Дочь от другой. Развод в 50 - Виктория Борисовна Волкова

– А метастазы были? Вы их удалили? – спрашиваю, цепенея от ужаса.

– Нет, там все чисто, – уверенно заявляет Витольд Александрович. – Удивительно при таком диагнозе, но факт. А химиотерапию придется пройти все равно. Я настоятельно рекомендую…

– Да, да, конечно, – киваю на автомате. Растерянно оглядываюсь по сторонам. – Мне нужно….

– В травмпункт, – отрезает Стрельников. – Сейчас кто-нибудь из сестричек вас проводит. Сутки точно Ренату продержим в реанимации. Как очнется, я вам напишу…

– Спасибо! Спасибо! – киваю и не могу сдержать слез.

Все. Ренка спасена! Теперь бы в своей жизни разобраться.

– Валентина Сергеевна, пойдем, провожу, – берет меня под ручку толстая медсестра Федоровна и опускает взгляд на мою лодыжку. – Хм… Тут лучше кресло взять.

– Бесспорно, – соглашается с ней Стрельников и добавляет сокрушенно. – Как бы перелома не было, Валентина Сергеевна.

– Нет, нет, я сама, – делаю шаг и хватаюсь за стену.

– Галина Федоровна, катите Валентину Сергеевну в травму. Я сейчас им позвоню, – выносит вердикт светило онкологии и уходит к себе. А меня усаживают в кресло-каталку и по гулким коридорам везут в другой корпус в травмпункт.

Вот что теперь делать? Проку от меня никакого!

– Теть Зин! – звоню Герцогине. Пересказываю все свои беды. Только о встрече со Славкой умалчиваю. – Подмени меня завтра, пожалуйста.

– Да не вопрос, – легко соглашается она. Как всегда, готовая прийти на помощь. – Денька! – кричит в комнату. – За матерью поезжай. Убилась она. В травмпункт везут.

И тут же в трубке слышится встревоженный бас моего старшего сына.

– Мам, ты где? Что случилось?

– В капкан попала, – смеюсь я. – Ничего страшного. Ты сможешь меня забрать из больницы? Или я Лешу вызову.

– Сейчас приедем, – бухтит в трубку Денис, и я на заднем фоне слышу расстроенный голос Вадима.

Слов не разобрать, но зато хорошо слышно отповедь Герцогини.

– Да я тебя умоляю! Вадяшка! Жива твоя мама.

– Все хорошо, – повторяю как мантру.

И в ужасе смотрю на травматолога. Здоровенного кряжистого мужика лет шестидесяти.

– Перелом, голубушка. Хороший такой перелом. Закрытый. Почти идеальный. Хоть в учебнике снимок публикуй, – выговаривает он. А я и представить не могу, что буду делать дальше.

Придется к Ренате на костылях ездить. Та еще морока. Но иначе никак! Я же ей обещала!

Самое главное в общении с детьми, я себе давно уяснила, никогда не врать. Вообще никогда! Маленький человек на ложь реагирует остро. Во-первых, сам учится говорить неправду, а во-вторых, будет считать себя недостойным искренних отношений.

«Все врут», – запомнит как аксиому.

На ногу накладывают лепешки холодной серой массы, формируют сапожок.

– Ну, ты погляди, прям модельная обувь получилась, – улыбается мне доктор и спрашивает серьезно. – Вас заберут? На гипс нельзя наступать.

– Да, сыновья обещали приехать, – тяну растерянно.

Смотрю на белые оковы, сковавшие ногу. И сама не верю. Вот это меня приземлили! А то планы строила. Работу искала.

В кабинет просовывается знакомая голова. Нахальные глаза в одночасье находят меня.

– А-а, ты тут, – вваливается в кабинет Денис. Высокий, красивый и абсолютно уверенный в себе.

В черных джинсах и такой же футболке, обтягивающей накачанный торс. В глаза бросается явное несоответствие. Белые халаты и кабинет. Мой гипс на ноге. И пышущий здоровьем и силой красавец.

– Я виду, вы в надежных руках, – кивает мне доктор. Отдает заключение. А я не знаю даже, как подняться на ноги. Наверное, нужно встать и облокотиться на Дениса.

А идти как?

– Вы бы за костыликами сходили, – машет доктор куда-–то в сторону.

– Да так управимся, – вздыхает Денис и улыбается мне. – Готова, мам?

И не дожидаясь ответа, подхватывает на руки.

– Тогда поехали. Папе мы уже позвонили…

Доктор и медсестричка провожают нас добродушными взглядами. Наверняка им кажется, какая у нас дружная семья. Сын, всегда готовый прийти на помощь, муж…

Я раньше тоже так думала. А теперь прекрасно понимаю, что многое себе нафантазировала. И сыновья ближе к Рему и преданы ему. А он просто вытер об меня ноги, и даже не заметил!

Глава 49

Дома уже хлопочет баба Зина. Устраивает меня на постели, поправляет подушки. А рядом толкутся растерянные сыновья.

– Мам, – ну как тебя угораздило? – вздыхает Денис, а Вадька тут же его перебивает.

– А давайте гипс распишем?

– Зачем? – охаю я.

– Ну, для прикола, мам. Сейчас фломастеры принесу…

– Ты обалдел, Вадяшка, – машет на него обеими руками Герцогиня. – Рано еще. Гипс сырой. Иди подумай пока над рисунком…

– Да я это… баба Зина, – тянет мой младшенький. Что-то хочет еще сказать, как в замке проворачивается ключ.

– Мы ждем кого-то? – напрягается Денис. – Сидите здесь, – командует в точности как Рем и выскакивает в коридор.

Превращаюсь в слух. Кто там к нам пожаловал?

Не двигаюсь с места и во всю костерю себя за ограничение подвижности. Это ж надо было растянуться на дорожке! Балда!

Из прихожей доносятся голоса. Слышу Дениса. А кто еще, разобрать не могу.

– Кто там? – подрывается к выходу Вадим.

– Стоять, – шипит на него Герцогиня. – Приказа выходить не было. Понять не могу, кто пожаловал. Ключи только у своих. Вале Вера свои отдала, еще связка у Рема, у Славки и у меня… – рассуждает она вслух.

А я только усмехаюсь мысленно. Че! Вот только его мне тут не хватало. Знала бы, что квартира принадлежит по факту ему, остановилась бы в другом месте.

«Зачем он приперся?» – морщась, устраиваю больную ногу на подушке. Или это не Че? Прислушиваюсь к шагам в коридоре.

И вздрагиваю, когда в комнату врывается Рем.

– Мася? Что с тобой? Он тебя задел? – в ужасе выдыхает муж.

– Кто? – поднимаю на него глаза и ничего не пойму.– Ты почему не улетел?

– Да Вадька позвонил, сказал, что тебя ранили, – Лактомский тяжело опускается на постель рядом с моей здоровой ногой. Привычно кладет руку на мое колено. Другой хватается за грудину. – Перетрухал я. Думал, Накос тебя достал. Че сказал…

И тут до меня доходит.

– Нет, все в порядке. Это я к Рене бежала и упала. л