем маркетингового захвата новых аудиторий в Китае и Индии. Вскоре обязательно появятся клоны, нас начнут душить конкуренты, но такова судьба настоящего бестселлера. Здесь важно другое. Люди будут переписывать Новый Завет от руки, а миссионеры без колебаний рискнут своей жизнью, дабы донести его благостный свет в непроходимых джунглях до людоедских племен, никогда не читавших Поттера и Донцову.

…Запрокинув голову, подобно аисту, он отпил воды из кувшина.

– Забыл добавить, – вытер рот крылом Михаил. – Нужно подкорректировать образ Пилата. Предлагаю нарисовать его суровым мачо без всяких следов косметики. Если на месте злого прокуратора окажется субтильный гомосек, то вместо сочувствия Кудеснику мы получим один лишь смех. Пусть

книгочеи представят себе железные доспехи Пилата, его грозный рык, содрогнутся от молний, сверкающих в холодных глазах. Но ежели мы распишем, что Понтий сидел напудренный, как нимфетка, и делал губки бантиком – половина читателей закроет книгу. Рекомендую уделить внимание экс-блуднице Марии из Магдалы, ибо рейтинги гласят аудитория домохозяек обожает перевоспитание падших.

– Может, Каиафу изобразить гомосеком? – протянул крыло ангел Элия. – По-моему, он давно заслужил. Опубликуем – так потом ничего не докажет. Вон пятикратно пресветлому цезарю ни одна собака не верит, что он не собирался на невольнице жениться – пусть префект претория и опровержение выпустил.

– Ох, искушение, – зажмурился архангел Михаил. – Велик соблазн, но знаешь, так мы докатимся до того, что весь Синедрион сексменьшинствами объявим. Сердцем понимаю тебя – и мне ой как хочется подрисовать им рога и копыта. Но, по-моему, имеющейся фактуры уже достаточно. Ты загляни в черновик. Вся эта компания выглядит злобными, отвратными и жадными сволочами. Читателя от одной мысли о них просто автоматически затошнит.

– А Голос-то обо всех наших метаморфозах знает? – поинтересовался Элия. – Целыми днями ударно креатив создаем, по три главы в день пишем. А вдруг он прочтет да и зарубит черновик на редакторской правке? Сменит заголовки, названия, велит сократить текст и прибавить достоверности?

Михаил позволил себе насмешливо фыркнуть, подчеркнув тем самым особое презрение к непродуманной речи излишне осторожного ангела.

– Наивное сердце. И ты что – искренне считаешь, что у великого Голоса, создателя Вселенной, есть время для занятия плебейской редактурой? Обычно он смотрит готовый экземпляр – уже в переплете. Да, всем достается на орехи за косяки, которые Голос обнаруживает на страницах, но правки постфактум, как правило, не делается. Загроможденный ошибками, несостыковками, вкупе со слабой авторской фантазией Ветхий Завет – вопиющий пример творческого фиаско. Основываясь на грустном опыте ветхозаветчиков, мы попросту обязаны создать идеальный бестселлер.

– Не получится, – печально возразил Элия. – Так всегда в книгах. Сколько не вычитывай, а после выпуска возьмешь в руки, и видишь – ляп на ляпе.

– Никто не совершенен, – беспрекословно согласился Михаил. – Этим редким качеством в нашем мире обладает лишь Голос, но он не увлекается писательской деятельностью. Вся творческая группа Ветхого Завета была уволена сразу после выхода книги в свет. Голос пришел в ужас, однако исправить уже ничего было нельзя. Удалось, правда, изъять отдельные главы, вроде скандального апокрифа Енофа[53]. Я бы за подобную писанину отправлял на пожизненные работы в Папуа-Новую Гвинею. Редактор в здравом уме сподобился пропустить шедевральную фразу: «И было у царя Соломона семьсот жен и триста наложниц». Бездумная реклама со стороны творческой группы сомнительных возможностей этого Соломона. Впрочем, такая ли уж бездумная? Я надеюсь, в Небесной Канцелярии разберутся, зачем руководитель команды Ветхого Завета ездил к царю во дворец и пировал на банкете до утра. Сколько же нулей приписали к реальному количеству его жен? Получается, даже если Соломон каждую ночь спал с новой женщиной – та, к которой он вошел первой, потом по расписанию не видела его три года. При такой нагрузке странно, что у него получился роман с царицей Савской.

Всю тираду Михаил выпалил на одном дыхании. Однако, несмотря на поражение оппонента на всех фронтах, он не почувствовал себя лучше. Тревога относительно знамения не ушла, напротив, она нарастала с каждой минутой, окуная голову в кипяток совершенно панических мыслей.

