Шутник (Сборник о роботах) - Айзек Азимов

Катерино два дня обдумывал, что бы это могло значить, и наконец обратился к Роландо. Задавая ему вопрос, Катерино испытывал жгучее чувство стыда. Ему казалось, что он хочет выведать у невинного мальчугана сокровенную тайну.

— Почему вы считаете овец, когда хотите заснуть? И как это делается?

— Очень просто. Закрой глаза и вообрази, будто перед тобой овцы, — ответил Роландо, не подозревая, что он предает род человеческий. — Затем представь себе ограду и вообрази, что овца должна через нее прыгнуть. Ну, а потом начинай считать — одна, две, три, и так пока не заснешь. Мне ни разу не удалось насчитать больше тридцати овец. А Лучилла однажды насчитала целых сорок две. Но это она так говорит, я ей не очень-то верю.

Став обладателем столь волнующей тайны, Катерино едва удержался, чтобы тут же не удрать в ванную и там не начать считать овец. Наконец настала ночь, и Катерино смог приступить к смелому опыту. Он поудобнее уселся в кресле, прикрыл глаза газетой и попытался увидеть овцу. Вначале он увидел лишь белое облачко с размытыми краями. Затем облачко стало обретать более четкие формы, появилось нечто, очень напоминавшее овечью голову. Потом у облачка выросли ноги, хвост, и оно превратилось в настоящую овцу. Хуже обстояло дело с нзгородыо. Катерино никогда не был в деревне и не представлял себе, что такое изгородь. Тогда он решил заменить забор стулом и, вообразив перед собой белый кухонный стул, заставил овцу подойти к нему.

— Прыгай! — приказал он.

Овца послушно перепрыгнула через стул и исчезла.

Катерино мгновенно попытался представить себе вторую овцу, но, пока она материализовалась из туманного облака, удрал стул. Пришлось начать все сначала. Когда же он вернул стул на место, овца не захотела через него прыгать.

Катерино взглянул на часы и с ужасом увидел, что на воссоздание всего двух овец ушло четыре часа. Он вскочил и бросился на кухню, чтобы еще раз прогладить забытые на стуле брюки профессора Корти.

«Ну, что ж, — утешал он себя, — одну-то овцу я заставил прыгнуть. Не сдавайся, Катерино, не теряй веру в успех. Завтра овец будет две, послезавтра три, в в итоге ты победишь».

Не стану докучать вам рассказом о том, каких усилий стоила Катерино эта борьба с овцами. Но через три месяца он насчитал уже сто овец, прыгающих через стул. Сто первую овцу он не увидел, потому что заснул сладким сном. Спал он всего несколько минут, но в том, что это наконец случилось, сомнений не было. Об этом неопровержимо свидетельствовали стрелки ручных часов. В конце недели робот проспал уже три часа! И ему впервые приснился сон: Катерино снилось, будто профессор Изидоро Корти чистит ему ботинки и завязывает галстук. Чудесный, восхитительный сон!

Настала пора поведать, что на другой стороне улицы жил уважаемый профессор Тиболла. Однажды ночью он проснулся от нестерпимой жажды и отправился на кухню выпить стакан холодной воды. Прежде чем снова лечь в постель, он по привычке взглянул в окно гостиной. А в окне гостиной профессора Тиболлы отражалась гостиная профессора Корти — окна были напротив. Что же предстало взору удивленного профессора Тиболлы? В гостиной его коллеги горел свет, а робот Катерино спал невинным сном младенца. Прислушавшись, Тиболла услышал легкий свист, доносившийся из гостиной профессора Кортп. Так, в довершение всего этот робот похрапывает во сне?!

Профессор Тиболла распахнул окно и, как был в пижаме, не боясь простуды, высунулся наружу и закричал что было сил:

— Тревога! Тревога! Тревога!

В несколько минут проснулась вся улица, и в каждом доме с треском распахнулись окна и двери. На балконы выбежали люди в ночных рубашках и пижамах. Некоторые, узнав, что произошло, вышли на улицу и столпились у дома профессора Изидоро Корти.

Разбуженные громкими криками, профессор и его жена подбежали к окну.

— Что случилось? Землетрясение? — испуганно спросили они.

— Гораздо хуже! — крикнул профессор Тиболла. — Вы спите на динамите, уважаемый коллега!

— Видите ли, я занимаюсь древней историей, — сказал профессор Корти. — А в древности, как вы знаете, динамита не существовало. Его изобрели много позже.

— Мы люди тихие, мирные, — робко добавила синьора Луиза. — И никому не мешаем. Правда, Роландо вчера разбил соседям стекло футбольным мячом, но ведь мы согласились возместить убытки. Не понимаю, чем…

— Наведайтесь-ка лучше в гостиную, — прервал ее профессор Тиболла.

Синьор Изидоро и синьора Луиза недоуменно переглянулись и единодушно порешили, что им не остается ничего другого, как последовать странному совету. И они направились в гостиную.

Все это время Катерино сладко спал. На его металлическом лице играла легкая улыбка. Он похрапывал, но так музыкально и ритмично, что легкий свист и жужжание смело можно было сравнить с игрой на скрипке или виолончели. Профессор Корта и его супруга в ужасе уставились на спящего робота.

— Катерино! — со слезами в голосе взывала синьора Луиза.

— Катерино! — куда более сурово кричал профессор Корти.

С улицы профессор Тиболла рявкнул не хуже полицейского:

— Тут нужен молоток! Возьмите молоток, друг мой, и хорошенько стукните его по башке. А если и это не поможет, пропустите через него ток.

Профессор отыскал в кухне молоток и занес его над головой робота.

— Осторожнее! — взмолилась синьора Луиза. — Ты же знаешь, во сколько он нам обошелся. Ведь мы до сих пор не внесли последний взнос.

Всюду — на улице, на балконах, в окнах — люди затаили дыхание. В ночной тишине удары молотка прозвучали как удары судьбы, постучавшейся в дверь. Бум, бум, бум!

Наконец Катерино аевнул, потянулся, потер руку. Со всех наблюдательных пунктов донеслось дружное «Ах!». Катерино вскочил и в тот же миг понял, что кроме профессора Корти чуть ли не полгорода следило за его пробуждением.

— Я спал? — спросил он.

О, ужас! Этот наглец еще смеет задавать подобный вопрос!

В ту же секунду послышался вой сирены. Полиция, предупрежденная ревностной прихожанкой из дома напротив, примчалась, чтобы внести свой вклад в решение вопроса. Он оказался весьма простым и недвусмысленным: на Катерино надели стальные наручники, погрузили его в фургон и отвезли в суд. Сонный судья приговорил беднягу к двум неделям тюрьмы.

Судья был человеком хитрым и многоопытным. Он посоветовал полиции не разглашать неприятной истории. Вот почему на следующий день ни одна газета не сообщила своим читателям о преступлении робота. Однако за сценой пробуждения Катерино наблюдали не только люди, но и многочисленные домашние роботы. Ближе всех к месту происшествия находился Терезио, робот профессора Тиболлы. Он благоразумно не вмешивался в оживленный разговор своего хозяина с профессором Кортп, но, стоя у кухонного окна, жадно ловил каждое слово. Да и в соседних домах роботы навострили уши. К тому же в четверг, когда роботы свободны от работы и собираются в городском парке, Терезио подробно рассказал друзьям о невероятном событии.