– Но вправе ли мы решать за других? – отвлек Михаила от тяжких мыслей неугомонный Самаил, который, очевидно, обладал способностью быстро восстанавливаться после психологических ударов. – Мы считаем, что о многих событиях почитателям Кудесника лучше не знать, и легко вычеркиваем целые страницы его жизнеописания. Это жесткая редактура. Ведь каждая секунда Кудесника на Земле божественна, и любое его действие озарено неземным светом, сопровождаемым искренней любовью.

Михаил даже обрадовался, что выдалась прекрасная возможность сорвать злость на этом вечном правдолюбце. Сейчас он порвет его, аки ягненка.

– Нежной любовью? – волчьим смехом расхохотался архангел. – Да тебе, малыш, следует анонсы к мелодрамам Сидни Шелдона писать. Может, еще клевый слоган на обложку Нового Завета припечатаем: «Сенсационная история о любви и смерти», а сверху заклеим нашлепкой – «Аффтаржжот!»?

Самаил сел, зажав рот крылом. Кончики его перьев мелко дрожали.

– Еще раз повторяю специально для тех, у кого вместо головы горшок, – раздельно произнес Михаил, по капле цедя злобу. – Вместо комка сырого теста, из коего на скорую руку слепили Ветхий Завет, мы производим на свет бестселлер. Сюжет книги – просто супер. Жил-был добряк из бедной семьи. Он умел творить чудеса, и этого испугались завистники, увидев в нем конкурента. Друзей у парня было мало, а один из них и вовсе оказался полной тварью – сговорился с подлецами, и заложил приятеля за копейки. Паренька избили, вытащили на несправедливый суд, приговорили к мучительной казни и жестоко лишили жизни. Но враги просчитались. Парень воскрес, вознесся на небо, а виновные в его гибели померли ужасной смертью. Друзей, правда, постигла аналогичная участь, но об этом в Новом Завете писать не надо – разве что так, указать мелким шрифтом. Наш бестселлер покоится на основных китах коммерческого романа, включая сахарный хэппи-энд и кончину главных злодеев. Но! Подавать факты надо с грамотной сервировкой, дабы не испортить вкус блюда. Говоришь, мы решаем за других? А что же, по-твоему, здесь утаивается? Хождение по морю было? Да. Превращение воды в вино? Да. Воскрешение из мертвых? Да. И этого вполне достаточно. Остальная информация – вредный гарнир, отвлекающий дегустаторов от основного угощения. Нам не нужны комментарии Каиафы, Пилата или Ирода. Мы предлагаем читателям нашу историю, создаем Кудеснику наш имидж – тот, который принесет дивиденды, сравнимые с открытием миллиона нефтяных скважин. Я профессионал и знаю, как нужно делать бестселлер. Тебе все понятно?

С каждым словом Самаил сжимался в клубок, словно котенок – он сгорбился, перья на крыльях встали торчком. Остальные ангелы смотрели на него с сочувствием, но не решались открыто возразить руководителю группы. Замешанный на обильной ярости монолог был прерван условным стуком в дверь. Самаил вскочил, подняв за собой вихрь мелких перьев.

В проеме показался бледный ангел. Воспаленные глаза прикрывала темная челка, одна прядь доставала до носа. Обтянувшая тело туника была ему мала, ткань успела треснуть. Над спиной, как горб, возвышалось крыло.

– Это срочно, – упредил он вопрос Михаила. – Давайте поговорим наедине.

Оба вышли за дверь, оставив ангелов утопать в догадках.

…Архангел Михаил вернулся ровно через десять минут – его лицо являло собой непроницаемую маску, глаза напоминали потухшие угли. Глядя в пространство перед собой, прямо поверх голов ангелов, он произнес:

– Только что из грота у Масличной горы пропали сразу три апостола. Считая тех, кто ушел от Кудесника раньше, их уже шестеро. Сообщают также, что Ерушалаим покинул первосвященник Каиафа. Такого не должно происходить. Мы сворачиваем работу творческой группы до получения распоряжений от Кудесника. Я постараюсь встретиться с ним этой ночью.

…Ангел– часовой, оставшийся снаружи неприметного домика, с удивлением всматривался в молодую женщину, поднимающуюся на холм. Судя по ее размашистым движениям и твердому шагу, она явно направлялась к халупе без окон. Поднеся руку к двери, ангел собрался подать сигнал тревоги тем, кто находился в комнате здания. Но что-то заставило его повременить…